Комментарий | 0

Женька

Сергей Рок
 
 

 

Однажды бог превратил Женьку в обезьянку. Это была мартышка. А все дело в том, что всю жизнь Женька кричал: бога нет! Но и сам он был похож на мартышку. Ибо это, конечно, одна жизненная правда – все люди кого-то напоминают. Вот сам я напоминаю барсука. Ничего с этим не сделать. Ничем этот факт не победить. Правда, куда ты от неё?
Но правда эта другая, непознанная. Люди в космос не летят, и в микрокосмос не сильно спешат, а мир вещей – большой и радостный, берет их себе в объятия. Бывают еще такие люди, как псевдоинтеллектуалы-дегенераты. Ну, к примеру, пошла Юлия Орлова в парк читать книжку. Сзади к ней подобрался антенщик из клуба веселого онанизма «Спартак», стоит и дело свое делает.
Началось все не с этого. Но вначале было слово, и слово было у бога. Хотя, люди более начитанные, знают, что, прежде всего, были аннунаки, они оцифровали мозг австралопитека, чтобы самим не работать. 430 тысяч лет назад аннунаки прилетели на нашу планету, чтобы добывать золото, и планета их называлась Нибиру. Всё это установил Захария Ситчин в своей книге «12-я планета».
-Что же теперь делать? – спросила Юлия.
-Что именно? – спросил я.
-Ну, я всегда хожу в парк, чтобы читать.
-Это началось назад с год, с два, - сказал я, - объявился некий Валёк Шагулыев, - он и открыл этот клуб. Сначала все было так себе. Периодически на остановках появлялись пригласительные объявления – клуб веселого онанизма «Спартак», телефон. Правда, когда люди звонили, то попадали на квартиру какого-то чувака, и вскоре после звонка слышалось, как паренёк получает. Видимо, он жил у жены под каблуком. Она нет бы, разобраться. Она, то есть, разбиралась. Она разбиралась исключительно с ним. Но когда дело зашло далеко, когда власти города поняли, что дело пахнет керосином, было уже не до шуток. А, вот еще, в почтовые ящики как-то стали бросать объявления – приходите, мол, во дворец спорта «Спартак», все такое. Пришло много народу, посмотрели друг на друга и поняли, что над ними круто посмеялись. Кроме того, какой-то гад сообщил в рупор: ну что, мудаки, каково? А вот теперь последователи этого учения стали появляться повсеместно в парках, на прудах, на речных пляжах, и никто с ними не борется. Поэтому, если ты хочешь чувствовать себя в норме, тебе следует читать свои книжки в общественных местах. Например, на фонтане. Там уж спартаковцы навряд ли появятся.
Для Женьки я покупал бананы. Он очень любил орехи, а когда я садился перед телевизором пить пиво с фисташками, он эти фисташки воровал. В целом, он был обезьяна как обезьяна, выделяясь лишь тем, что иногда у него происходили всплески, и он рисовал пальцем на стекле нецензурные слова. Например, ежели покроется пылью экран компьютера, или другой какой-нибудь экран, телевизора, например. Этим самым он напоминал, что еще жив, и что еще собирается (вроде бы) вернуться в человеческую жизнь. Гадил он где попало, и мне пришлось наказывать его – ибо не дело всё это.
И вот, я купил пару банок средне-беспонтового пива, фисташек, включил футбол и разговаривал с ним. Но, так как ответить он не мог, он лишь суетился и тяжко дышал.
-Ты и не смотрел никогда футбол, - сказал я.
Он запрыгал.
-Ну, всегда, всегда…. Надо учиться, Женька.
Он побежал.
-Пойми, просмотр спорта делает человека безопасным. Это как безопасный секс. Почему ты стал обезьяной?
Он прибежал с бутылкой водки и пятидесятью граммами. Налил мне. Себе не наливал. И правильно – вдруг помрёт еще. Я выпил и запил пивом – вот ведь, без ерша и футбол не футбол.
-Потому что бегал ты по бабам как-то меленько, - заметил я, - как-то вот так, вот так. Как бы вот сейчас – это твой образ бегуна по бабам. Такое совершенно скупое, хотя и частое, осеменение.
Забили гол.
-Банка, - сказал я.
Женька запрыгал.
-Кто уважает спорт, с ним такого не случиться, - продолжил я, - не обязательно заниматься. Вот, хотя бы, прекрасный тандем в виде литробола и футбола. Это хотя я и не пью. Но когда литробол и постоянное шествие от бабы к бабе, то всё неминуемо закончится именно так.
Он мне еще налил. Я выпил. Тогда совесть во мне взыграла, и я перестал его поносить, ибо он все же понимал, о чем речь. Забили гол, и было хорошо.
Вскоре же ко мне пришли Наташа, Света и Лариса. Это были прошлые жёны Женьки. Теперь они собрались все вместе, чтобы найти ключ к решению проблем. Пришла и Юлия Орлова, но у той были свои мотивы – ибо все мы пошли к колдунье, имя которой запрещено произносить, и она вещала:
-Убейте! Убейте их! И тогда Женька освободится.
-Кого убить? – не понял я.
-Спа. Спа…. Спартак!
Мы отправились в кафе, где на деревянную подставку ставили сковородки с черными боками, а в чашах их парили ароматные грибы, покрытые сметаной и тонкими колёсами помидор. Пиво было холодное, с надписью, что это – «Бавария», хотя  я сомневался.
-Надо идти, - сказала Лариса.
-Куда? – спросила Наташа.
-Ну….
-Надо подготовиться, - произнесла Юлий Орлова, - иначе ничего не выйдет.
Принесли тонкие пластины мяса, доступные для потребления при участии ножичка. Я взял 2x50, ибо просто так пиво – деньги на ветер. В нашей жизни всегда надо хорошо есть. Если ты на себе не экономишь, то, значит, не напрасно дни идут.
-Всё, - сказал я по окончании трапезы, - ваши идеи.
-Стрелка послезавтра, - сказала Наташа, - в 22:00.
 
 
 
*  *  *
 
Я пробовал с ним поговорить. Я думаю, мозг мартышки довольно мал, а потому, при всем желании он не мог осознать всего груза происходящего. Но нельзя отрицать душу. Я думаю, что в момент зарождения человечества было множество прототипов. Происходило это в древности, когда правил Мардук. Я, правда, ни черта в этом не разбираюсь. Человек или не человек был Мардук? То есть, он не мог быть человеком. Шумеры относили его к богам, Захария Ситчин установил, что боги эти являлись расой существ с планеты Нибиру, которая якобы до сих имеет хождение в солнечной системе по кривой орбите. При чем тут Женька? Словно был тут некий ключ. Я разговаривал с ним, а он лишь верещал в ответ. Черт, если б он вновь стал самим собой, помнил бы он хоть малую часть из того, что с ним происходило?
-Ты помнишь, Женька?
-А помнишь, как мы все вместе собрались на шашлыки. Там была целая толпа. А помнишь, Сережа пережарил первую партию? А ты все говорил о земле. О том, какая она, земля, большая и широкая. А потом была вторая партия, и ты говоришь – нечтяк, нечтяк, братья. А потом ночью в дачном домике было мало места, и все лежали кто где. А ты среди ночи привел бабу, и она кричала, и я помню, среди тьмы был шепот – да когда же ты кончишь? А потом мы ловили тебя огородами, чтобы открутить голову, но ты убежал. А потом, потом вдруг остыли мы, сели пить пиво, и больше ничего. Помнишь ли ты все это?
Он прыгнул мне на спину и стал искать блох в волосах.
-Еще ты не дурак выпить, Женька, - сказал я, - особенно ты любил Балтику-девятку. Хотя, конечно, это жуткое пойло, но тебе оно нравилось.
Он вскочил и пробежал по комнатам.
-Ну скажи, Жень?
Он загремел на кухне и вернулся с ложкой. Зачем она ему, ложка?
-Хочешь жрать?
Но как бы он ответил. И я продолжил реминисценции:
-А помнишь, мы все вместе поехали в Бирюки. Очень мирно, очень спокойно, а там, в Бирюках, был такой жуткий глушняк, что казалось, тут не люди живут, а где-то неподалеку расположена матрица по производству биороботов, и все они ходят толпами и вопят, как австралопитеки? Помнишь, ты умудрился повздорить с местными. Эх, Женька, я думал тогда, что нам – конец. Но мы справились. Пришлось встать плечом к плечу и занимать круговую оборону. И мы победили. А потом, потом пиво все не заканчивалось, а утром везде ездили менты и проверяли, кто устроил махач. Но нас не нашли. Ибо не сносить нам тогда головы – мы тут были чужие, в этих чертовых Бирюках. А потом все вспоминали, мол, и правда, славный был махач. А теперь, когда прошло столько лет, я вспоминаю – утром там искали чью-то челюсть. За это можно было порядком влипнуть.
Он вновь влез мне на спину и гладил меня по голове.
-Память человека коротка, – сказал я, - пройдет  год-другой, как будто и не было тебя. Но, конечно, ты никуда не делся. Вот он ты. Женька. И что тут еще скажешь? Надо надеяться на чудо.
Он пищал, волнуясь, как будто мог что-то понимать. Но я уверен, если ты превратился в обезьяну, то вряд ли сможешь ты понять все слова. Ибо какова сила трансформации! И кто знает, как так могло произойти?
Он грыз семечки, которые были упакованы в большие полукилограммовые пакеты и назывались «Сёмушка». Он очень любил семечки. Не помню, как тут дело обстояло с предыдущей реальностью.
 
 
*  *  *
 
Вскоре была стрелка. Юлию Орлову мы оставили сторожить Женьку, ибо, будучи в одиночестве, он начинал кусать за мебель,  и очень не хотелось видеть всю её деформированной и поцарапанной. Пусть бы даже он впоследствии признал свою причастность. Что с того? У Женьки никогда не было царя в голове. Более того, я думаю, бог превратил его как раз в то, что в голове его и находилось. Как говорится – что взрастишь, в то и перерастешь.
Наташа, Света и Лариса снаряжали магазины патронами.
-Никого не жалейте, - посоветовала Юлия Орлова.
-Никого, - согласилась Наташа.
-А тебе зачем? – удивилась Света.
-Ненавижу их!
-А… Я думала, ты о другом.
У неё были свои опасения. Я не уверен, что каждой из женщин управлял зов светлой любви. Но я не спрашивал. Я взял гранатомёт, мы сели в старый уазик, и за рулем была Лариса. Была еще первая половина ночи, и машины поливали дороги светом. Народ толпился возле ослепительных брызг китайских лампочек, которые полосами украшали ночные клубы. Слушали Цоя. Группа крови на рукаве, и все такое.
-Да, - сказала Света.
Никто ничего не ответил.
Потом, мы остановились возле забитого людьми супермаркета, чтобы купить водки. Оставалось десять минут до одиннадцати. Я вышел, пролез вне очереди, вышел – мы налили и выпили без закуски. Для храбрости. Тогда Наташа сказала:
-Не может быть, чтобы я погибла.
-Да, - ответил я, - Женька ждёт тебя.
-Он жил с какой-то лохудрой, - заметила Лариса, - такая высокая и худая, как змея. И обувала такие сапоги, выше колен.
-До жопы, - сказала Наташа.
-Это его старая любовь, - проговорил я, - ему было восемнадцать лет, а ей – двадцать один, и они тогда познакомились. Они тайком встречались в пивбаре. Тогда кругом были круглые пивбары. Как обсерватории. Сейчас их все посносили. Раньше как придешь, там – один сорт пива, и еще один – в бутылках. Значит, два сорта. Но надо еще знать, когда приходить. В какие часы пиво свежее, в какие – разбавлено, а также – в какие часы разбавляют. Тогда только появился сушеный кальмар, и еще не все попробовали его. А кто не знал, тем показывали – смотри мол, что бывает. Кольца кальмара. Все это было тогда чисто китайское, и качеством выше. Это я хорошо запомнил.
-Он тогда, сволочь, собирался на мне жениться, - сказала Лариса и закурила, - и потом женился. А с ней, значит, продолжал встречаться. Что он в ней нашел?
-У них – обычная дружба, - заметила Наташа.
-Дружба – хорошо, - сказал я, - эх, а я тоже о дружбе мечтаю.
-А с Юлькой дружишь?
-Это работа.
Спорить не стали. Все были вооружены и готовы к бою. Ночь уплотнялась, будто бы к ней постоянно приклеивали новые листы тьмы. Это – обычное дело. Многие древнеегипетские фичи, если можно так выразиться, напрямую связаны с бытием аннунаков. Но мы ничего не знаем. Можно ли доверять Ситчину? Например, судьба, смерть. Ночью из человека вынимают сердце и взвешивают. Это – проверка на грешность. Вообще, эту операцию производят после смерти, но и ночью имеет место репетиционный момент. Сон – лишь временная смерть. Известное дело. Поэтому, если человек не спит, например, часа в три или в четыре, дежурное взвешивание не происходит, а значит, жизнь идёт как-то не так.
Ну, допустим, мы взяли Женьку и взвесили энную часть души. 2 балла. Потом, надо набрать 250 баллов, чтобы зачислить ему 2 грамма счастья, а он в это время не спит, он постоянно, словно ночной саксаульный воробей, служит в храме собственной похоти. Да ладно бы, супружеский долг. Ничего подобного. Да ладно бы, в кровати. Нет, зачем. Допустим, он находит место для встреч на складе. Там -  ящики, стульчики. Больше ничего. Итого, набирает Женька баллов 50. Бог смотрит на это дело и говорит – эка фигня. Что ж делать с тобой?
Теория, может быть, и неверная. Но факт налицо. Женька – обезьяна.
*  *  *
 
Мы пошли на штурм после того, как я выстрелил из гранатомёта. На самом деле, все это больше напоминало резню. Ибо спартаковцы были безоружны. Они собрались в тайном месте, чтобы провести обряд экзальтации, где мы их и накрыли.
Массовые жертвы, что мы знаем о них?
Первой же таковой, опять же, согласно Захарии Ситчину, был потоп. Всемирный потом. То есть, это, конечно, не резня, но – сознательное уничтожение первых индивидов. А все дело в том, что аннунаки добывали золото, и им помогали роботы. Космодром находился на Синайском полуострове. Золото везли на Нибиру, и число аннунаков равнялось шестистам. Высадка произошла очень давно, 430 тыс. лет до нашей эры. Можно себе представить, как долго эксплуатировалась земля, пока кому-то не пришло в голове произвести генетический эксперимент с человекообразными особями. Таким  образом, эволюционный скачок составил всего несколько поколений, и аннунаки получили бесплатную рабочую силу.
Люди верили в богов, но этого было мало. Впрочем, легенда об Адаме – точная иллюстрация первого оживления. Что касается змея – то тут, видимо, какая-та техническая штука. Но потом на совете было решено уничтожить человеческую расу. