Комментарий |

Рождество


рождество

миндаль горчит под языком
миндалины горят
сегодня верится легко
во все /во все подряд!/

пришедший день — как Божий дар —
развёртывать вдвоем.
двух зол — «всегда» и «никогда» —
в поступке нет твоем

а есть дороги хрупкий наст
есть ветер — вглубь и сквозь
есть час перечеркнувший нас
крест-накрест — все сбылось

витая канитель зимы
и канифас небес
и этот день. и Бог. и мы.
и ни души окрест.




***

чайничек джонатан
сахарный кипяток
тянет кафешантан
полночь за вороток

не завершить глоток —
льется тоска-печаль
где теперь твой платок
знаешь? не отвечай

губы пошто грызет
чем кипятит виски
внутренний переплет
крик через все платки:

фрида, шуршит в углу! —
мальчик-то твой — не спит!
корчится на полу
сахарный глушит спирт




***

проснуться маленькою дочкой —
смешной, растрепанной, домашней —
по пальцам знать чего ты хочешь;
еще не знать как это важно.

весна плывет по переулку.
какао к завтраку сварили,
слегка поджаренная булка
с волшебным запахом ванили.

на спинке стула ждет одежда,
а ты сидишь под одеялом
такой же крошечной, как прежде...
какой и прежде не бывала.

ползут часы, текут минуты,
секунды забывают тикать...
мне не проснуться. не проснуться
такой же — маленькой и тихой,

шагнув во двор, звенящий ульем,
из распахнувшихся парадных,
хитросплетениями улиц
пройти сквозь майские парады —

с шарами на коротких нитках,
с флажками на нелепых палках,
в толпе плывущей монолитно
по парку мимо зоопарка.

салют. возьми меня на плечи —
мне снова не хватает роста...
я буду помнить этот вечер,
проснувшись взрослой.



...и не забудь про меня

Дожить не до смерти — до жизни
гораздо, гораздо страшней:
плывут облака-атавизмы
над крышей больницы моей.

По тесному серому небу,
по пьянству рабочего дня,
чтоб каждому быть на потребу
чтоб всуе забыть про меня.

Всё в документально-ментальном
плывет черно-белом кино,
в детальном бреду госпитальном,
где плакаться запрещено.



вальсок

школьные классы
школьные парты
школьные дружбы

споры и ссоры
ссоры и слезы
вечносоленым

ноет занозой
нужен не нужен
нужен не нужен

сон о бумажном
неопыленном
неокрыленном

не замолкает
эта пластинка
вальс рекреаций

первая радость
тайны на ухо
песни в подъезде

кружатся танцы
пальцы плюс пальцы
скоро двенадцать

не оторваться
шепот созвучий
шелест созвездий

как мы похожи
кто нас придумал
как непохожи

кинотеатры
вечер субботний
встреча у кассы

ты меня любишь?
руки и губы
господи боже

школьные дружбы
школьные парты
школьные классы



мы

мы в клетке завтрашнего дня
друг другу — маленькие звери —
ты мне опасливо не веришь
и слепо веришь не в меня.

ты спишь, свернувшись калачом,
поджав колени к подбородку
и мне не дышится — так кротко
твое дыхание течет,

и сходит маятник с ума,
легко раскачивая память,
летит, раскачивая спальню,
и что-то происходит с нами —
то полусвет
то полутьма.




***

на старом чердаке
среди тетрадок, книжек,
средь кукол и машин,
отправленных в утиль,
живет мой верный друг,
мой первый третий лишний —
зверь плюшевых кровей,
по уши вросший в пыль.

в пластмассовом зрачке
застыло ожиданье
испуганно-большим —
ну как же ты смогла?
однажды ввечеру
на первое свиданье,
на полчаса /ей-ей!/,
ушла — и не пришла.

давным-давным-давно —
уже прогрызли мыши
секретный лаз в паху
и вывели мышат —
они растут во мне,
как крохотные грыжи —
грызут мое нутро
и лапы потрошат.

придешь ли ты за мной
сегодня? как и прежде —
я там же, наверху,
почти что невредим —
сижу, спиной к стене,
в большой калоше — между
поломанным ведром
и кубиком твоим.




***

когда сны перестанут мучать когда наяву
иванушка скажет аленушке приходи
я покину угол в котором теперь живу
и уйду в другой где ты сорок лет один

за гардины в доме едва проникает свет
на глазах от рожденья света стоит печать
отключи прохладный блеск изумрудный цвет
их клюют вживую трудно в ответ молчать

не скажи ни слова — здравствуй салют привет —
я стою в дверях остальное уже брехня
немота очевидно главная из примет
по которой ты отличишь от других меня




***

руки твои от которых терпеть устала
жалко что нас не стало — лучше б меня не стало
море в ушные втекает и спать мешает
мне тебя память и вспомнить не разрешает —

чертит круги квадраты овалы ромбы
/чертегознает где твой проклятый роуминг/
крестики палочки колбочки — все смешалось
дно этих глаз ни разу не осушалось

жажда проникла в предсердия и желудки
клапаны хлопают жабрами третьи сутки
жаркие рты пересохшие в одночасье —
ты к этой засухе тоже деепричастен

медленно мысли плывут на восток в барханы
в полные сном песком и осокой страны
в желтое над горизонтом больное лето
в руки которые так же тоскуют где-то


Последние публикации: 

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS