Комментарий | 0

Чечня 2. Записки о гражданской войне* (12)

 

 

 

 

– И что? Они пошли без приборов ночного видения? – Гром всё требовал подробностей. – Без полной экипировки?

– Поленились, наверное, брать в десять часов утра, – усмехнулся Мина.

– «Тюльпаны» почему не блеснули в свете фонарей?

– Так... Слава у нас ещё и художник, – прокомментировал я. – Покрасил стаканы в цвет фона вместе с подставками. Классная получилась композиция.

– Извращенцы! – хохотнул Барс. – Так лохонулись. А вроде спецы.

– Обрыдло им всё! – продолжил пояснять, пакуя вещи. – Эти тренировки каждый раз. Одна группа обороняется, другая нападает. Сценарий вылизан до блеска. Снимают, ни о чём «неподозревающих» часовых. Тихо зачищают здание.  «Террористы» играют в карты или типа ждут, когда к ним вломятся «внезапно» силовики. Просто отыгрывают технику действий до автоматизма. Без изысков. Игра в пятнашки. Тасуют здания, этажи – результат предопределен. А нас всего двое – расслабон! А с Уралом? У них и в мыслях не было, что такое возможно.

– Мне понравилась подстава с растяжкой, – выдал Слон. – Мало, что стальную проволоку взяли, так ещё и отполировали для лучшего отражения.

– Я и говорю – извращенцы, – повторился Иван.

– Креатив! – Высказался Дюна. – А мы как идиоты в это время с психичкой общались.

–???

– Витя заливает. Он пытался с ней закрутить романчик. Но орешек не по зубам оказался, – прояснил ситуацию Барс.

– Саш! Со мной на Кадам? – сменил тему Василий.

– Нет! Я домой, надо отцу с дачей помочь. Май на носу! – ответил я Грому.

– Меня с собой возьмёшь, – вдруг спросил Толик. – Есть у меня желание тебе помочь.

– Ну, тогда и я с вами.

– А Тамара?

– Месяц подождёт.

– Можно и мне на хвост прыгнуть? – поинтересовался Дюна.

Я смотрел на своих товарищей, офигевший от перспективы заселения весёлой троицы в трёхкомнатной квартире (где я их укладывать-то буду) и не мог вымолвить и слова.

– Поселимся у него на даче. Утром копаем. Вечером отмечаем. Класс! – поставил точку Барс. – Или кто-то против?

– Все за! – радостно загалдел землекопательный отряд.

– Что-то Дрон дар речи потерял. Хлопает ртом, как рыба на суше. Ты чего имеешь несогласие с нашим коллективным решением? – осведомился Дюна.

– Нет! Я искренне рад. Просто не думал не гадал о таком счастье. Вы серьёзно? Или розыгрыш? Где засада? – наконец смог произнести я.

– Саша, мы реально хотим помочь твоему бате. Не брыкайся! – Слон хлопнул меня по плечу.

– Да, не брыкаюсь. Готов принять тимуровцев со всем своим радушием! – ответил я, но в душе засвербило, что это «ж –ж –ж» – неспроста.

Познакомив отца с боевыми товарищами, я вместе с ними поселился на даче. Дачный домик мы с отцом в своё время отгрохали основательный – кирпич в два этажа пять на семь на прилегающих шести сотках.  Парни взялись за дело с огоньком. Перекопали всё, на что указал батя, заново поставили вместо сетки глухой забор из профлиста (вечером можно было без чужих глаз организовать веселье), проложили дорожки из битого кирпича. У моего отца на глаза слёзы навернулись от такого тимуровского движения. Не слушая меня, он каждый день приходил на участок, благо от дома до дачи пятнадцать минут пешком. Хорошо иметь квартиру на самом краю города: сосновый лес, товарищество садоводов, речка в двух километрах – всё под боком. Батя садился на лавочку и удовлетворённо обозревал приходящее в идеальный порядок хозяйство. Толик (Слон) вёл с ним садоводческие беседы, иногда даже доброжелательные споры о времени обрезки садовых деревьев и кустарников. Иван (Барс) ремонтировал сарай. Василий (Гром) занимался обрезкой плодовых деревьев, посмеиваясь над Толиком (теория и практика – вещь разная). Дюна и я кашеварили и занимались доставкой на Витиной «Волге» всего разнообразия товаров и материалов по требованию трудовой бригады. Я находился на верху блаженства, единственное, что меня отделяло от счастья – это невозможность побыть одному. Куда бы не направлялся, чтобы не делал, рядом всегда кто-то был, чаще этот кто-то имел лицо Дюны.  

Я посмеивался над нашими охотниками. Дюна, Гром и Слон прихватили с собой ружья на весенний сезон. Но, пока занимались обустройством дачи, все сроки прошли. Лишний груз. Но как настоящие спецы они каждый вечер устраивали осмотр и уход за стволами, похваляясь своими успехами на стезе добычи дичи.

В конце второй трудовой недели я был ошарашен появлением Старика, который проездом решил заглянуть в гости. Сначала Дюна умчался куда-то на своей машине. Затем у ворот дачи припарковались его «Волга» и жигулёнок Виктора Андреевича. В тот момент мы по обыкновению трапезничали в спускающихся сумерках.

– Доброго вечера, хозяева! – произнёс Старик, осматривая наш обильный стол и не обращая внимания на мой, остановившийся у самого рта стакан с живительной влагой. – Не прогоните, надеюсь, запозднившегося путника? Окажите приют до утра.

Мой отец, как обычно, уже дремал в своём кресле и не обратил внимания на вновь прибывшего. Жестом запретив мне его беспокоить, Виктор Андреевич сел на быстро приготовленное ему место за столом.

– Как отдыхается? – задал он тривиальный вопрос.

– Всё путём! – сфамильярничал Слон.

– Ну и слава Богу! Проезжал мимо! Дай думаю загляну к хлопцам. Злоупотребляете, засранцы? – цепким взглядом осмотрел присутствующих, остановив довольный взгляд на расчехленных ружьях. – Что застыли? Кто раздающий? Мне четвертинку! С утра за руль!

– Бутылочка коньяка на шестерых, с такой закуской, только для согрева, – оправдался Барс.

– Ну и ладушки! Постарел, тяжело уже без отдыха на большое расстояние рулить. К другу еду.  – ещё раз оправдался он, внимательно поглядывая на меня.

– Саша! Познакомь меня с гостем! – сказал батя, открыв глаза. – Сморило старика. Куда мне до вас молодых. Знакомь! И пойду я на боковую.

– Степан Евстратович, я вас отвезу, – встрепенулся Виктор.

– Спасибо, сынок. Отвези. А то я что-то устал. Семьдесят годков с гаком, не до плясок уже, – согласился отец. – А ты командир ихний, как я разумею. Береги Сашку моего. Он у меня поздний и единственный.

– Виктор Андреевич, – представил я.

– Приложу усилия, – пообещал Старик.

– Приложи… приложи! – кивнул головой батя. – Хорошие у тебя ребятки, трудолюбивые. Благодарен им. И дружные. Поехали, Витенька! Не буду мешать молодости.

Я прозрел. Утром проводя командира в путь, устроил допрос всей этой б… компании.

– Так колитесь, уроды! – свирепо вращая глазами, не находил себе места среди этих неискренних дятлов. – Телохранителями устроились? Помощники, едрить-колотить! А я уши развесил. Охотнички недоделанные. Умилился от дружбы «настоящей». А ларчик то…

– Хватит, Саша! – попытался встрять Анатолий.

– Молчать, ушлёпки! Имею право… – распаляясь сильнее и шарахаясь из угла в угол, зашипел я.

Они, опустив головы, ещё минут пятнадцать выслушивали эффектный монолог, пока не иссяк родник моего красноречия. Закончив, я опустился в кресло в ожидании оправдательных речей.

– Значит так, Саша! Мы здесь закончили, – начал говорить Слон. – Осталась мелочёвка. Поговори с отцом, чтобы он переехал на дачу под дневной присмотр Ивана. А мы займёмся, по общему нашему согласию, ремонтом в квартире. Обои переклеем, полы покрасим, потолки побелим. Хочется Степану Евстратовичу оказать уважение за столь неблагодарного сына.

– Не, а каков спич на четверть часа, – хмыкнул Барс. – Художественная литература потеряла светоч словосложения.

– Да-а-а! Не ожидал! Сколько новых фраз. А эмоциональность изложения? – подхватил Дюна.

– На сцену его! В театр имени Станиславского, – не промолчал Гром.

– Сволочи! – промычал я.

Старик решил перестраховаться. Так как моя личность стала известна в некоторых недружественных кругах, появилась тень возможного сведения счётов по месту проживания этой личности. Меня он сначала сплавил в полк с напутствием ограничения передвижений забором войсковой части.  И пока я прохлаждался у Юрия Петровича, была поставлена задача по охране моего величества ближайшим соратникам по оружию, на время отпуска до особого указания. Ну, а в целях противодействия плохим парням пригодилось членство в обществе охотников. Для мобильности и скрытности передвижений, Дюна получил во временную собственность «Волгу» от хорошего знакомого Старика, которая и явилась путевым средством из пункта «А» в мой родительский дом.

Закончив со всеми делами и осчастливив моего отца, ремонтом, копательная бригада простилась с нашим гостеприимством и распалась по своим интересам. Машина осталась на мне с указанием не пользоваться пассажирским транспортом с документированием лиц и настоятельной просьбой соблюдать осторожность.

Осталось придумать, как провести остаток отпуска. Разум напористо советовал воспользоваться автотранспортом для путешествий, а душевная субстанция вместе с некоторой телесной частью, звало в недавнее местопребывание. Был и третий абсурдный вариант – совместить одно с другим. Забрать Ольгу с Ией и рвануть в Питер или – по Золотому кольцу России. Всегда мечтал!

__________________________________________________________

*_ Записки являются художественным вымыслом. Их герои и события выдуманы.

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS