Комментарий | 0

Нас не станет

 

 

Бродя по заснеженным просторам Сибири вдоль Берингова моря, вам повстречается село Ватыркан, которое местные русские называют Хатыркой. На языке чукчей это означает «тощий». Возможно, подобное название селения указывает на то, что в этих местах земля безжизненная, не плодовитая. Да кто знает?!

Топоним местности говорит за себя: жители Ватыркана не являются земледельцами, а занимаются рыболовством. Это их основная профессия и способ существования. В низовьях селения протекает река Ватиркан. Вода в шумной реке просто ледяная. Ее воды полны рыбы, что способствует удачному промыслу ватырканских рыбаков. Более опытные рыболовы промышляют даже на берегах Берингова моря. Весь улов отвозится на консервный завод, что находится в селении Мейныпильгыно, где вся рыба перерабатывается. Оттуда ватирканские рыбаки возвращаются с деньгами и продуктами питания. 

Почему я рассказываю вам об этом? Потому что волею судьбы оказался в Ватыркане. В те дни небо было хмурое, кругом все снегом замело. Эта история началась еще в Анадыре, где я познакомился ватырканской девушкой по имени Акана.    

 Что именно привлекло меня к этой смуглой девушке с рыжеватыми волосами и раскосыми глазами, до сих пор не знаю. Ее лицо, излучающее доброту и теплоту, было настолько мне дорого, что я не мог представить свою жизнь без нее. Один день без Аканы казался невыносимым. Зная, что она тоже не безразлична ко мне, все равно не мог открыться ей. Но однажды, я был вынужден признаться ей в своих чувствах. Потому что Акана сказала, что собирается полностью переехать в Ватыркан, оставив меня одного. Сердце мое разрывалось от предстоящей разлуки.

-  Я должна уехать... Папа Кукки зовет меня домой. Он совсем старенький... Пока в ясном уме и добром здравии, он хочет выдать меня замуж...– грустно сообщила девушка.

-  Акана! – я понял, что именно сейчас настало время для признанияв своих чувствах. – Если так, то выходи замуж за меня... Ведь я люблю тебя...

-  Я знаю... – тихо ответила Акана. – Простите меня, но я не могу принять ваше предложение...

-  Почему? Почему ты отвергаешь меня? Ведь ты неравнодушна ко мне...

-  Да, это так, но... – закрыв лицо, она зарыдала. – Если б вы были чукчой или русским, я бы еще согласилась. Однако, я керечка!

-  Керечка?.. – удивился я. 

На самом деле, доселе мне не приходилось встречаться с представителями этого народа. Быть может, это высшее сословие чукчей, подумал я.  

-  И что тут такого? Вы отказываетесь от меня, потому что я узбек? У нас тоже есть такое: эшоны, так называемые потомки пророковне выдают своих дочерей за простолюдинов. Но поверь мне, эта всего лишь пустые рассуждения. Все мы люди. И произошли от Адама и Евы. К чему эти слова?.. 

-  Нет! Аваз, вы меня неправильно поняли. Почему это я должна отказываться от вас лишь по национальному признаку? Где вы узбеки, а где мы – кереки? Нет, дело вовсе не в этом... – сказала она со сломленным голосом.

-  Тогда в чем? – не унимался я. 

-   Мы – кереки – считаемся самым малочисленным, можно сказать, исчезающим народом в мире. Существует очень печальная статистика на этот счет: антропологи внесли нас в десять самых малочисленных народов на планете. 

-  И сколько вас? – еле выговорил я. 

-  Нас всего восемь человек... Это трагедия для нашего народа! Нас скоро не останется! Мы вымрем! Вы понимаете?..

-  Акана, я пытаюсь понять твою боль. Трагедия кереков – это очень печально. Но я не могу представить свою жизнь без тебя. Дайте мне шанс... – я смотрел на неё с мольбой. 

-  Нет! Я обязана выйти замуж только за керека. И уже есть такой человек... Мой папа Кукки очень хочет, чтобы мы поженились... – сказала она, не поднимая глаз.

-  А как же наша любовь?.. – мне хотелось плакать. 

-  Когда на кону стоит будущее моего народа, я могу отказаться от своей любви. Прошу понять и простить меня. – Со слезами на глазах она убежала прочь.

А потом Акана уехала в Ватыркан. А я... с разбитым сердцем остался в Анадыре. Образ Аканы, преследуя повсюду, ни на минуту не давал мне покоя. И не в состоянии больше выдерживать разлуку, я отправился вслед за Аканой – в Ватыркан. 

До поселка Хачхатаин полетел на вертолете. Дальше добирался на машине. Русский парень Миша, работавший на дизельной электростанции, стал моим путеводителем. Ватыркан произвел на меня необъяснимое, точнее, странное впечатление. Повсюду стоят деревянные домики и заборы, почерневшие от постоянных снегопадов и проливных дождей. Было ощущение, будто по всему селу прошелся огонь.

По словам рыжеволосого Миши, в деревни, в основном, проживают чукчи и русские. Когда я спросил у него про кереков, он пожал плечами и ответил мне вопросом на вопрос:

-  Может так и есть. Зачем тебе они?..

-  Я антрополог. Изучаю и исследую малочисленные народы, – нагло соврал я. 

У меня не хватало смелости признаться своему новому знакомому в том, что любовь заставила меня прийти в эти далекие края из другого угла планеты. Ведь нынче, когда так редки глубокие и искренние чувства, мое геройство показалось бы нелепым. 

Когда мы въехали в село, Миша спросил:

-  Эй, антрополог, где ты собираешься жить?

-  Что-то я не подумал об этом, – на мгновенье растерялся я.

-  Пойдем-ка ко мне! Как раз живу один. Составишь мне компанию. Жена моя Ника осталась в поселке. Ватыркан ей не нравится. Поэтому изредка появляется в этих местах. Днем я на работе. Так что можешь спокойно оставаться у меня. 

Великодушие этого парня тронуло меня. В дали от родины и семьи доброта совершенно чужого человека очень радует. В очередной раз возносишь хвалу Всевышнему. 

Таким образом я поселился у Миши. Деревянная избушка ничем не отличалась от остальных жилищ ватырканцев. 

-  Это дом моей тетушки Дарьи, которая умерла десять лет тому назад. И вот так ее избушка досталась мне.

 

После того, как я обосновался у Миши, начал расспрашивать про Акану и кереков. И тут один чукча удивленно посмотрел на меня:

-  Ты пришел за дочерью Кукки? Ах, плутовка эдакая! Значит, и в Анадырь поперлась в поисках мужа. А еще Кукки смеет говорить, что чукчи будто поглощают кереков. Знал бы, чем его дочь занимается... – хитро пришурив глаза, сказал он. 

В другой раз за такую наглость и хамство мой собеседник получил бы хороших тумаков. Однако, старался держать себя в руках, потому что он знал людей, которых я искал. Именно этот мужчина показал мне дом Кукки, куда я сразу же отправился. 

По указанному адресу на улице Кергитагина я пришел старенькое и ветхое жилище, где проживала девушка моей мечты со своим отцом Кукки. Дверь мне открыла Акана. Увидев напротив себя любимого человека, очень обрадовалась, но вслед за радостью наступили страх и раскаяние. 

-  Все таки пришли? – её лицо выражало обеспокоенность.

-  Я хочу поговорить с твоим отцом.

Акана проводила меня к отцу. На языке кереков слово Кукки означает “ворона”. Из того, что я разузнал об этом народе, мне стало известно о легенде Кукки и его жены Миты. Однако, отец Кукки не был похож на персонажа этого предания. Его жена давным-давно покинула этот мир. Еще в Анадыре Акана рассказала мне историю своей семьи. Кукки был еще древнее, чем я думал. Его истинный возраст ведомо лишь одному Богу.  

Тихо выслушав мои признания в любви и желание жениться на Акане, старик сердито спросил:

-  Кто ты по нации, парнишка? 

-  Узбек я! – гордо ответил я. 

-  Узбеки – хороший народ. Много хорошего слышал о них. Поговорив с тобой, еще раз удостоверился в этом. Но постарайся принять одну правду. Моя дочь выйдет замуж только за керека. Тебе не нужно было приезжать сюда. У Аканы нет другого выбора. 

-  Но я люблю вашу дочь!

-  Кукки насмешливо улыбнулся, но эта улыбка не могла скрыть его досаду. Затем старик излил мне свою душу.

-  А ты знаешь, что благодаря этим бессмысленным историям любви, наш народ пропадает. Недавно один русский знакомый сказал мне, что после Второй мировой войны количество кереков достигало свыше ста человек. Если подумать, тогда еще была возможность как-то спасти наш народ. К сожалению, мы упустили этот шанс. Нам нужно было увеличить деторождаемость, выдавать дочерей исключительно за кереков, жить общинами. Вместо того, чтобы отдавать наших дочерей за представителей других национальностей, лучше бы мы допустили многоженство?!Но мы все сделали наоборот. И в итоге что получили? Чукчи словно огромный кит проглотили нас. Мой русский знакомый называет это ассимиляцией. Я знаю, раньше нас было много. Постепенно мы растворились в других народах. Переселение, эпидемии, природные катаклизмы, войны и вот такие влюбленные смельчаки, которые уводили наших девушек, ускорили этот необратимый процесс. Когда началась Великая отечественная война, мой отец умолял, чтобы кереков не забирали на фронт. И тогда командир по имени Тимофей Воздухов успокоил отца и сказал:

-  Раз так, ни один керек не поедет на войну. 

А потом командным голосом велел своим солдатам:

- Уничтожить всех кереков, способных держать оружие в руках! Немедленно! Они не пойдут на фронт…

И этого было достаточно, чтобы истребить еще многих кереков. Да, наших парней не забрали на войну. Они умерли – на родной земле… Да, кто ж знает?! Уже очень скоро нас будут считать по пальцам. Сейчас кереков осталось всего восемь человек. И только в Ватыркане, Мейныпильгыно и Хачхатаине – в других селениях кереков и вовсе не осталось. А ведь когда-то нас было около тысячи. Возможно, что через некоторое время кереки полностью вымрут. Но пока мы есть, пока говорим на родном керекском языке, будем бороться за наш маленький, исчезающий народ. И поэтому ты должен понять меня. Я не могу выдать за тебя свою дочь. Подумаешь, любовь! Прощу тебя, уходи и никогда больше не возвращайся! Возможно, когда-нибудь ты вернешься в эти края, но тогда нас уже не будет. Акана, проводи гостя…

Я вышел от Кукки с тяжелым сердцем. Перед его правдой моя любовь ничего не стоила. Правда, в которую я и сам начал верить. Выйдя на улицу, я в последний раз обнял Акану, нежно поцеловал. Она не сопротивлялась. Ее миндалевидные глаза наполнились слезами.  

– Поскорее уходите отсюда. Очень холодно. Скоро совсем стемнеет… – девушка обеспокоенно оглянулась вокруг. 

– Акана, – сказал я, все еще не отпуская ее из своих объятий. – Я все понял. Мне здесь нечего делать. Я ухожу. А ты, обязательно, выходи замуж за керека. Забудь меня. Нынче мы не существуем друг для друга. 

Попрощавшись с ней, я ушел прочь. И ни разу не оглянулся. Я слышал плач Аканы, но было уже поздно что-либо изменить в этой ситуации. Идя по безлюдным улицам села, заметил снег, падающий большими хлопьями. Ночное небо было ясным и светлым…

 

Последние публикации: 

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS