Комментарий | 0

Рождественская грусть

 
 
 
 
 
 
 
Так сходят в зиму, рождественскую грусть,
С ума, на станции, читая наизусть
Молитву-стих о вечности вдвоём,
Когда горит житейский бурелом.
 
Так леший спит, не ведая о нас.
Горит в снегах окон иконостас.
И рук родных страшней не удержать,
Но есть язык на острие ножа.
 
 
 
 
***
 
Голубь мне был и снегирь
В снегах отмоленных, чутких.
Это зовется Сибирь.
Ну-ка рискни на попутке.
 
Это – что до луны,
До света, когда не веришь.
Это вне всей страны,
Которую не похеришь.
 
Господи, как темно,
Когда выключатель щёлкнет?
Пью я Твоё вино,
Пока дрова мои колки.
 
 
 
 
***
 
Вот Старый город с карты стёрт,
Остались бабушки да кошки.
Кипрея зыбкий хоровод,
Цивилизованного трошки.
 
Колодцы высохли давно,
И журавли не носят деток.
Но Бог глядит ещё в окно,
Скользнув по росписи ранеток.
 
 
 
 
***
 
Свет и снег в сибирской дрёме.
Печка-сердце не дымит.
Ангел худенький на стрёме
Серебрится, как сульфид.
 
Мне поёт тайга земная
В минусах температур,
Что взошла звезда резная,
Над землёй, где Бог понур.
 
 
 
 
***
 
Чёрный хлеб и белый –
Снег идёт на землю.
Дворик пустотелый.
Праздники – к похмелью.
 
Почтальон с собакой,
Расписной, без писем.
Мальчик из барака
Супу вынес кисе.
 
Вроде все обычно,
До плевка в подъезде,
Лампочки эпичной
В бытовальной бездне.
 
Но звезда Сибкрая
Светит с перебивом,
Будто неродная,
Будто нету дива
 
Не в стране, не в свете…
А в лесу избушка
Не меня приветит,
Не нальётся кружка,
 
Не придут зверята,
От зверья им страшно.
Русского заката
Солнце камуфляжно.
 
 
 
 
***
 
В темноте этой ночи
Меркнет лунный снежок.
Дядька страшный гогочет,
Поднимает флажок.
 
А на нём серп и молот,
Май в дожде, СССР.
Мир безумствует, холод.
Чёрный секундомер
 
Смерть сжимает и плачет
Просто так от тоски.
Кровь и слёзы ребячьи
Ведь твои и мои.
 
 
 
 
***
 
Вот и миска пуста. Кто ел алфавитную кашу,
Тот знает, как вечность близка к временному фиксажу.
Травы, няньки, младенец и старец румяный на солнце –
Все ушло в тишину, для которой мы незнакомцы.
 
Вроде первоапреля – шутиха-толпа, спина меловая,
Зверский гогот Вселенной, а ты из блатного трамвая
Выйдешь в сторону дома, забытого тополя, мамы,
А навстречу пустырь, буквари, немытые рамы.
 
И никто не спасёт, по-вороньи город наряжен,
И не кличут тебя, не манят последним пейзажем.
Тихо лето скончалось, как жизнь в провинции бедной.
За столом страшно сидим у рюмки коньбледной.
 
 
 
 
 
***
 
Всё понты, понты, понты,
Золотые грошики.
Если завтра нам кранты,
Не придут гаврошики.
 
Будет белка во хмелю
Сердце грызть наёмное.
А я печку побелю
В это время тёмное.
 
Что огонь? Он кот и тигр,
Рук не тронет ласковых.
Глянешь – потеплеет мир,
Хрупкий и потасканный.
 
 
 
 
Донкихотское
 
 
Дом шуршит газетой старой.
На растопку всё пойдёт.
За обветренною рамой
Пролетает Дон Кихот.
 
Смурый день, кромешный тополь
Нас в Ламанче не найдут.
Надоела эта копоть
Да напрасный кошкин труд.
 
Ослик-крох папье-машовый
В географии силён.
Есть волшебнутое слово.
Если честно, слов вагон.
 
Хороша вода в колонке:
То вино течёт, то ром.
Медный таз поёт презвонко.
Никогда мы не умрём.
Последние публикации: 

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS