Комментарий | 0

Многие дороги ведут в Рим

 

(наброски сценария о Петре Петровиче Семенове-Тянь-Шанском)

 

Пётр Петрович Семёнов-Тянь-Шанский

 

 

1. Ведущий на улице или в Географическом обществе.

После своего знаменитого путешествия на Тянь-Шань, Петр Петрович – первый из европейцев побывавший в этой горной стране, должен был вновь поехать в экспедицию. В тоже самое время ему было предложено участие в выработке законов по отмене крепостного права…. Непростой выбор. Семенов спешит в Географическое общество и предстает перед его тогдашнем вице-президентом адмиралом Литке. Адмирал сокрушенно признается, что у Общества нет денег на экспедицию. «Вот уж, голубчик, простите, мне самому нелегко это сказать, а уж какого вам услышать» … Петр Петрович улыбнулся. Было странно, что путешественник, единственный первооткрыватель среди всего Географического общества, был доволен таким сообщением…. Предоставленная свобода позволила отдать все силы реформе, но зато годы спустя Семенов вновь вернулся к активной деятельности в Обществе. В 1873 году был назначен на пост вице-председателя, на котором прослужил боле 40 лет… В годы его правления были осуществлены основные Центрально-Азиатские экспедиции Пжевальского, Роборовского, Певцова, Козлова (показать рисунки).

Как гласит восточная мудрость, не следует отступать перед тем, что мы в силах изменить. Но стоит спокойно принимать то, что изменить нет возможности…

Неслучайно одной из любимых поговорок путешественника было высказывание, или даже афоризм: «Не одна дорога ведет в Рим» …

 

2. Ведущий в столовой фамильного дома

11-летний барин жил в своем имении Урсово почти в полном одиночестве … Отец – умер от тифа… Мать – с горя заболела нервной горячкой …. Взрослых по близости было мало: только бабушки, да тетки … Некогда полный гостей дом – пусть … Подобно Робинзону, Петр жил в своем замкнутом мире: собирал растения, много читал, думал … «Мать боялась выпускать меня в сад. А я, обманув ее бдительность, пробирался по узкому краю крыши на залитый вечерним солнцем балкон. И сидел там с какой-нибудь книжкой до глубоких сумерек. Часто вглядываясь, то на зеркало видной оттуда реки, то на чудные группы деревьев, то на звездное небо. Я возвращался жизнерадостным и чувствовал, как мое появление на время успокаивает страждущую мать» …

 

3. Ведущий на Лермонтовском проспекте, около училища Гвардейских подпрапорщиков

 

Когда Петру пошел 15 год, родственники забеспокоились ни на шутку. Мальчику следовало где-то учиться … Самое подходящее военное заведение - школа гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров. Петр отправился туда самостоятельно. Его принял плотный артиллерийский офицер с грубоватыми манерами. Откровенно удивился, что мальчик прошел без взрослых. … «Я сказал тогда, что очень желаю поступить в школу, но до сих пор занимался только тем, что мне нравилось. А понравятся ли предметы, которые предстоит изучать, я не знаю» … Полковник нахмурился и тотчас же улыбнулся: «А вы оригинальный субъект… Весьма!»

 

 

4. Ведущий в училище

 

Поначалу с некоторыми из преподавателей отношения складывались непросто. Русскую историю читал майор Вержбицкий, поляк и католик, чья интерпретация некоторых эпизодов истории была своеобразной. Рассказывая о крещении Руси, он явно читал, что киевские мужики не сумели по достоинству оценить православные обряды. Петра, прилежного читателя Карамзина, это до глубины души возмутило. «Ваше высокоблагородие, позвольте заметить, что события в княжестве святого Владимира происходили не совсем так». Класс замер от неслыханной наглости. – «Вот как?» - спросил преподаватель. – «Весьма рад, что между своими учениками, нахожу знающего лучше меня. А потому прошу вас продолжить мою лекцию». Петр спокойно вышел к кафедре и продолжил рассказ. Ясно, подробно, логично. – «Прекрасно!» - вынужден был признаться Вержбицкий. Взял журнал и поставил 12 баллов. Из щекотливой ситуации оба вышли с честью.

 

5. Ведущий на улице, на Лермонтовском.

 

Дисциплина в школе была строгая. Подпрапорщиков увольняли по выходным и только к родственникам. Многим приходилось придумывать себе дядь и теть, чтобы слегка поразвлечься в городе… Петру Семенову было только же лет, но он трезво понимал свои обстоятельства и долгов н делал… А самое главное – не хотел быть «как все» … Позже, в своих мемуарах удивлялся размаху Федора Достоевского, который жил с ним в одном лагере: «Вот хотя бы запросы Федора Михайловича отцу на лагерные расходы. Я жил в такой же полотняной палатке, и обходился без своего чая (казенный у нас давали по утрам и вечерам), без собственных сапог (довольствуясь казенными), и без сундука для книг, хотя читал их не менее чем Достоевский. Это не было необходимостью, а делалось, чтобы не отстать от других товарищей, у которых были и свой чай, и свои сапоги, и свой сундук» …

 

6. На улице на Лермонтовском 

 

Жизнь с больной матерью приучила Пета с видимо легкостью подчиняться внешним ограничениям. За все время учебы он только один раз подвергся дисциплинарному взысканию. Как-то гулял по Александрии, толком не зная ее планировки. Увидел неясный силуэт офицера в светло- серой шинели и в белой фуражке. Воинскую честь отдать не успел. Офицер остановил экипаж и подозвал Петра к себе. Только тогда Семенов понял, что перед ним стоял Николай Первый. «По близорукости не узнал Вашего Императорского Величества»! – оправдывался Петр. Государь сказал: «Вы могли не узнать во мне даже генерала, но в обязанность низшего чина входит отдавать честь каждому офицеру». В наказание – целый месяц дежурства…

Вину Семенов искупил хитроумным способом. Зная наизусть все царские дни, он посоветовал ротному командиру поздравить государя с днем рождения старшего внука. По приходу императора в лагерь 8 сентября подпрапорщики грянули: «Имеем счастье поздравить Ваше Величество!» Государь был доволен, а Семенов – освобожден от взыскания!

         

7. В здании Географического общества (есть рисунки экспедиций)

 

Биографы Семенова утверждают, что в то время военная служба состояла лишь из прислуживания, и для молодого амбициозного человека этого едва ли было достаточно. Петр начал посещать лекции на физико-математическом факультет университета. Среди профессоров: знаменитый академик Ленц, гениальный русский математик Чебышев. Среди сокурсников: будущий профессор и ректор университета Бекетов, будущий основатель и директор петербургской гимназии Май … Как и в детстве Семенов жадно впитывал знания, и казался взрослей своих лет. Сходился со взрослыми людьми значительно легче, чем со своими сверстниками…

Взгляды Семенова формировали и так называемые «пятницы» у Петрашевского, где собирались студенты, композиторы, художники, литераторы … «Живо вспоминаю, с каким наслаждением мы читали иностранную литературу. Как отрадно самые талантливые писатели выливали перед нами свою душу. Как страстно говорили мы о свободе печатного слова, об идеальном православии, о правовом государстве».

Многие участники, в том числе, и Федор Достоевский, за вольнолюбивые идеи были впоследствии сосланы на каторгу… В кружке Петрашевского происходила не только подготовка революции, как писали многие историки, а скорее рождение интеллигенции.   Любопытно пишет петербургский писатель Владимир Кавторин: «Это в других странах образованные люди замыкались в рамках своих профессий, рационально мыслили, двигались вперед… Российский же интеллигент играл роль бродильного элемента. Вечно мечтал, не верил государству, задавал рваный ритм развития. С немыслимыми порывами, к неслыханным идеалам» …

 

8. Географическое общество, картинки маршрутов указанных путешественников

 

Посещая вместе с профессорами недавно основанное Императорское Географическое Общество, Петр в какой-то момент осознал необходимость собственных путешествий и исследований. Первая «проба», по словам Достоевского, - пеший подох из Петербурга в Москву, вместе с другом Николаем Данилевским. За 20 дней приятели рассчитывали собрать новые сведения о камнях, почвах, растительном мире … Путешествие сопровождалось неожиданными приключениями. Так у Волкова навстречу вышла толпа вооруженных крестьян. В то время в округе свирепствовала холера, и местные жители опасались, что умерших могут хоронить на их территории. Незнакомцы, оснащенные геологическими молотками и лопатами, выхвали подозрение … Все могло кончиться весьма плачевно, если бы Петр не проявил находчивость. Вынул из кармана газету с сообщением, как подобная толпа разнесла аптеку. «Шапки долой! Слушайте царское повеление!» Строжайше наказывать тех, кто осмелиться…» Толпа отступила, а приятели благополучно продолжили свой путь …

По возвращении в Петербург Петр вместе с Данилевским набросал новый план исследований. На этот раз: физико-химический анализ почв… Друзья получили солидную финансовую поддержку у Вольного Экономического Общества. 1000 рублей серебром. Но по воле судьбы экспедиция была прервана. Прямо на постоялом дворе, где приятели остановились, Данилевского арестовали по делу Петрашевского. О продолжении путешествия не могло быть и речи… Петр впоследствии сыграл важную роль в жизни друга: переговорил с его возлюбленной Верой Беклемешевой. После чего она незамедлительно приехала в Вологду для вступления с ссыльным Данилевским в законный брак.

 

9. Географическое общество, или комната, где картины и где была церковь 

В чужих делах Семенову везло…. А вот свои …  В Гремячке, недалеко от родного поместья, поселилась недавно овдовевшая Екатерина Кареева со своей 17-летней племянницей. О своих чувствах Семенов молчал. Лишь один раз, когда остался с Верой наедине, решился спросить ее: «Как Вы видите свое будущее?» Надеялся, что по ответу поймет, что происходит в ее душе… Вера промолчала. А Петр не продолжил разговора… Частые визиты к соседям были столь не похожи на Семенова, что вызывали беспокойство родни. Через полгода одна из тетушек со свойственным ей прямодушием спросила: «А подумал ли ты, что частые посещения Кареевых могут вскружить голову достойной девушке?» «Вскружить голову? Если б я заметил, что голова ее вскружилась хоть на одну десятую моего, то немедленно предложил бы ей руку и сердце!»

Счастье было столь непривычным для Петра, что он три дня не находил себе места. «Когда мы встретились вновь, я отважился слегка приподнять ее голову и прочел на ее раскрасневшемся лице такую улыбку счастья, какую никогда не забуду» …. Они обвенчались поздней осенью в небольшой церкви… А 7 ноября у Семеновых родился сын Дмитрий.

А потом у Веры начался кашель и пошла кровь. Все как было когда-то у матери Петра. Врач по горловым болезням, вынес приговор: скоротечная чахотка … «Как громом был я поражен, не знал, что придумать для ее спасения … А наутро вдруг почувствовал, что не в силах «разжать сведенных челюстей». Только записочку написал – «не могу говорить» … Две болезни сразу. Тиф и безумие. Почти целый месяц провел Семенов то ли на грани смерти, то ли на грани помешательства. Описывая свою болезнь, настойчиво подчеркивал, что ни разу во время приступов не потерял сознания…

«Веру спасти не удалось, а я выжил. Жизнь казалась совершенно разбитою, но физически, после тяжкой болезни я чувствовал в себе полный возврат сил. Я должен был уехать»...

 

10. Квартира в Петербурге

 

После двухгодичного отсутствия заграницей Петр возвращается в Петербург. А потом отправляется в одну из своих главных экспедиций. В самый центральный из азиатских хребтов – Тянь-Шань, куда не ступала нога европейского путешественника. В Географическом Обществе о своем намерении он не докладывает. Министерство иностранных дел ревностно оберегает азиатские страны от русской науки, и дипломаты разрешают снарядить экспедиции в Азию только немецким исследователям. Семенов мотивирует поездку работой над переводом книги географа Карла Риттера «Землеведение в Азии»… За время экспедиции будут осмотрены горные перевалы, определены высоты, собрано свыше 300 образцов горных пород и более 1000 видов растений … Опровергнута теория вулканического происхождения Тянь-Шаня, в которую наука верила, как Колумб в существование Нового света…

Петр Петрович ведет подробный дневник экспедиции, где фиксирует практически все события происшедшие с ним. От столкновений с враждующими племенами, до стихийных бедствий. Так однажды на путешественников набрасывается тигр. Хищник откусывает у одного из казаков руку. А Семенов потом пожизненно выплачивает семье пострадавшего пенсию.

Петр Петрович был достаточно известен среди местных жителей, о его мудрости ходили легенды. Так однажды его пригласили в один из аулов в роли арбитра … Дочь знатного дулата просватана за сына знатного атбана. За невесту получен калым. Но, увидя жениха, она наотрез отказывается выходить замуж. Грозит, что живой такому мужчине не достанется. Возврат калыма и даже выплата куна (то есть штрафа) – недостаточны. Затронута племенная честь… Семенов с доблестью выходит из трудной ситуации. Дядя невесты, который в свою очередь высватал себе девушку, должен тоже от нее отказаться… Дождавшись правильного решения собрания, Петр Петрович немедленно утверждает его, пока никому не пришло в голову возразить.

 

11. Квартира в Петербурге

 

А вот еще более непростой конфликт. Семенова неожиданно приглашает Султан Барумбай. Долгое чаепитие. Неторопливая восточная беседа, со множеством полунамеков и подводных камней… Барумбай за любой выкуп хочет возвратить султанш, взятых в плен ханом Умбез-Алу. За этой нехитрой просьбой Петр Петрович видит главное. Старик смертельно устал от вражды. Да и другой, более молодой и удачливый вождь, давно хочет мира. А честь племени не позволяет ни одному из них сделать первый шаг … Как тут быть? Искать мудрого посредника… Петр Петрович незамедлительно отправляет двух пленниц к молодому хану с важным письмом. Умбет-Алу возвращает султанш, получив от Барумбая в знак примирения 12 коней … Длительный мир вокруг Иссык-Куля восстановлен. Ни одно из враждовавших племен не уронило чести…

 

12. Съездовская линия

 

Петр Петрович не зря учился практической дипломатии на Востоке. Впоследствии он удачно применил ее при составлении одного из важнейших в истории России законов.

Еще во время путешествия на Тянь-Шань Пет писал: «Была у меня и другая заветная мечта… Россия не могла более оставаться в тех окаменелых безжалостных формах, которые стесняли ее развитие. И мне казалось, что узел этих пут, связывавших развитие русского народа, заключается в крепостном праве, в отмене его»… По возвращении в Петербург, Семенов окунулся в споры по крестьянскому делу… В чем заключалась основная трудность? Дворяне предлагали дать крестьянам свободу без земли. А это могло повлечь за собой кровавую бойню… Хорошо вдохновенно рассуждать о свободе на «пятницах» Петрашевского. Но как подойти к вопросу с практической точки зрения?

Петр Петрович пишет влиятельному члену Главного комитета по крестьянскому делу Якову Ростовцеву. В письме говорится о том, что он с юных лет изучал бы крестьян в России и Сибири, и что его соображения могут быть полезны… Доверие Ростовцева к сотруднику – добровольцу было безгранично с первой же встречи. Петру Петровичу было предложено стать заведующим делами Редакционных комиссий, и он с головой уходит в новую работу. Здание, где располагалась Редакционная комиссия помещалаь в одном из зданий Съездовской линии.

 

13. Географическое общество. Рукописи.

 

Проходит время. Ростовцев тяжело заболевает. Для Семенова – это дни личного горя. В то же время он ни на минуту не позволяет себе забыть о деле, которое давно считал главным в своей жизни… Он пишет «записку», в которой излагает основные пункты будущих законоположений. Это документ Ростовцев хранит у изголовья и перед смертью передает Государя.

«Бедный наш Яков Иванович», - говорил Государь в личной беседе с Петром Петровичем. «В свой «записке» он оставил завещание, которое будет для меня священно. Одно только тревожит меня. Вопрос о преемнике»…

Для Семенова это – важнейший вопрос. Не многие бы в такой ситуации удержались от соблазна приписать покойному собственные желания и соображения. Но не Петр Петрович. «Яков Иванович много раз говорил со мной об этом. Но выбор его ни на ком не остановился. Если бы это было иначе, он обязательно бы высказал свою мысль непосредственно Вашему Императорскому Величеству».

Какой ответ! Не это ли сильнейшее возражение государю на любое конкретное имя.

«Я желал бы слышать мнение о каждом из них», - продолжал Государь. Семенов краток, но точен: «Великий князь Константин Николаевич – представитель Императорского дома. Может быть подвернут ненависти другого сословия. Граф Кисилев – слишком стар… Лунской – слишком добродушен. Муравьеву – всегда недоставало гуманности… Панин – плохо знает народный быт и крайне необщителен.

Беседа с Государем напоминала шахматную партию, когда играют почти разные соперники. Никто не делал ошибок, не проводил рискованных комбинаций. И вдруг оказывается, что единственный ход черных – мат.

«Мне кажется, что Ваше Величество напрасно тревожится о назначении преемника Якову Ивановичу. К счастью, из посмертной записки Якова Ивановича видно, что дело вчерне уже окончено. Сотрудники Ростовцева без труда могут справиться с окончанием того, что не доделано».

Государь принял слова благосклонно и ответил приблизительно так: «Я внимательно еще раз прочту записку Якова Ивановича. А пока поручаю Вам сообщить Вашим коллегам, чтобы они спокойно продолжали свою работу».

 

14. В квартире на Васильевском

 

Итак, в 34 года оба грандиозных плана выполнены… В одной из модных тогда анкет Семенов напишет: «Счастье для меня – заниматься тем, что по вкусу, быть полезным, любить и быть любимым». Теперь ему не хватало только одного. Любить и быть любимым. Знакомые полагали, что выбору невесты способствовало увлечение Петра живописью. Действительно, в его коллекции было полотно Г. Натшера «Портрет молодой девушки с собачкой на коленях». Говорят, разглядывая этот портрет, Петр Петрович обратил внимание на сходство его с Лизой, дочерью давнего знакомого…

 

15. На улице, затем в квартире на Васильевском острове

 

После свадьбы в 1863 году Петр Петрович переезжает на 8-ю линию Васильевского острова. Старинный дом принадлежал тестю Семенова, известному статистику Андрею Парфеновичу Заблоцкому-Десятовскому. Петр Петрович жил здесь вместе с женой и большим семейством.

Из 11-комнатной квартиры сохранилась вот столовая, где Петр Петрович работал. И где после смерти отца жил его сын Андрей, умерший, как и оба брата Измаил и Вениамин, в 1942 году от голода

Потомки Семенова проживают в этом доме и поныне, объединяя силы в непростой борьбе по сохранению постепенно разваливающегося здания – памятника архитектуры 30-х годов XIX века.

 

16. Семья. Увлечение живописью.

 

У Семеновых была большая семья. Сын Андрей увлекался этимологией, переводил Горация. Старшая дочь Ольга, ботаник и этнограф, занималась живописью. Вениамин увлекался геологией. А Валерий – вопросами сельского хозяйства. Измаил, известный метеоролог, построил первую свою метеорологическую станцию в родовом поместье Гремячки … Младший сын Ростислав, красивый музыкальный мальчик, умер в возрасте 14 лет от туберкулеза.

В этой комнате висело огромное количество полотен. После своей смерти Петр Петрович завещал передать 700 ценнейших картин в коллекцию Эрмитажа… По преданию, перевешивая одну из них незадолго до смерти, он упал и повредил легкое.

 

17. Благотворительное общество.

Еще в 1869 году по инициативе тестя Петра Петровича было учреждено Андреевское Благотворительное общество для помощи всем бедным. Петр Петрович стал одни из попечителей. У него на дому постоянно толклись посетители, которых он устраивал в благотворительные заведения, подыскивал работу, утешал…

Традиции живы и сегодня. Праправнук Петра Петровича организовали Семеновское благотворительное общество.

 

18. На улице

 

Последние годы жизни Петра Петровича были посвящены мемуарам. За три года до смерти, в 1911 году по случаю 50-летия освобождения крестьян был устроен банкет. Петр Петрович награжден орденом Андрея Первозванного. И в том же 1911 году его ученик назвал одну из высочайших вершин монгольского Алтая просто – Петр Петрович. И по сей день Петр Петрович стоит, возвышаясь над всей округой.

Тот, кто имел силу преодолевать, тот, кто обладал мудростью смириться.

 

2005-2007 гг

 

Рекомендую

23

Последние публикации: 

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS