Комментарий | 0

Почему невозможно распознать сущность сознания? (Окончание)

 
 
 
Уильям Блейк. Душа, витающая на телом. 1796 г.

 

 

 

1.4. Диалектические материалисты (марксисты) о сознании.

 

На первый взгляд, кажется, что представление диалектических материалистов, в том числе и марксистов, о том, что сознание есть своего рода свойство отражения, проявляющееся в воспроизводстве любыми материальными образованиями особенностей других систем, вполне адекватно, поскольку охватывает все уровни бытия – от неживых образований до органической и социальной жизни [см., напр., 28].

Однако сразу же возникает несколько вопросов, на которые эти диалектические материалисты, как, впрочем, и многие остальные исследователи сознания не могут ответить.

Первый из них состоит в неизвестности источника сознания, которое появляется непонятно откуда только в определенных органических структурах - имеющих геном, то есть программу, написанную на белковом носителе. А геном – сложная микроскопическая запись, зафиксированная в определенной форме в каждой клетке организма, и управляющая его изменением - самособраться никак не способен естественным образом, точнее, вероятность этого события сопоставима с самосборкой авианосца с всеми самолетами на борту.

Кто же тогда подготовил эти органические структуры для сознания, которое не фиксируется никакими приборами, вследствие чего ряд исследователей даже полагает сознание функцией мозга, и не более того.

Другими словами, легко сказать, что свойство отражения характерно для всех уровней бытия. Только вот внешнее сходство отнюдь не гарантирует внутреннее родство, тем более что, например, механическое отражение вроде отпечатка камня на мокром песке, теряющегося при накатывании морской волны, никоим образом не сравнимо с отражением любого организма в потомстве, который не теряет, а наоборот, находит себя в продолжении рода именно благодаря присутствию у него сознания, переходящего в поколениях от одной особи к другой.

Второй вопрос, на который пока никто не смог ответить, заключается в уже продемонстрированной – и неоднократно – невозможности оживить искусственно собранную копию клетки с геномом, которая совершенно не отличается от живой клетки, но почему-то не превращается в живую.

А это означает, что без своего рода объединения сознания и органического тела, обладающего геномом, никакая жизнь невозможна.

То есть и тут без совершенно невыразимого образования – сознания, проявляющего жизнь только на определенном структурно-молекулярном уровне, ничего не получается с отражением, столь любимым диалектическими материалистами.

В-третьих, неизвестно откуда взявшийся на каждой обитаемой планете геном, как правило, в рамках клетки, есть не что иное как программа роста и развития определенного организма на белковом носителе.

А любая программа первоначально создается искусственно, изменяясь и дополняясь уже в ходе дальнейшего развития каждого организма.

И кто же тогда этот искусник?

Четвертая проблема, непосредственно связанная с сознанием, заключается в невозможности без него владеть и пользоваться информацией, поскольку информация – не что иное, как распознанные и отобранные живым существом, то есть существом с сознанием, с помощью имеющихся у него сенсоров и центров обработки поступающих от органов чувств сигналов, сведения, складывающиеся в определенную совокупность (информация), которая обеспечивает данному организму возможность, как минимум, удержаться в существовании в течение некоторого периода.

Таким образом, между неживыми образованиями и живыми существами пролегает информационная граница: живые существа оказываются способными получать от окружающей среды информацию с помощью органов чувств и предоставлять ее собственному окружению многообразными способами, в основном собственными поступками и сигналами о них, а у неживых образований эта способность отсутствует.

Тем самым сознание обеспечивает любому организму возможность пользоваться информацией для своих нужд, основными из которых является выживание в определенной среде и продолжение рода.

Благодаря подобному объединению сознания и определенным образом структурированной материи любые организмы могут меняться, создавая для себя локально жизнь в каждом поколении, а для сознания - вечную жизнь, хотя и дискретную, поскольку любой организм конечен во времени в отличие от сознания, которое просто перемещается от одного организма с завершением его жизненного цикла в другой, инициируя начало новой жизни, хотя этот переход и нельзя зафиксировать приборами, но, по факту, он случается непременно.

Кроме того, диалектические материалисты оказались неспособными решить проблему возникновения материи, как таковой.

Действительно, откуда появилась материя? почему она стала развиваться вплоть до появления у нее сознания?

Ведь конкретные материальные образования возникнуть из ничего не могут, по крайней мере, в имеющемся бытии.

И если даже допустить подобный феномен, то из него следует, что раз было начало, то неизбежен и конец.

А это означает, что развивающаяся, по словам материалистов, материя вместе с развивающимся сознанием рано или поздно ухнет туда, откуда пришла, то есть - в небытие.

Получается, как это ни парадоксально, что в этом отношении материалисты сходятся с попами, которые так же заявляют, что непостижимое существо создало всё из ничего. А к ним примыкают и многие ученые мужи – сторонники возникновения вселенной в результате Большого взрыва непонятно из чего и почему.

Другими словами, в рамках известного мира (текущей реальности) никому пока не удалось найти адекватного решения проблемы возникновения не только сознания, но и материи, а также мироздания в целом.

Дополнительным подтверждением невозможности самозарождения жизни на Земле является следующее.

Абиогенез, или самозарождение, как показал экспериментально еще Пастер, невозможен, и он же показал, что живое может возникать только из живого.

Только откуда тогда взялось «живое», если его в известном нам мире первоначально не было?

Конечно, для Земли остается возможность занесения на нее жизни извне, например, метеоритами в виде структурированной органической материи, способной к точному самовоспроизведению (бактерии и вирусы), но сути дела данное обстоятельство не меняет, поскольку остается непонятным появление жизни вообще в пределах известной нам реальности.

Стало быть, остается только одно: сотворение мира с вещами и организмами Богом, то есть снова непонятно кем, непонятно почему, непонятно зачем и из чего. Однако, опять же, невозможность подобного сотворения вытекает из известных закономерностей, которые не предполагают превращения ничто во всё так вот сразу или даже постепенно, что бы не говорили исследователи про эфир, вакуум или темную материю и темную энергию, которые тоже должны были в известной вселенной откуда-то появиться.

Тем не менее, наше собственное существование подтверждает наличие довольно удобной инфраструктуры для жизни и собственного изменения в ее коллизиях - желательно, в сознательном состоянии.

А это означает, что без сознания всё вокруг обессмысливается и пропадает.

Значит, сознание, как ни крути, обеспечивает нам всё.

И очень хорошо, что сущность сознания недоступна для исследователей, которые только бы всё испортили так же, как они вредят развитию сознания операциями с программами генома.

Правда, сознание недоступно для нас, хотя мы и представляем его в виде проявлений живого, не только потому, что оно появляется как бы из иных «сфер» и его нельзя «пощупать» и измерить, но и потому, что оно, по всей вероятности, голографично, то есть его нельзя даже мысленно рассечь и проанализировать, поскольку индивидуальное сознание содержит информацию не только о себе, но и обо всем объекте (голограмме) – всё в каждой части – и его исследование аналитическими методами не приводит ни к чему, кроме фиксации его внешних выражений в том же живом.

Именно совпадение индивидуального сознания и единого сознания голограммы указывает, в частности, на то, что каждый человек всегда имеет доступ к мирозданию (бесконечности), то есть не только тому что было и есть, но и к тому, что может быть. Это позволяет ему познавать мироздание и самого себя не только в тех аспектах, которые доводятся до него через органы чувств с дополнением их приборами, но и внутренне (интуитивно) открывать неведомое, не поддающееся логическому анализу и известным закономерностям. Что-то из этого нового, если оно находит себе прикладное воплощение, удается обосновать, но некоторые любопытные гипотезы никогда не превратятся в теории не потому, что бессмысленны, а вследствие отсутствия в текущей реальности основы для них – мироздание не ограничивается одним бытием.

Кроме того, если голограмму, как источник сознания в его отделенности от пассивной материи, представить в виде проекции вневременной бесконечности, то она могла бы быть обнаружена лишь за пределами бытия, то есть опять же окажется недоступной нам для исследований.

Видимо, по причине неотделимости сознания от любого организма, а также неделимости каждого индивидуального сознания в принципе, и, следовательно, невозможности обнаружить и изучить его внутреннее содержание, психология многими учеными считается лженаукой. Действительно, она всего лишь обрамляет, то есть описывает и толкует некоторые внешние проявления сознания, не имея возможности проникнуть в его суть.

Раз сознание в отдельности непостижимо для нас, то имеет смысл представить некоторую модель, в соответствии с которой всё же было бы понятно взаимодействие органической материи и сознания, что ранее подавалось как взаимодействие тела и души, однако душа при этом оставалась так же непонятным образованием, приходящим неизвестно откуда, тогда как в представленной ниже модели всё становится на свои места.

Но прежде скажем несколько слов о современных воззрениях на сознание.

 

1.5. Современные подходы к трактовке сознания.

 

Из вышесказанного можно сделать вывод, что современные исследователи сознания вряд ли окажутся удачливее своих предшественников в прояснении сущности сознания, которое так никому и не удалось до них доказательно.

Тем не менее, вкратце, напомним, что наши современники говорят о сознании.

Сразу же надо отметить, что, кроме мелких подробностей и сущих банальностей, касающихся внешнего выражения сознания, – в рамках физиологии и психологии - ничего толкового о сущности сознания не сказано.

Не было даже представлен внятное определение сознания.

Например, ходячим определением сознании является то, что оно есть форма отражения мира (см. выше). Звучит эта фраза подобно такому выражению: зеркало есть отражение моей физиономии. То есть эта фраза ни о чем, и, следовательно, является нынешним «отражением» понимания феномена сознания.

Более конкретным является широко бытующее мнение о том, что сознание – это биологическая функция мозга (см., функционализм Стивена Приста), позволяющая получить представление о себе и окружающем [29].

Автор этой гипотезы на самом деле пытается уйти от проблемы - душа-тело, утверждая, что психические состояния есть функции, которые определяются в причинной цепи переработки информации. В этом случае сознание может существовать и без мозга. Правда, «механизм» этого процесса остается неизвестным.

Сторонники теории функционализма не желают понять, что любые психические состояния, как их ни представляй – физиологические, феноменальные или функциональные, - есть лишь проявления сознания в бытии.

Это обстоятельство подтверждают все разработки искусственного интеллекта, который, не обладая сознанием, способен быть лишь придатком к человеческому интеллекту (на самом деле – сознанию), который составляет программы для искусственного интеллекта и продумывает стратегию действий, на основе чего искусственный интеллект функционирует, решая задачи, уже определенные ему.

В статье «Губителен ли для нас искусственный интеллект?» [см., напр., 30, часть 3, §1]. достаточно подробно об этом рассказано. Иначе говоря, функционирование искусственного интеллекта требует руководства и энергетической подпитки, то есть он не может быть самостоятельным в плане любой деятельности, особенно, творческой, так как обрабатывает информации по заранее заготовленным программам, не осмысляя ее.

С другой стороны, приравнивание сознания любого организма (биологической системы с геномом) к функции мозга или другого центра, управляющего организмом, является ошибочной ввиду того, что собранная искусственно биологическая система, например, клетка или известная совокупность клеток в виде простейшего организма, обладающая (их) всеми атрибутами живой клетки (организма), почему-то не хочет функционировать в соответствующей питательной среде. Видимо, ей всё же не хватает сознания, которое тем самым никак не может быть функцией.

Само же сознание всегда останется невидимым и неосязаемым в нашем мире, поскольку оно его автор, и в отделенности от живого находится за «пределами» бытия, но вместе с тем всегда не просто присутствует незаметно в живом, а удерживает своим присутствием бытие в состоянии текущей реальности, то есть не дает бытию «свалиться» в небытие.

К подходу функционализма примыкает физикализм [31] - редуктивный, в соответствии с которым все психические состояния идентичны физико-химическим состояниям, - К. Джегвон, и нередуктивный, в соответствиии с которым все психические состояния являются физическими состояниями - Д. Дэвидсон). В частности, крайняя версия нередуктивного физикализма:-элиминативизм - У. Рамсей,] вовсе отрицает существование сознания (психических состояний).

Опять же, данные утверждения не имеют под собой никакой опытной основы, и как мы уже указывали, не могут ее иметь, вследствие отсутствия у сознания элементной базы бытия (излучения, атомы и другие частицы, известные нам из экспериментов). Так что доказать свои тезисы авторам физикализма не представляется возможным. Кроме того, доказательства инициативной роли сознания в любом организме, представленные нами выше в отношении критики функционализма, справедливы и в данном случае.

Эти же доказательства действительны и для квантовых теорий сознания.

В частности, Р. Пенроуз и С. Хамерофф в 1994 году разработали теорию квантового нейрокомпьютера, в которой активность мозга рассматривается как квантовый процесс, подчиняющийся закономерностям квантовой физики [32].

Во-первых, нейронный аналог живого мозга никому не удалось еще разработать, да и не удастся, поскольку процессы, происходящие в мозгу, не программируются так, как в компьютере. Во-вторых, экспериментальные доказательства для приравнивания сознания к квантовой активности мозга отсутствуют. В-третьих, активность нейронов мозга имеет собственный уровень проявления. В-четвертых, большинство организмов на планете вовсе не имеют мозга (нейронов), и тем не менее, они живут себе в полном сознании.

Авторы подобных квантовых теорий по-прежнему продолжают свои игры с известной нам материей, почему-то считая сознанием те или иные ее состояния на разных уровнях или даже полагая, что сознание есть фундаментальное свойство реальности, тогда как материя известного нам бытия имеет к неизвестной материи сознания только то отношение, что сознание формирует всё окружающее нас. Кроме того, эти авторы почему-то забывают о том, что подавляющее большинство живых существ не имеет мозга, а значит и нейронов, однако и чувствуют, и соображают, вполне адекватно приспосабливаясь к окружающей среде.

В противоположность теориям о том, как мозг порождает сознание, авторы теории интегрированной информации принимают сознание за ту основу, которая строит для себя физический субстрат. При этом «количество» сознания соответствует количеству объединенной информации, создаваемой всеми элементами в комплексе, а «качество» зависит от особенностей набора информационных отношений, созданных этим комплексом, Набор информационных отношений в пределах комплекса определяет текущий опыт [33].

То есть эта на самом деле очередная гипотеза считает сознание внутренней фундаментальной характеристикой реальности

Переворачивание проблемы соотношения сознания и тела с ног на голову ничего не дает в расшифровке сущности сознания, поскольку теория интегрированной информации признает сознание внутренней характеристикой реальности, то есть наличного бытия, тогда как сознание как активное не находится ни внутри, ни снаружи реальности, а производит эту реальность на из пассивного на информационной основе.

Сознание есть активная составляющая внепространственной голографической проекции вневременной бесконечности. Проекция «содержит» копию единого сознания, оригинал которого «находится» во вневременной бесконечности. Производной этой проекции является живое (каждое индивидуальное сознание в сочетании с определенными материальными субстратами).

Поэтому сознание отнюдь не характеризует реальность, «выстраивая» ее в определенном порядке путем интегрирования информации из того, что имеется, то есть на основе определенного набора информационных отношений базовых элементов реальности, что снова оставляет без ответа вопрос о происхождении как сознания, так и материи.

Напротив, сознание формирует реальность на основе бесформенного информационного пассивного из вневременной бесконечности через ее голографическую проекцию, определяя себя и пассивное соответственно в качестве живого и инфраструктуры для содержания этого живого, которое проявляется в бытии благодаря сознанию разнообразными способами во многих видах, что может быть зафиксировано по многообразному живому.

То есть сознание формирует реальность для себя, однако не так, как предполагают авторы теории интегрированной информации.

Множество аналогичных современных гипотез, именуемые ошибочно теориями, в отношении прояснения сущности сознания ничем иным не отличаются, останавливаясь в лучшем случае на фиксации тех или иных проявлений сознания в бытии, поскольку все они исследуют сознание только в рамках текущей реальности.

Так что содержание появляется только в определении предмета сознания, который, как считается, охватывает ощущения, представления, чувствования, идеи, то есть совокупность всех состояний психической жизни индивида. Всё остальное и непонятное относится к подсознанию.

Именно с этой стороны подошли к определению сознания авторы «Oxford Living Dictionary», дав его следующим образом: «Состояние существа знать и реагировать на свое окружение… Осознание или восприятие человеком чего-то… Факт осознания разумом себя и мира» [34].

Столь же общее определение сознания только по его внешним проявлениям дает интерпретация сознания в виде сложной многоуровневой системы, включающей в себя природно-психические, индивидуально-личностные и социокультурные проекции [35].

Сознание в «Философском энциклопедическом словаре» [36] определяется как понятие, «обозначающее высший уровень психической активности человека как социального существа» Авторы этого определения, видимо, забыли, что сознание присуще всем живым существам, и поэтому выглядят довольно глупо.

Авторы «Новейшего философского словаря» [37] вообще уклоняются от выработки определения понятия сознания. Вместо того, чтобы его дать, они пишут о его функциях и проявлениях: «Функционирование сознания обеспечивает человеку возможность вырабатывать обобщенные знания о связях, отношениях, закономерностях объективного мира, ставить цели и разрабатывать планы, предваряющие его деятельность в природной и социальной среде, регулировать и контролировать эмоциональные, рациональные и предметно-практические отношения с действительностью, определять ценностные ориентиры своего бытия и творчески преобразовывать условия своего существования. Сознание представляет собой внутренний мир чувств, мыслей, идей и других духовных феноменов, которые непосредственно не воспринимаются органами чувств и принципиально не могут стать объектами предметно-практической деятельности ни самого сознающего субъекта, ни других людей».

Здесь авторы «определения» сознания открыто признают свою несостоятельность в понимании места, предназначения и роли сознания в мироздании, не говоря о его сущности. Они рассматривают только предмет сознания и особенности его внешних проявлений, а также по непонятной причине ограничиваются характеристикой только человеческого сознания.

Авторы «Краткого философского словаря» [38]. не отстают от своих коллег в своем подходе к непонятному для них феномену сознания, описывая его общими фразами, смысл которых сводится к соотнесению человека и реальности, а понимание сущности сознания авторы обнаруживают всего лишь в зависимости от решения вопроса о взаимоотношении духа и природы, как будто сознание только одним этим соотношением ограничивается: «Сознание – важнейшая категория философии, обозначающая человеческую способность идеального воспроизведения действительности. Сознание выступает в двух формах: индивидуальной (личностной) и общественной. Понимание сущности сознания находится в прямой зависимости от решения вопроса о взаимоотношении духа и природы, материи и сознания. Признание первичности идеального ведет к превращению сознания в самостоятельную сущность, творящую мир. Такой подход выражен в период античности в философии Платона, в Средневековье – в христианской философии (носителем высшего сознания является Бог), в немецкой классической философии – во взглядах Гегеля. В материалистической философии сознание рассматривается как свойство высокоорганизованной материи, как субъективный образ объективного мира, как идеальное в противоположность материальному и в единстве с ним, как осознанное бытие, как отношение «Я» к «не-Я».

Эти авторы тоже уклоняются от внятного определения сознания, и опять же относят его только к человеку и его сообществам, приводя два подхода к сознанию, которые так же никакого отношения к проникновению в сущность сознания не имеют, так как описывают всего лишь внешнее проявления сознания с разных сторон, но в рамках известного мира.

Психолог А. Н. Леонтьев, для того чтобы уклониться от попытки объяснения сущности сознания, разделяет его на психику и сознание: «Психическая реальность, которая непосредственно открывается нам, - это субъективный мир сознания. Потребовались века, чтобы освободиться от отождествления психического и сознательного» [39, гл. IV]. Более того, он приписывает сознание только человеку, называя сознание животных «досознательной психикой»: «Решающий шаг состоял в утверждении идеи о разных уровнях психического отражения. С исторической, генетической точки зрения это означало признание существования досознательной психики животных и появления у человека качественно новой формы – сознания» [39, гл. IV].

То есть Леонтьев действительно внешние проявления сознания определил как психику - субъективный мир сознания, а сущность сознания объяснил как новую степень отражения реальности в человеке, отрицая тем самым одну и ту же сущность сознания для животных и человека, хотя на самом деле она одна и та же не только для человека и животных, но и для всех живых существ, заключаясь в их способности к восприятию сведений об окружающей среде имеющимися органами чувств и обработке в соответствующих центрах, в ходе которой поступающая информация расшифровывается и конвертируется в текущую реальность (собственное время) каждого живого существа. Подробнее этот процесс описан ниже.

Известный философ и психолог С. Л. Рубинштейн, так же как Леонтьев, не сделал попытки выйти за рамки философии марксизма. Поэтому его взгляд на сознание подробно рассматривать нет большого смысла.

Тем не менее, только для иллюстрации ложности положений этой философии можно привести несколько основных положений, относящихся к сознанию, подробное изложение которых Рубинштейн дал в работе «Бытие и сознание» [40].

Он рассматривает сознание как осознанное бытие, что само по себе нонсенс, так как исключает часть мироздания, не доказывая единственность бытия.

Правда, Рубинштейн понимает для чего нам дано бытие, поскольку он признает, что бытие в сознании человека отражается в «знаниях и переживаниях».

Рубинштейн также проявляет себя как типичный эволюционист, утверждая, что развитие психики животных обусловлено изменением их отношений со средой, а развитие сознания человека – трудовой деятельностью, психика – реальный продукт эволюции.

Эти соображения Рубинштейна не новы и совершенно неадекватны, поскольку человек не что иное как животное во всех своих проявлениях, кроме самосознания, которое появилось, в отличие от высокоразвитых приматов, только у гоминидов около шести миллионов лет назад не в результате труда, а вследствие модификации генома приматов.

Широко бытующее представление о сознании как феномена, реализующего себя в непосредственном показе объекта через появление образа [см., напр., 41], так же не демонстрирует сущность сознания, а только указывает на разные возможности его проявления в соответствии с различными состояниями живого тела. Дело в том, что образ предмета не всегда «требуется» сознанию в живом существе. Например, в случае обморока или во сне, во время которого, кстати, в мозгу также могут всплывать различные образы, сознание присутствует как фактор, обеспечивающий минимально необходимую степень функционирования тела без его превращения в безжизненный объект, для чего никакие образы не нужны, даже если они спонтанно всплывают, тогда как в состоянии бодрствования, образы, получаемые человеком, способствуют его активным действиям.

Когнитивное понимание сознания [см., напр., 41] тоже не способствует проникновению в его сущность, поскольку мышление, запоминание, разговор являются лишь некоторыми признаками проявления сознания, но эти проявления сознания отсутствуют при обмороке, однако сознание при этом не теряется, и, как правило, восстанавливается в полном объеме при выходе из обморока.

