Поэзия

 

 

 

От автора

Корейскую поэзию — сиджо и касса — люблю давно. Переводами не развлекаюсь. Сюжеты и идеи не таскаю.
У меня много «как бы восточной поэзии».
Для меня это отдельный, совершенно самостоятельный жанр: сюжетами служат путешествия, рассказы, чьи-то заметки, увиденное и пережитое на дорогах.
Это я. Но это как бы я, в котором победили восточные и сибирские гены. Это не стилизация. Это шалости. Это одна из граней.
 

 

I. ЛИСТ.

 

Кленовый лист,

        смутившись,

                покраснел.

Не молод он,

        а срок пришел в дорогу.

Ведь он решился

        с ветром полететь

к ручью журчащему,

        который точит горы.

 

А после,

        оседлав его поток,

увидеть мир —

       Сусондон окинуть взором.

 

 

II. ИЛЛЮЗИЯ

 

Тут карпов дом,

        тут правит кои.

Вокруг —

        цветущая трава.

Покатый берег

        стебли скроют…

Чуть с шага сбился

        и…

                беда.

 

 

III. УПУЩЕННОЕ

 

У ручья Чхонгечхон

        ты меня дождалась

и велела его

        по камням перейти.

Я упал,

        я в воде,

                ну а ты, рассмеясь,

убежала

        и скрылась в прохладе листвы.

 

Хорошо, что тепло,

        хорошо, что июль,

хорошо, что поток

        нынче мелок совсем.

Если б знал,

        что промокну и так упаду,

ни за что бы не лез

        в этот чёртов исток.

 

— Эх, глупец,

        на поляне за быстрым ручьем

я тебя заждалась,

        чтоб вином напоить,

чтоб тебя отогреть,

        чтоб тебя обнимать,

чтобы вместе с тобой

        хоть мгновенье побыть.

 

 

IV. ПАРАДОКС

 

Вот к нам в Чхонсон

        опять пришла жара,

и льдом покрылись

        медленные реки,

а инеем —

        прибрежная трава,

теперь её

        легко ломает ветер.

 

Нас по утрам

        тревожат соловьи,

так быстро вмерзли в воду

        ветви ивы,

и хрупкий лед

        набрался синевы,

чтоб облака

        случайно отразились.

 

 

V. СЛИЯНИЕ

 

Где долина из льда,

        но не мёрзнет вода,

где звучит

        твой смущающий смех,

все дорожки опасны,

        но шаг за тобой —

это шанс,

        чтоб за чудом успеть.

 

Это место твоё,

        где в жару прочный лёд,

где в морозы

        струится река,

это чувства твои,

        что играют со мной,

замерзая,

        как летом вода.

 

 

VI. СРЕДИННЫЙ ПУТЬ

 

Что, Чхонсон,

        наигрался в загадки свои?

Я не понял опять,

        отчего

ты в жару замерзаешь,

        но реки твои

сквозь морозы текут

        январём.

 

Чем морознее ночь,

        тем теплее река,

лёд прочнее

        от томной жары.

Ты играешь со мной,

        ты пугаешь меня,

заставляя бояться

        найти

 

тот единственный

        верный и точный маршрут

между льдом

        и журчащей водой,

по которому мудрые

        к счастью бредут,

дураки —

        обретают покой.