Комментарий |

Кремлевские

Grobdalopata

Начало

Окончание

Коса и платок

– Так, какая у нас повестка?

– Тимошенко, Владимир Владимирович.

– Кто готовил материалы?

– Я, Владимир Владимирович. У меня собственно тут два пункта:
коса и платок.

– Хорошо. Давайте по порядку. Кто хочет высказаться по косе?

– У меня есть соображения.

– Пожалуйста, Михаил Михайлович.

– Господа, мне кажется короткая стрижка гораздо опрятнее и удобнее
в быту, чем коса, которую нужно заплетать каждое утро, мыть.

– Проветривать.

– Да, наверное, и проветривать. Потом, ведь ее нужно еще уметь
уложить. Все это, господа, занимает немало времени, которого и
так нет. Одним словом, я за аккуратную короткую стрижку. У меня
все.

– ...

– Кто-нибудь еще?

– Можно мне, Владимир Владимирович?

– Да, пожалуйста, Сергей Борисович.

– Господа, я хотел бы подробнее остановиться на мытье. Вот тут
Михаил Михайлович абсолютно справедливо говорил о заплетании.
А вы знаете – каково это такую косу расплетать? Хоть делается
это уже вечером, и времени есть побольше, но вы сами знаете какой
у нас рабочий день...

– Да, бывают деньки.

– Бывают, ничего не скажешь.

– Бывают и вечера, господа, и ночки бывают, если надо. Нас не
на девять часов выбирали. Но дело не в этом. А в том, что когда
ты, наконец, пришел домой (и часто в доме уже все кроме охраны
спят), сил остается только на то чтобы лечь спать.

– А тут коса.

– Да. Тут вас ждет расплетка косы. А это и колтуны, и секущиеся
концы, мимо которых не проедешь – и кондишенер в ход идет, и шампунь.

– Да все по два раза.

– И по три бывает. И потом, когда, наконец, все это позади – будьте
добры фен.

– На полную катушку.

– До хоть и не на полную, все равно весь дом перебудишь.

– И идет потом детвора вот с такими глазами в школу, какие уж
там знания. Дай бог не упасть на парту. А упал – к директору.
А ребенок разве скажет, что там мать ночью выделывает? Конечно
нет. Промямлит что-то и все.

– А мы же их потом еще и отчитываем.

– А плэйстэйшн второй этот? Сколько времени уходит. А в сутках
между прочим 24 часа, не 50.

– И не 100!

– И не 100!

– Господа, Михаил Михайлович верно, но очень мягко это определил.
Я думаю, нужно вещи называть своими именами. О косе не может быть
и речи. Категорически.

– ...

– ...

– Спасибо Сергей Борисович, мне кажется, этот вопрос мы закрыли.
Что у нас по второму пункту, это ...

– Платок.

– Что у нас по платку? ... Сергей Владимирович? Пожалуйста.

– Господа, честно говоря, даже не углубляясь далеко в странную
вызывающую расцветку, у меня сразу возник вопрос об уместности
платка вообще. Мы в Индии? В Греции? Что этим говорится? Какая-то
вывернутая на изнанку свобода выбора. Как бы, например, выглядел
кто-нибудь из нас в платке? Да хоть Владимир Вольфович?

– Ну, это вы чересчур.

– К сожалению, нет, Алексей Леонидович. У нас женщинам даны точно
такие же свободы и права, как и всем остальным. Так давайте и
разговаривать на равных. И требовать равномерно. Понятно, что
платок – это двоеточие.

– Двоеточие?

– Да, двоеточие, после которого вот такими буквами у нас под носом
написали: Мы Европа или Азия? Поэтому, если мы все-таки Азия,
прекрасно, давайте все ходить в платках.

– Еще 1000 лет.

– Хотим мы этого? По моему – нет. Вот и все. А как его набрасывать
или повязывать – это уже дело десятое. Спасибо, у меня все.

– ...

– ...

– ... Спасибо Сергею Владимировичу. Кто еще?

– По моему все предельно ясно.

– Кажется все согласны.

– ...

– Тогда переходим к льготам.

Чай

– Владимир Владимирович, можно?

– Да, Люда, пожалуйста.

– Чай, Владимир Владимирович. Поздно уже совсем.

– Двадцать три сорок пять – разве это поздно, Люда? Спасибо, вот
сюда.

– Ой, да вы же тот не выпили, холодный совсем.

– ...

– Даже не притронулись...

– ...

– Что с вами, Владимир Владимирович? Вы...

– ... Strong men also cry, Людочка, also cry...

– ...

– ...

– Льготы. Я так и знала. Владимир Владимирович, я не могу смотреть,
как вы на износ тут.

– ...

– Ну посмотрите на себя. Невозможно же так. Ни выходных, ни праздников.
И я если не проверю, то и сидите голодным весь день. Все, хватит.
Вы не кушаете – я тоже не буду.

– Ну что вы, Люда. Секунду... Кто там?

– Это я, Владимир Владимирович.

– Михал Михалыч, проходите, садитесь. Я немного постою у окна,
что-то попало в глаз.

– Люда, здравствуйте, куда вы это? На выброс? Вы что? Дайте сюда.

– Да он остывший, Михал Михалыч!

– Я все время остывший пью. Давайте.

– Меня, Михал Михалыч, Люда тут за график ругала. Что там у вас?
По Абрамовичу?

– Да, все как вы просили. Я хотел завтра, но заметил у вас свет
снизу, и ...

– Ладно, ладно. Нету у нас столько завтрашних дней в запасе, чтоб
отдыхать в сегодняшних. По-немецки лучше звучит.

– Что?

– Ничего. Давайте материалы.

Последние публикации: 
Некремлевские (08/12/2005)
Некремлевские (06/12/2005)
Некремлевские (02/12/2005)
Кремлевские (25/11/2005)
Кремлевские (23/11/2005)

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS