Мифо-ритуальная катартика жанра поэтической видеоимпровизации Алексей Филимонов (07/04/2026)
Кронопись сотворяет нового читателя — зрителя, слушателя, восприятеля волн, ткущих видеоимпровизацию. Речь поэта — быстрая, неровная, интенсивная, допускающая логические пропуски, дальние ассоциации и обращенная к эйдосам вещей. Происходит смещение временных линий, образующих лабиринт, из которого автор и его видеочитатель должны найти выход, одолев внутреннего Минотавра, каждый по-своему, ибо восприятие текст сочинителем и реципиентом могут быть различными и даже противоположными. Музыка как первооснова не может раскрыться полностью в повседневной речи. «Людские слова так грубы, / Их даже нашептывать стыдно» (А. Фет).
Чегем родной! Исмаил Бейтуганов (07/04/2026)
Чегем, свети \ Мне на пути, \ Ты — рай земной, \ Аул родной! \\ У древних скал \ Орлиный бал, \ А солнце льёт \ Не воздух — мёд! \\ И между гор —\ Небес простор,\ Чегем журчит — \ Бегут ручьи. \\ Я — твой птенец! \ Здесь зов сердец, \ Огонь имён \ Тобой зажжён. \\ Взяв солнца свет \ На много лет,\ Живу тобой, \ Чегем родной!
Чегем родной! Нина Попова (07/04/2026)
Чегем, свети \ Мне на пути, \ Ты — рай земной, \ Аул родной! \\ У древних скал \ Орлиный бал, \ А солнце льёт \ Не воздух — мёд! \\ И между гор —\ Небес простор,\ Чегем журчит — \ Бегут ручьи. \\ Я — твой птенец! \ Здесь зов сердец, \ Огонь имён \ Тобой зажжён. \\ Взяв солнца свет \ На много лет,\ Живу тобой, \ Чегем родной!
Пенелопиада: взгляд жены Ирина Димура (06/04/2026)
Желание написать или создать рукотворное изделие проистекает из стремления рассказать историю. Изнасилованная Филомела превратила свою историю в «утомительную вышивку» («Тит Андроник», 2.4.39), искусную ручную работу. Неподвластная времени форма самовыражения — плетение ткани по заданному узору — отражает определенный тип дискурса и представляет собой «кодировку способов восприятия мира» или его фиксацию (Фрай, 14)
Никто Трофимова не вспомнит Игорь Трофимов (06/04/2026)
никто Трофимова не вспомнит \ когда умрут его друзья \ как только всех его знакомых \ многострадальная земля \ смиренно примет... вуаля! – \ тогда придирчивый паломник \ прочтёт в осколках хрусталя...
Весеннее Елена Колесникова (05/04/2026)
Увидят звёзды тайное земли, \ Её неповторимые творенья, \ И грусть – зачаток будущей любви, \ И сад – зачаток будущей вселенной. \\ Покажутся неважными давно – \ Цветов подснежных синие надежды, \ Но помни сердцем, помни всё равно \ Апрельский дождь – от счастья безутешный – \\ Когда взыграет летняя свирель... \ И всё зови своими именами – \ Скажи:" Любовь" – откликнется апрель, \ Скажи: "Весна! – и нежность между нами.
Чемодан Маяковского Дмитрий Аникин (03/04/2026)
Единственной в экспозиции подлинной вещью Маяковского был чемодан – громоздкая, видавшая виды вещь, установленная в основном помещении музея как некий походный алтарь маяковедения. Я так и не выяснил, откуда чемодан взялся в нашей школе; очень может быть, что его подарила Лиля Брик, наш музей неоднократно посещавшая и весьма его жаловавшая.
Последний день поэта. «Но дух мой будет жить и впредь». Генрих Гейне Наталия Кравченко (03/04/2026)
Весёлый шутник и насмешник, он всю жизнь томился безысходной тоской, заглушая душевные пытки раскатами своего язвительного смеха, в котором, однако, ясно чувствовались невидимые миру слёзы.
«Дерзай же! Это труд для одиночки…» Владимир Буев (02/04/2026)
Обычно Бородицкая вслух читает только английскую поэзию. А нынче читать будет то, что она делает крайне редко. Однако «практически все языки, которые [в книге] задействованы, будут представлены»: это чешская, «чуть-чуть» словенская, венгерская, польская поэзия (спойлер: чешская поэзия на русском языке в итоге сегодня не звучала, видимо, выступающая о ней по ходу дела забыла). Венгерские стихи Бородицкая переводила не с оригинала, но у неё, по её словам, был «чудесный [помощник]... до этого мы ещё дойдём».
Гнездовья талой воды. Из дневника волонтёрши Светлана Леонтьева (01/04/2026)
Да, поправила прядь на челе твоём просто, \ да, стихи написана про чайку с откоса. \ Понимаешь, не ты и не он – тонны, тонны \ этой гуманитарки – тяжёлой, бездонной. \ Реки, реки её! И течёт она в море, \ в то огромное красное синее море. \ А вы здесь окопались в тылу, где салоны \ красоты, рестораны и фуникулёры, \ и мужчины, желающие лишь издаться, \ поэтессы мясные, как в глянце! \\ (...)
Ресторан? Да, хорош. \ Шуба? Тоже неплохо. \ Если уж умирать, то не от любви мне \ и ни этих касаний и тоненьких линий. \ Если же воскресать, то за всю мне эпоху. \\ Я хочу дарить мёртвым свой крик. Выдох. Вдох ли! \ Мне детей в этих бабах убитых родить бы.\ И вот этих замученных в Судже – чтоб жили, \ долго жили и счастливо. \ Дай же мне силы \ снова вырастить в ангеле белые крылья. \ Лишь вот этим я счастлива, милый.
Поделись
X
Загрузка