Литературная критика

Столица отдалась на милость желтолиственной осени, и Большой театр зажёг свои вечерние огни для того, чтобы в Бетховенском зале была вручена главная Российская литературная премия – «Ясная поляна».

          Я, присутствовавшая в зале, чувствовала, как наэлектризована ожиданием атмосфера вокруг. Думаю, многим было очевидно, кто заслуженно победит в главной номинации. Однако до последнего сохранялась интрига, и сперва были вручены награды лауреатам других номинаций. Все они поднимались (вообще-то, если быть точной, спускались) на сцену и произносили речь. Меня тронула речь Варвары Махортовой – переводчицы португальского романа «Креольская нация» Жузе Эдуарду Агуалуза. Очень была убедительна и Юлия Полещук (слежу за ней давно), которая перевела роман самого Гюнтера Грасса «Крысиха». И, конечно, зал неистово аплодировал Марине Чуфистовой – автору чудесного романа «Отец Серёжа», пошутившей, что она больше всего благодарна своей маме, которая велит ей найти нормальную работу.

          Но, пожалуй, больше всего зал аплодировал автору, который завоевал специальный приз «Выбор читателей» в открытом голосовании, набрав 55 процентов голосов. На этом авторе и его книге я бы и хотела задержаться в своем рассказе. Ведь одно то, что в шорт-листе «Ясно поляны» появился неизвестный автор маленького независимого издательства – это уже прецедент, который в соцсетях не обсудил только ленивый.

          Итак, Максим Привезенцев с романом «Маяки Сахалина», вышедшем в издательстве Даны Курской «Стеклограф» - что же это за явление? В литературной среде уже шутят, что Привезенцев и Курская ворвались в премиальный процесс на мотоцикле, но это не вполне так, конечно. Итак, под совершенно громомолниевой обложкой художника Маши Долгуши нас ждёт философский роман-путешествие, построенный на переплетении трёх линий (я бы сказала точнее – трёх дорог!): современной мотоэкспедиции автора вдоль действующих и заброшенных маяков острова, трагической биографии ссыльного этнографа Бронислава Пилсудского, изучавшего исчезающую культуру айнов, и древнего мифа о Синем Медведе.

          Фигура человека, вырастающая до размеров острова – и есть Пилсудский. Этнограф, каторжник, человек, который променял революцию на айнские сказки. Его линия написана так, что современные главы начинают казаться суетой: пока мотоциклисты во главе с Максимом гоняют за кадром и селфи, где-то в прошлом человек зажигает свет, который переживёт его на сто лет.

          Уже писали мои коллеги, что Привезенцев выстраивает композицию по принципу вращения линзы Френеля в маяке: современность и прошлое попеременно высвечивают друг друга, а сам Сахалин становится неумолимым роком, перемалывающим амбиции героев. Однако же особого упоминания заслуживает язык: метафоричная проза соседствует с рубленым синтаксисом дороги. За этот синтаксис Привезенцева уже пробовали укорить блогеры, но представителям академической литературы ясно, что именно эта отрывистость и краткость являются маркерами лингвоархитектоники сурового мотоциклиста. В тяжелых экспедициях на Сахалин слов на ветер бросать не следует, тут всё верно.

          Привезенцев очень кинематографичен – именно эти отрывистые фразы позволяют нам почувствовать автора режиссёром с его замечаниями на полях сценария. Читая роман еще весной, я отчётливо слышала звуки Сахалина, ощущала кожей его ветра, чувствовала запахи… А когда автор в финале оставил на камне у маяка плоскую гальку с Горянки, мне пришло в голову, что весь роман — это один большой камень, оставленный на память.

Писатель Максим Привезенцев и издатель Дана Курская.

          Надо сказать, что и автор, и его издатель на торжестве после церемонии вручения скромно держались в углу, хотя к ним выстраивалась очередь из поздравляющих. И это объяснимо – люди хотели верить в чудо, они и голосовали за чудо. За то, что неизвестный писатель может попасть в пятерку лучших, а маленькое честное издательство будет вознаграждено за свой десятилетний каторжный труд. Я много раз писала о книгах «Стеклографа», и очень хорошо знаю, чего стоит Дане Курской её детище. Так что то ли маяки осветили светом это чистое стекло, то ли стекло идеально подошло для линзы маяка, но так или иначе дуэт Привезенцев-Курская оказался звёздным, дав простым людям надежду.