Комментарий |

Видимость

Джулия!.. Как описать тебя? В моей палитре не хватит красок.

Мы в вагоне метро. Я, обессиленная, поспешила сесть на свободное
место, затем спохватилась, но ты беспечно машешь пухлой ручкой
– «Я не хочу, мне же скоро выходить. Подержишь?» – на колени мне
плюхается футляр с валторной.

Может, описать тебя в графике?.. На фоне темного окна в вагоне
– твоя фигура, и нежный пушок на твоих руках – словно ореол. В
тебе нет резких линий – все струится-переливается, мягко, плавно.
Тебя окликают, и ты поворачиваешь голову – быстро, чтобы взлетели
восхитительные кудри и тяжело упали на плечи. Вновь обращаешь
ко мне прелестное круглое личико. Улыбаешься, не разжимая губ,
чтобы на твоих щеках появились ямочки – как при игре на валторне.

Глаза Джулии... нет, здесь графикой не обойтись! Большие, прекрасные
глаза, серо-зеленые, с рисунком на радужке, прихотливым и изящным,
как орнаменты в стиле модерн. Глаза, радостно распахнутые на мир,
жадно и ревниво ловящие всё необычное.

Джулия!..


***

Приход Джулии в «Альбу»_ 1 был похож на падение камешка в безмятежную
воду. В погожий майский день она вошла в репетиционный зал – движения
скорые, озорная улыбка – и вмиг очаровала всех. Когда ее увидел
мистер Дойл, наш директор, я – клянусь! – почувствовала, как у
него перехватило дыхание. Девушек у нас было мало, и никто из
них не производил такого впечатления, как Джулия. Она казалась
полнокровной – вот точное слово. Её энергия и жизнелюбие были
удивительны. Казалось, ей незнакомы ни горести, ни болезни. Невозможно
было думать о плохом, глядя на нее.

Джулия любит русских писателей и может выговорить «Достоевский»
почти без запинки. Пользуясь долгой дорогой на репетицию, в метро
она часто читает, склонясь над книгой так низко, что ее густые
каштановые волосы ложатся на страницы книги.

Сама Джулия пишет стихи. Ловко, метко и остроумно. Она называет
их графоманством, но личико ее предательски рдеет, когда она слышит
похвалы своим стихам. Во время очередного перерыва между заездами _ 2
Джулия, придерживая свой пульт рукой и пользуясь им как столиком,
быстро пишет что-то. Оказывается, ее осенило вдохновение, и она
творит, забыв обо всем на свете.

Иногда кажется, что пульт нужен ей только для этого. Почти все
свои партии Джулия играет по памяти. Говорит, что так привыкла.


***

Был тихий осенний вечер, и оркестр репетировал концерт Фиалы _ 3,
который мы начали разучивать в прошлый раз. Это была первая по-настоящему
трудная вещь за последние полгода. Все мы почти не отводили взгляда
от нот.

Даже сидя в самом центре тяжелой меди, окруженная плотной стеной
звука, я не могла не услышать донесшейся вдруг нестройности валторн.

Игра остановлена, и в течение нескольких секунд в тишине слышно
шуршание нотных страниц и злобное шипение концертмейстера.

Вновь зазвучал оркестр, и буквально через десять тактов – опять
спотыкается валторна.

Одна.

Молчание.

Голос, негромкий, как звук коротко стегнувшего хлыста:

– Третья валторна!

Маэстро был в ярости. Иначе он сказал бы: «Джулия».


***

Из дирижерской Джулия вышла белее мела. Мы ждали ее в коридоре
и, увидев, расступились, не проронив в первые секунды ни звука,
настолько эта Джулия была не похожа на ту, которую мы знали. Странно
и страшно было видеть, как эти прекрасные глаза беспомощно обводят
нас, одного за другим, постепенно наполняясь слезами и словно
становясь еще больше, чем обычно. Наконец Зара, сердце «Альбы»,
отделилась от остальных, чтобы принять на себя поток безудержных
рыданий. Порывисто обняв ее и уткнувшись лицом в ее плечо, Джулия
выпустила из рук свою сумку, и та упала на пол. Я стояла ближе
всех и, шагнув, начала подбирать рассыпавшееся по полу нехитрое
содержимое: карандаши... косметику... расческу... продолговатый
твердый футляр вроде пенала. Повинуясь непонятному порыву, я раскрыла
его.

В футляре, обитом изнутри бархатом, лежали очки. Простые очки
в скромной коричневой оправе.

С трудом сглатывая внезапно подступивший комок в горле, трогаю
Джулию за плечо, до сих пор мелко вздрагивающую от рыданий.

– Джулия... Джулия... вот... они не разбились.

–––––––––––––––––––––––––

Примечания

1. «Альба» (AlBA – сокращ. от Alperton Brass Academy) – название оркестра.

2. Заезд (муз. жарг.) – отрезок репетиционного времени длиной обычно
от часа с четвертью до 45 минут.

3. Фиала, Йозеф (1748 – 1816) – чешский композитор.

Последние публикации: 
Ёлка (27/09/2007)
Родинка (02/07/2007)

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS