Комментарий | 0

Чечня 2. Записки о гражданской войне* (19)

 

 

 

- Отставить, – остановил я Дюну. – и показал жестом в сторону дороги в село.

По ней быстрыми перебежками входили в аул люди в российской военной форме спецназа в количестве двенадцати человек. Они не опасались противодействия, двигались уверенно без элементов скрытности. Я перевёл взгляд на нашу цель – троих чеченцев у пулемёта, и был сильно удивлён их манёвром. Они не только не насторожились, а наоборот стояли, не пытаясь даже взять оружие на изготовку. Один из них достал кинокамеру со штативом и стал снимать происходящее. Точка сьёмки для оператора была просто мечтой киношников, ибо открывался прекрасный вид с высоты, а площадка на которую военные начали сгонять население ничем не перекрывалась от объектива. Складывалось впечатление, что мы на сьёмочной площадке.

«По инфе в этом предгорном селении около 30 жителей. Старики, женщины и дети. В толпе не больше, может чуть меньше – не сосчитать в суете. Что это, зачистка? Тогда где оцепление? Да и кто будет проводить её в убогом ауле. В предгорье. Не заняв высо́ты. Хотя бы разведку провели. Достаточно вот этого одного пулемёта, чтобы устроить кровавую мясорубку. Да, ну на…»

Внизу стало твориться невообразимое. Из толпы трое выдернули молодую чеченку. Старика, который попытался остановить беспредел стали избивать прикладами. Рванувшуюся к ним женщину просто пристрелили. Остальных положили лицом в землю. А трое продолжали тащить упирающуюся девушку поближе к камере, чтобы оператор не пропустил это событие, разрази его чумная лихорадка. Играли реалистично, словно про камеру и не догадывались. Станиславские, твою м…

- Берём киношников. Мина разворачивай пулемёт и прикрывай меня с Дюной. Оператора – живьём. Работаем, – отдал я распоряжение.

Группу «очевидцев» взяли быстро в ножи. Пока Мина вязал главного, мы спускались вниз до расстояния уверенного открытия огня.

- Старайся не задеть гражданских.

- По своим?

- Не тормози! Какие это свои! Подстава! Кино для спонсоров. Про жутких русских.

- Уверен?

- На все сто! Начали!

Мы открыли одиночный прицельный огонь по фигурам в российском камуфляже. Дюна начал с неудавшихся насильников, которые были уверены в своей безопасности.

«Надеюсь, Старик услышит канонаду. Полчаса должны продержаться. Один вопрос, когда Режиссёр подойдёт с остальной съёмочной группой».

Первыми выстрелами мы распугали толпу, которая бросилась по домам. Растерявшиеся военные, не сразу сообразив, что происходит, даже не стали препятствовать им, озираясь по сторонам. Мне удалось снять их главного в самом начале. Неразбериха была не долго, к сожалению. Опомнившись, противник стал отвечать достаточно упорно, находя себе укрытия за домами, заборами, за всем, чем можно было. Правда, четыре тела остались лежать неподвижно. Поняв, что нас всего лишь двое, они предприняли попытку к нам подобраться. От крайних домов было пространство, метров восемьдесят. Ещё трое, самых смелых, только и успели удивиться, что количество неизвестных для них чуть больше, всего лишь на один, и это РПК.  Оставшиеся пытались уйти по той же дороге. Мина не дал им такой возможности. Хоть на таком расстоянии польза была небольшая, но кому охота проверять своё тело на предмет шальных пуль. Под прикрытием пулемёта мне с Дюной удалось перебраться в село и начать игру в кошки-мышки с остальными. Им не повезло только по одной причине. Пытаясь уйти они покинули зону хороших укрытий и остались на простреливаемой территории. Это была и не игра, а скорее стрельбище с появляющимися на короткое время мишенями. Двум не подфартило, а трое решили, что лучше сдаться. Зря!

Пока Дюна и Мина организованно готовились к подходу кавалерии противника, я с этими тремя собрал тела убитых на площадку. Здесь после боя стали собираться жители. Когда сорвал маски с трупов и с живых, то понял, что особо объяснять никому из собравшихся ничего не придётся. Славянских лиц здесь было крайне мало. Всего четверо. Остальные на чеченцев никак не тянули, скорее – арабы. Как участвовать в таком кино чеченцам!!! Ну и самосуд остановить даже не попытался. Забили камнями. Применять холодное или другое оружие я строго запретил. Пополнив боезапас, поспешил на позицию к своим товарищам. Пора уже появиться и Режиссёру с коллегами.

- Мажор, как ты понял? – спросил у меня Мина.

- Понимаешь… – не успел договорить я.

- У нас неожиданные помощники, – доложил Дюна.

Обернувшись, увидел двух стариков и трёх подростков лет по пятнадцать, все с автоматами, которые шли в нашу сторону.

- Отцы! – обратился к старшим.

- Не переживай, в спину стрелять не будем. Займём оборону впереди вас вот там, – показал один из них, почувствовав мою настороженность.

«Неплохо! Это будет как раз во фланг наступающим. Сколько их в остатке? Интересно, эти из числа двадцати пяти? Или… Тогда долго они не продержатся. Но нам без них ещё меньше отмерено, если наш Старик не успеет. А если успеет, то и они выживут. А прошло только двадцать три минуты».

Прошёл ещё час и ничего не произошло. «Арахис1» на таком расстоянии в предгорье – ни доложить, ни спросить. Допрос оператора тоже не принёс детализации.

«По-русски он не умеет, да и с чеченским проблемы, а с арабского нам, что с японского; подозванный чеченец тоже развёл руки. Хотя пленный, наверно дурку ломает. Неизвестность меня доконает. Что бой не услышали ни одни ни другие, не верю. А если у Режиссёра был ещё один наблюдатель? Это никак не объясняет дальнейшего невмешательства. Количество наших стволов посчитать ума большого не надо. Может решил, что раз не выгорело и здесь, то лучше ноги сделать? А может их осталось – десяток. Где же Старик? К нам не подобраться незамеченными – это хорошо. Удачное возвышение перед аулом. Да и Мина, спасибо, успел и здесь понаставить различных сюрпризов. Где он столько добра носит? – я посмотрел на часы. – Скоро за полдень перевалит. Один из наших добровольных помощников, ему наверно за шесть десятков перевалило, уверил, что скрытых троп здесь нет. Вернее, есть, но о них знают только местные. А тот путь, которым пришли мы, могут использовать только те, кто пойдёт в обход. У нас там ловушек выше крыши, на случай отхода, оставлено. Местных у Режиссёра нет. Приходил. Хотел под ружьё поставить. Не нашёл никого. Сделаю так. Будет темнеть. Уйдём. На точке возврата, уверен, Старик оставил сообщение».

- Что решил, Мажор? – поинтересовался Дюна, когда я ещё раз просматривал отснятое кино.

- Хорошая камера! Импортная! Восемьсот метров, а будто рядом.

- Sony DCR-TRV900, – прочитал на корпусе он и влюблённо поглядел на штатив от неё, – Мне бы домой такой, под фотик. Так, что делать будем?

- Ждём темноты, потом из гостей уходить будем, нечего засиживаться.

- Пора и честь знать, – кивнул, мой собрат по ситуации, и вернулся на позицию.

Хозяева, в лице двух женщин, принесли еду своим защитникам.

- Не траванут? – поинтересовался Мина.

- По одному с перерывчиком. Если что…, – успокоил я, состроив злую гримасу под маской.

 Поочерёдно закатав балаклавы на нос, мы пообедали. Осталось только ждать.

- Мажор! Живой? – услышал я долгожданный голос в наушниках.

- Ты и впрямь Дед Мороз, – ответил я Санте.

- Я выхожу, – из зелёнки появилась знакомая фигура.

- Свои! Не стрелять! – Еле успел предупредить местных помощников. Встал в полный рост. И пошёл навстречу.

Старик слышал нашу стрельбу, но к нам спешить не стал. Поразмыслив, он повёл группу к старой башне в десяти километрах от селения и в пяти от него. Как всегда, его чуйка была на высоте. Башня оказалась укрепрайоном нашего режиссёра. Успел он вовремя. Четверо вышли из неё на разведку в мою сторону. Дойти не смогли. Упаковали их вмёртвую тихо. Но и он оказался не дурак. Либо почуял, либо где-то наши сплоховали. Скорее не было выхода на связь в определённый момент. Когда подобрались к укреплению, Блик работать уже не мог. В маленьких бойницах, заграждая видимость стояли наши ребятки.  Так, что вызвать артиллерию или пару штурмовиков не было возможности. Паритет. Для штурма мало, а артподготовку не провести.

- Позови аксакала, – вдруг решил я, не задумываясь.

Дюна подозвал старшего из местных.

- Мы уходим. Есть вопрос. Там старая башня. Подземные ходы у неё есть?

- Были, но сейчас завалены.

- Сколько времени разобрать завалы и где выходы?

- Если начать с утра, то к вечеру, наверно можно.

- А сколько ходов?

- Один. Выводит к горной тропе.

- Нарисовать сможешь? – спросив, протянул ему блокнот с карандашом.

Я сверил, как мог, рисунок с картой. Сориентировать меня по карте он не сумел.

- Дам тебе внука. Он проводит до выхода на тропу. Не бойся не заведёт как Сусанин, – аксакал показал своё знание русской истории. – За добро злом не отвечают. Командир, верить мне у тебя оснований нет. Но мой внук будет в заложниках. Рисковать им я бы не стал. Решайся! Не пожалеешь.

Отправив Санту обратно, через час с небольшим мы были на месте. Мальчишка провёл нас короткой дорогой. Показал выход в конце каменистой ложбины. Сами мы не смогли бы найти и пришлось бы ставить засаду на тропе, а здесь было очень неудачное место. По дороге наш проводник рассказал, что ход был рабочим, но два года назад здесь «русские упустили отряд и в злости взорвали вход под землю». Оставив Дюну и Мину для минирования, я попросил провести меня кратчайшим путём к башне. Затем отпустил домой.

«Вот это да! Почти триста метров с хвостиком с выходом в длинный овраг на склоне, ещё полтора километра… и в горы. Как раньше это делали?»

- За подземку спасибо, а то Гром устал ползать вокруг и слушать землю, – поблагодарил меня Старик после короткого доклада. – О своих приключениях расскажешь на базе. Там и кино посмотрим. Пленник не сбежит? Шучу! Я думаю, что надеясь уйти под землёй, он оставит здесь обузу в виде узников. Поэтому не спешу. Хитрый чёрт! Но хотеть второй раз на одном и том же меня прокатить – это наглость.

- Сколько их?

- Видимых шесть, а сколько всего не знаю. Остальные могут завал расчищать. Что не ушли раньше, я понял, когда стало слышно, как долбят камень. Тихо стараются, но мы тоже не лаптем щи хлебаем. Гром – ещё тот слухач. Но до темна допускать нельзя. Пока заложники нужны – будут живы. Стемнеет – может и перебить. Может есть идея?

- А если по проходу на встречу?

- Нет! Пойдёт, что не так. Рванёт кто-нибудь гранату. И не откопаешь потом.

«Значит, вот и прояснилось, откуда взялись бы статисты для «русского спецназа». Грохнули бы всё население. Положили бы труппы наших солдатиков в форме и готов ужастик, – Я посмотрел на узников в бинокль. – Форма свежая, чистая. И не голодали в плену, неужели специально откармливали? Может и сгущаю краски, но чувствую, что не сильно. Идея!».

- Командир! А если Мина завалит проход на виду у них. Они поймут, что план провалился. Придётся выходить и прикрываться заложниками. Значит их не тронут…

- Есть в твоих словах истина. Пусть подготовит. Но пока ждём. Успеют до темноты прокопать – там их и завалим, а не успеют – ход обрушим. Хотя, что мешает ему до выхода и узников прихватить для страховки. Но загнать крысу в угол тоже ещё та затея, можем вообще всех потерять. Думай! Все думают, и ты думай.

- А помощь к ним не придёт?

- Думаю, что сегодня ещё нет, а вот завтра всё возможно. Переход по горам – дело небыстрое. А здесь помощи ждать неоткуда, я уверен.

«Мне бы эту уверенность, – подумал я, но в слух озвучить не решился. – Наверно, прав! Рекрутов на месте набрать он не смог. А его репутация после последних неудач с колонной и постом, популярности ему не добавила. Положил почти всех. А кто живой – разбежались».

На входе башни появились три пленника и из-за их спин раздался окрик:

- Эй, спецура! С главным говорить хочу.

- Счас, поговорим! – Ответил Старик и шёпотом. – Блик, не упусти шанс. Мажор, бойницы все под контроль. Дюна, Мина – готовность.

- Долго ждать?

- Чего хотел?

- Предлагаю, разойтись. Я отдам вам ваших, а вы…

- Бл…

Трое пленных на входе одновременно упали на землю. Двое пытались откатиться в сторону. Блик выстрелил. Несколько бойниц тоже остались без прикрытия. В моей появился РПГ. Выстрел. Успел. И граната из него взорвалась у подножия башни. Я, Трек и Санта метнулись ко входу под прикрытием остальных. Мне удалось закатиться внутрь. Началась бойня. Успев ещё срубить двоих, получил в плечо, в бедро и... Откатился за выступ и под дикий рёв Санты и мат Трека потерял сознание…

_________________________________

1_ «Арахис» – Переносная УКВ радиостанция для разведгрупп

_________________________________

*_ Записки являются художественным вымыслом. Их герои и события выдуманы.

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS