Руссо первым в Новое время понял, что человек – это не готовая субстанция с фиксированными свойствами, а проект, исторический процесс, непрерывное становление. Его антропология, полная противоречий, предвосхитила главные интеллектуальные битвы последующих столетий и по сей день заставляет нас задаваться фундаментальным вопросом: кто мы есть в своей подлинной сути и какую цену мы платим за право называться цивилизованными людьми.

...Оцените, здесь — Пастернак, здесь — Цветаева, а здесь — Елизарова. Я в её стихах находила всё, что мне нужно: аллитерации, ассонансы, глубокие метафоры. Я всегда с радостью и гордостью говорила своим студентам: это стихи нашей выпускницы Наталии Елизаровой. В этих стихах есть всё: изящество, красота, ум, мастерство. (Преподаватель Литинститута, к.ф.н. Татьяна Никольская)

Открывается книжка «Тепло для волчат», \ но в каждом волчонке ещё слишком мало от волка, \ в каждом зайчонке ещё не хватает иголки, \ ещё не хватает утки, яйца золотого. \ Только вдоволь простора и неба простого. \\ Нелюбимых детей не бывает, \ бывает неправильная любовь, \ когда зацветёт берёза — \ нужно сажать морковь, \ а к ребёнку примет не бывает. \ Вот и злится родительское внутри, \ полыхает прозой, говорит: «утри», — \ и нечёткую дверочку на ночь берёзовым колышком подпирает.

Как на парад наш танк уже начищен, \ Горела в небе злая бирюза, \ Зачем, зачем сказал мне старый фельдшер, \ Что умирают первыми глаза? \ Мы на броню усердно матерились, \ Мечтая сесть за праздничным столом. \ Но как могли приказу подчинились: \ Мы в город Грозный налегке войдём… \\ (...) Казался мне тот ужас бесконечным: летел свинец, чернели небеса, \ Но в голове возник зараза–фельдшер: \ — Эй, лейтенант, разуй уже глаза! \ И я собрал себя из всех ущелий, \ И, как учили, громко приказал: \ «Нам умирать, махра, ещё не время, \ Ведь умирают первыми глаза!»