Кроме того, психологи и философы понятие «сознательное» применяют только к осознанным восприятиям человека, полагая все остальные восприятия бессознательными.

Это разделение функций сознания сразу же вносит путаницу, во-первых, молчаливо предполагая, что осознанные восприятия доступны только человеку, что далеко не так, и это видно из общения человека с домашними животными, во-вторых, сознание во всех живых существах функционирует одинаково в принципе, воспринимая посредством органов чувств соответствующие сигналы и передавая их для обработки в соответствующие центры; однако в сложных организмах, состоящих из триллионов клеток и множества различных органов, сознанию приходится управлять функционированием организма на ряде уровней, но результат этого управления отчасти видится (осознается) или ощущается только на высших уровнях, что для человека квалифицируется психологами как сознательная деятельность или сознательное поведение.

Другое дело – самосознание. Оно, действительно, присуще лишь человеку и проявляется у него первоначально только при общении с родителями и соплеменниками в процессе взросления в соответствии с особой программой генома, которая отсутствует у остальных известных организмов на Земле.

Внутренний субъективный опыт [см., напр., 41] так же не способен определять сознание в его сущностной части, поскольку он относится только к конкретному индивиду, и для многообразных организмов он будет в большей или меньшей степени различным. То есть этот опыт, по сути, проистекает из функционирования органов чувств, которые могут различаться как по количеству, так и по качеству. Точно так же могут различаться по своим возможностям и центры обработки сведений, поступающих от органов чувств, давая не только разные оттенки цвета или звуков, но и разную степень сообразительности и памяти. В результате, мы приходим опять же к изучению последствий проявления сознания в живом существе, но «пощупать» сознание мы не можем никоим образом – оно и есть (проявляется в действиях тела), и оно отсутствует, то есть у сознания нет формы той или иной субстанции текущей реальности (оно невидимо и неощутимо).

В одной из работ, относящихся к проблеме сознания [41], последнее определяется следующими характеристиками: качественность, интенциональность, субъективность, приватность, отсутствие пространственного протяжения, невыразимость, простота, безошибочность, прямое знакомство, внутренняя природа.

Часть этих характеристик, таких как качественность (квалитативность в виде ощущений и эмоций), предпочтительная направленность на те или иные объекты, субъективность, приватность, относится к внешнему проявлению сознания, обозначая различие в этом проявлении даже внешне и внутренне близких индивидов, например, близнецов, но к сущности, или внутренней природе сознания эти характеристики не имеют прямого отношения.

Отсутствие пространственного протяжения сознания было отмечено ранее Плотиным и Гуссерлем, но оно действительно для сознания в его отделенности от тела (организма), тогда как в теле сознание как раз обретает не что иное, как собственное время, а вместе с ним и протяженность, и окружение, и энергию (движение). То есть дело не в отсутствии пространственной протяженности сознания, а напротив, в обретении им бытия, в том числе и протяженности в неразрывном объединении с телом, в котором можно жить и развиваться на разных этажах (нишах). Иначе говоря, в своем возвращении откуда-то в бытие сознание обретает целый мир со всеми его атрибутами: общение, ощущения, интеллект даже на самом низком уровне строения тела (одноклеточные).

Однако «поймать» сознание в бытии не удается потому, что оно находится здесь (в бытии) только как живое тело со всеми его проявлениями, сливаясь с ним нераздельно и неразличимо, а не в какой-то иной форме.

Сознание само формирует собственное живое тело отчасти из бесформенного пассивного (материи). Поэтому оно в текущей реальности выражается не само по себе, а только через тело: если тело – живое, то сознание есть, если тело умерло – сознания нет. Но в обоих случаях оно не обнаруживается отдельно в бытии.

Из этого получается, что сознание, в отделенности от живого, не проявляет в бытии ни формы, ни протяженности, ни простоты, ни сложности, ни внутренней природы, а знакомиться с сознанием можно только посредством общения с живым телом, которое в большинстве своих форм только и делает, что ошибается, поскольку его интеллекта хватает только на действия методом проб и ошибок. Даже человек пробирается к истине через ошибки и собственную глупость, хотя на самом деле это не так важно, поскольку его главная задача разнообразно жить и развиваться самому, давая тем самым пищу как собственному сознанию, так и единому сознанию всех живых существ.

Всё это показывает недоступность сущности сознания для исследований, на что указывал еще Кант, но большинство современных психологов игнорируют это вполне адекватное соображение Канта, пытаясь ограничить сознание физическим миром и получая в результате всего лишь возможность изучения последствий проявления сознания в живых существах, и не более того.

Из этого краткого обзора взглядов на сознание различных мыслителей и исследователей можно сделать вывод о том, что сущность феномена сознания так и осталась недоступной до сего времени, точнее, анализ феномена сознания ограничился только некоторыми его проявлениями в живых существах, как и должно быть (см. выше).

Поэтому становится понятным, что отдельные сущностные особенности сознания можно только угадать без всякого доказательства и подтверждения.

Однако некоторые основания для уже высказанных догадках о некоторых особенностях собственно сознания, а не его проявлений, могут всё же возникнуть в результате кое-каких открытий и построения аналогий на их основе.

Надо полагать, что доступность сознания исследованиям только лишь по его проявлениям в бытии, а не непосредственно, так как оно не фиксируется никакими органами чувств или приборами, обусловлена, с одной стороны, его абсолютной слитностью (неразрывностью при жизни) с выделенными им объектами бытия (живое), а с другой стороны, сознание после смерти любого живого существа «выпадает» из текущей реальности (собственного времени существа), которое оно само же и формирует, находясь в этом существе, и поэтому становится для нас недоступным.

Стало быть, сознание при своей отделенности от бытия (текущей реальности), то есть, не находясь во времени, принадлежит каким-то иным структурным образованиям мироздания. Из этого следует, что само мироздание не ограничивается бытием, если под ним понимать бесконечную совокупность вселенных во времени, пространстве и движении со всеми их остальными атрибутами, в том числи и живыми существами.

Тут же отметим, что из всех вышеприведенных мыслителей внепространственное происхождение сознания усмотрели, точнее, угадали только Плотин и Гуссерль (см. выше).

Несколько большее число мыслителей угадало совпадение индивидуального и общего (целого, или единого) сознания. Это были: Прокл, Лейбниц, Фихте и Гегель. Их малое число довольно удивительно, поскольку напрашивается аналогия – совпадающие во многом индивидуальное сознание и сознание целого сообщества.

Разнообразие живых существ в их проявлении и изменении должно в любом случае зависеть от сознания, без которого эти организмы не могли бы существовать, так же, впрочем, как они не могли бы существовать без окружающих их объектов бытия. Отсюда напрашивается необходимость присутствия у сознания способностей к образованию форм из бесформенной материи (пассивного).

К соображению, что сознание должно обладать формообразующими способностями, пришли Фома Аквинский, Лейбниц, Беркли, Гербарт, Фихте, Фейербах и Гуссерль.

Кроме того, большинство упомянутых выше мыслителей отметили несомненную активность сознания по сравнению с вещами (пассивным).

Что же касается материальности или бесплотности сознания, то их мнения разошлись, хотя большинство из них полагает, что оно всё же не имеет телесной природы.

Отсутствие возможности подобраться к сущности сознания непосредственно, например, с помощью аналитических исследований, понял и сформулировал Кант, заявив, что всё, недоступное ощущениям, не может быть познано, но может быть признано по воздействиям на нас (см. выше).

Подробнее о свойствах голограммы, упомянутой выше, на основе которой можно построить модель потустороннего, и о самой этой модели, можно прочитать, например, в работах 42 и 43 (см. «Библиография» данной статьи).

 

Итоговые соображения

 

Безусловно, сущность сознания как тождества части и целого, бесконечно меняющегося в конечном живом, невозможно открыть живому даже в его высшем – самосознающем – выражении.

Сознание по своей сути не подлежит анализу, поскольку в непроявленном виде оно есть не что иное как голограмма. Это бесконечное целое, «находящееся» вне текущей реальности, недоступно для всего живого подобно недоступности для бабочки ее же куколки.

Дело в том, что бытие, в котором живые существа, конвертирующие информацию в собственное и общее текущее время, которое представляет собой возможность пространственного движения и энергетических взаимодействий в этом пространстве получившихся вещных объектов для развития живого, точнее, активного в альянсе с пассивным в форме живого, формируется живыми существами в забывчивости о прежнем существовании при незнании исходного – голограммы, наличие которой человек может только предположить, но не доказать в силу отсутствия голограммы в текущей реальности, так же, например, как человек не способен видеть оборотную сторону зеркала, лицезрея в нем себя.

Значит, человек не способен доказательно обосновать, что представляет собой сознание в своем «исходном» - голограмме, где никаких событий быть не может, но, исходя из знания того, что в голографической проекции вневременной бесконечности отсутствует время, человек может представить голограмму как бы бесконечным сосредоточением информации о том, что происходило в текущей реальности по сей момент и всю картину настоящего, а вневременную бесконечность представить как сосредоточение всей информации – что было, есть и будет в текущей реальности.

На основании этой информации, каждое индивидуальное сознание в пограничном (промежуточном) состоянии перехода от жизни к смерти, то есть, не выпав еще окончательно из текущего времени, но вместе с тем получив допуск к этому голографическому «складу» информации, может сделать соответствующие выводы о возможностях своего дальнейшего продвижения в бытии.

Надо также отметить, что возможности восприятия, память, время жизни человека и его цивилизаций, то есть конечного, – столь несопоставимы с бесконечными и разнообразными потоками информации, которые выходят за рамки восприятия органами чувств человека с последующей обработкой соответствующими центрами, что судить о них и о последствиях их восприятия, не имея представления об их содержании, человек не способен, да ему это и не нужно.

Объяснить отсутствие возможности охвата всех бесконечно меняющихся информационных потоков как отдельным человеком, так и конечными цивилизациями можно не только ограниченными возможностями органов чувств и мозга, но - и это главное – тем, что человек и всё остальное живое есть, хотя и наиболее значимое, но всё же подручное (конечное в своих жизнях) средство для развития вечного сознания, которое стремится охватить всё, что можно извлечь из бесконечности, которая никогда не кончается.

Однако, несмотря на всю ограниченность живого в его конечных жизнях и возможностях восприятия, а также переработки поступающей информации, сознание вне живого лишается развития и переживаний, то есть без живого сознание осталось бы вечно в небытии.

Иначе говоря, живое-конечное формирует не только всё бесконечное бытие, но и удерживает мироздание в существовании собственным дискретным обновлением как в конечных жизнях, так и текущем времени.

Сознание в живом существе не теряет свою форму и формообразующие способности благодаря энергии, поступающей вследствие распада форм пассивного в бытии, но оно же (сознание), «вызывая» пассивное (вещи) из вневременной бесконечности в виде информационных копий на время существования данного конечного существа, восстанавливает форму пассивного (вещей) и изменяет ее.

Так, с помощью обращения к конечному в виде получающих и теряющих форму вещей сознание становится вечным по форме и свойствам.

Отталкиваясь от изложенного выше, можно высказать о сознании следующие предположения.

Оно есть активная составляющая мироздания, проявляющаяся через живое в бытии для собственного развития и вместе с тем – для удержания мироздания от падения в небытие.

То, что характеристика сознания, если сопоставить ее с представленной в работе [43] гипотезой о голографической основе текущей реальности, совпадает с некоторыми догадками о сущности сознания наиболее выдающихся мыслителей человечества более чем за две тысячи лет, может служить, конечно, не доказательством ее истинности, но, по крайней мере, может дать пищу для дальнейших размышлений.

Напомним, вкратце, эти догадки.

Платон понял, что сознание может оказываться вне тела, но, вместе с тем заметил, что, соединяясь с ним, сознание делает тело живым.

Кроме того, Платон отметил, что сознание не может быть составным, как обычные тела, и что оно бессмертно и неуничтожимо.

Он же предположил, что сознание по своей сути недоступно исследованию даже при нахождении его в теле, поскольку полная слитность его с телом не дает возможности каким-либо образом отделить его от тела для исследования. То есть хоть какое-то понимание феномена сознания возможно только по внешним проявлениям живого существа. Здесь Платон является предвестником Канта с его «вещью в себе».

Плотин подметил направленность сознания на изменение себя посредством собственной активности в бытии. Он же указал внепространственность сознания и необходимость для него «опускаться» в бытие, оживляя некоторые составляющие того же бытия. Эту идею Плотина позднее поддержал Гуссерль.

Прокл предположил, что каждое индивидуальное сознание является неделимым и вместе с тем всеобщим: «Всякий ум (сознание), хотя и не состоит из частей, есть целое, находится в единении с другими и отличен от них» [5, с. 571-572]. Эту же мысль о совпадении единичного и общего для сознания позже высказали Лейбниц и Фихте, а также, отчасти, Гегель (см. выше), причем Гегель дополнил эту идею соображением о цели сознания в обращении его к единичному, которая заключается в познании самое себя через это частное и временное «в живом проявлении природы».

Прокл вслед за Плотином также отметил, что сознанию свойственна непременная активность.

Прокл, к тому же, впервые указал, что интеллект (сознание), человека отличается от прочих форм интеллекта (сознание) других живых существ самосознанием. Кроме того, Прокл отметил, что сознание не может быть телесным, как всё прочее в бытии, то есть, что субстанция сознания, по крайней мере, должна быть какой-то иной:

Фома Аквинский, Лейбниц, Беркли, Гербарт, Фихте, Фейербах и Гуссерль признали присутствие у сознания способностей к образованию форм.

Кант подытожил предположения своих предшественников о сознании, посчитав его вещью в себе, то есть непознаваемой, но, тем не менее, указав на возможность вне аналитических исследований угадать некоторые его особенности, стремления, предназначение и роль с помощью размышлений на основе созерцания действий сознания через живое.

Это соображение Канта вполне соотносится с признаниями Платона, Плотина, Прокла, а в дальнейшем – Спинозы, Лейбница, Юма, Вольтера и Лессинга, относительно того, что сущность сознания непознаваема. Это соображение объясняется тем, что, всё, отделенное от чувственно воспринимаемого мира, то есть недоступное ощущениям, не может быть познано, но может быть признано по воздействиям на нас.

Подобные соображения вполне согласуются с представленной нами гипотезой о голографической основе бытия, а также тем, что механизм действия сознания в бытии, по всей вероятности, заключается в способности живых существ к восприятию сведений об окружающей среде имеющимися органами чувств и обработке их в соответствующих центрах, в ходе которой поступающие в органы чувств последовательно импульсные пакеты информации объединяются, расшифровывается и конвертируется в текущее время каждого живого существа и вместе с тем конвертируются всей совокупностью живых существ в общее время бытия [43].

Таким образом, сознание есть «та сторона единой сущности» (вневременной бесконечности) которая активирует (оживляет) другую сторону «единой сущности» - пассивную материю (вещи), обеспечивая возможность каждой системе, объединяющей в себе активное (сознание) и пассивное в форме живого существа, воспринимать поддающиеся его сенсорам (органы чувств) сведения в соответствии с имеющимися формообразующими способностями (выделение этих сведений) и перерабатывать (расшифровывать) эти сведения в информацию (копии сведений об объектах из вневременной бесконечности) в соответствующих центрах организма (мозг и нервная система человека), формируя собственное окружение, и осуществляя обмен информацией с аналогичными живыми существами.

Другими словами, только переработка этих сведений-сигналов, получаемых в результате сканирования окружающего, точнее, поступающих по результатам соответствующих запросов, направляемых в непроявленную бесконечность через ее голографическую проекцию, в  информационном центрах живого, в которых пауза между приходящими импульсными сигналами устраняется за счет определенной длительности обработки каждой порции информации и возникающей тем самым задержки – у человека этими центрами является мозг и остальные узлы нервной системы, распределенные по телу, – дает в итоге собственное время жизни существа,  то есть пространство, форму, движение (энергию) и прочие особенности внешнего и внутреннего окружения существа. Одни из этих сигналов существо более или менее осознанно использует, другие только принимает к сведению, а прочие им не воспринимаются в виде информации, то есть расшифрованных сигналов, вследствие или отсутствия соответствующих органов чувств, либо из-за ограниченных возможностей обрабатывающих информацию центров [43].

В системе мироздания сознание занимает место единственного ведущего, поскольку только оно способно к познанию себя же посредством живого в бытии, которое оно же формирует из бесформенного пассивного.

Роль сознания в бытии заключается в активном воздействии на образующееся вокруг живых существ окружение, создающее бумерангом изменение самого сознания в живых существах, которое проявляется наиболее эффективно в человеке благодаря осознанию им себя.

Вместе с тем роль сознания в мироздании состоит в том, что оно в виде живого формирует время (текущую реальность), выводя тем самым вневременную бесконечность из небытия, а также удерживая как себя, так и всё мироздание в состоянии стабильного вечного развития.

Предназначение сознания, реализующееся в цепочке разнообразных организмов, состоит в развитие себя до того предела (самосознание), при котором оно становится способным в максимальной полноте познавать себя же на основе сознательного проявления в различных мыслях, эмоциях, решениях и действиях каждого человека, что находит свое отражение в едином сознании голографической проекции вневременной бесконечности, бесконечно пополняя его ими.

Появление в живых существах самосознания, наряду с природным (низшим) сознанием, предполагает противодействие их друг другу как в каждом человеке, так и его сообществах, создавая движущую силу и в человеке и его сообществах, поскольку основные задачи природной формы сознания и высшей формы сознания (самосознания) в основном диаметрально противоположны: низшее сознание во всех живых организмах всегда борется только за выживание и, по возможности, за доминирование в среде, а самосознание стремится к осознанному развитию и обогащению себя в человеке новыми знаниями, идеями, культурными ценностями, к укрощению эгоизма в пользу уважения к личности, взаимопомощи, бескорыстия, милосердия и сострадания.

В этой борьбе, жизненных коллизиях достигается максимально разнообразное и бесконечное пополнение каждого индивидуального сознания и общественного сознания, а значит, и единого сознания всё новыми оттенками чувств, переживаний, новыми мыслями, знаниями, находками, а также потерями, ошибками и разочарованиями, что, собственно, и нужно для сознания в его безостановочном и бесконечном изменении.

 

Библиография
 
1. Платон. Диалоги. Государство, книга VIII. Собрание сочинений. М., 1994.
2. Блонский П. П. Философия Плотина. М., 1918, с. 184-185.
“Plotini Enneades”, ed. Volkmann, I – II. V 2, 1-2. Lipsia. 1883-1884.
3. Джамманада. II-3. М., 1960.
4. Аристотель. Метафизика. М., 1975.
5. Антология мировой философии. Т. 1, часть 1. Издательство «Мысль». М., 1969.
6. Боргош Ю. Фома Аквинский. М., 1966.
7. Лукреций. О природе вещей, т. II. Статьи, комментарии, фрагменты Эпикура и Эмпедокла. М., 1947.
8. Декарт Р. Избранные произведения. М., 1950.
9. Спиноза Б. Избранные произведения. Т. 1. М., 1957.
10. Лейбниц Г. Новые опыты о человеческом разуме. М.-Л. 1936.
11. Избранные философские сочинения Лейбница. М. 1908.
12.Беркли Д. Трактат о началах человеческого знания. СПб., 1905.
13. Юм Д. Сочинения. Т. I. М., 1965.
14. Юм Д. Сочинения. Т. II. М., 1965.
15. Ламеттри. Избранные сочинения. М.-Л., 1925.
16. Voltaire F. Oeuvres completes, Garnier freres. Paris. 1877-1882.
17. Lessing G. Auswahl in drei banden. Bd. 3. Leipzig, 1952.
18. Кант И. Сочинения в шести томах. М., 1963-1966.
19.Gerbart J. F. Lechrbuch zur Einleitung in der Philosophie. 4 Aufl. Liipzig. 1912.
20. Buchner L. Kraft und Stoff, oder Grundzuge der naturlichen Weltordnung. 21 Aufl. Liipzig. 1904.
21. Фихте И. Г. Избранные сочинения. Т. 1. М., 1916.
22. Фейербах Л. Избранные философские произведения. Т. I. М., 1955.
23. Милль Д. С. Система логики силлогической и индуктивной. М., 1914.
24. Шеллинг Ф. В. И. Система трансцедентального идеализма. Л., 1936.
25 Гегель Г. В. Ф. Сочинения. Т. I-XIV. М.-Л. 1929-1959.
26. Гуссерль Э. Логические исследования. Т. 2. М. ДИК. 2001.
27. Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии. Т. 1. М. ДИК.1999.
28. Рябоконь Н. В. Философия УМК – Минск. Изд-во МИУ. 2009.
29. Прист С. Функционализм. Теория сознания. Глава 5. М., Идея-Пресс, Дом интеллектуальной книги. 2000. ISBN 5-7333-0022-1.
30. Низовцев Ю.М. Всё наоборот. Ответы на каверзные вопросы об интересном (сборник). 2018. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
31.Юлина К. С. Физикализм. Энциклопедия эпистемологии и философии науки. М., «Канон+». РООИ «Реабилитация». 2009.
32. Hameroff S., Penrose R. Orchestrated Objective Reduction of Quantum Coherence in Brain Microtubules. The “Orch OR” Model for Consciousness. Wayback Machine - 1996.  Архивная копия от 12.04.2012.
33. Tononi G., Boly M., Nassiminni M., Koch C. Integrated information theory: from consciousness to its physical substrate. Nature Reviews Neuroscience. May 2016. Vol. 17. P. 450-461.
34. Oxford Living Dictionary. Oxford University Press. 2008. Print ISBN-13: 978 19954 1430.
35. Казаченко О. В. Изучение проблемы сознания в парадигме наук: психологии, философии, лингвистики. 2015. Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Теория языка. Семиотика. Семамнтика.
36. Философский энциклопедический словарь. Изд-во «Советская энциклопедия». М. 1983.
37. Новейший философский словарь. Мн. Книжный Дом. 2003. ISBN 985-428-636-3.
38. Краткий философский словарь. Platona.net
39. Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., Политиздат. 1975.
40. Рубинштейн С. Л. Бытие и сознание. Литрес. 2012. ISBN 978-5-496-02943-8.
41. Кузнецов А. Лекция «Почти как зомби: почему сознание – это не мозг и как это доказать». https: //theoryandpractice.ru /17394-pochti-kak-zombi-pochemu-soznanie-eto-ne-mozg-i-kak-eto-dokzat
42. 1980. David Bohm, Wholeness and the Implicate Order, London: Routledge, ISBN 0-7100-0971-2.
43. Низовцев Ю.М. Всё и ничто. 2016. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS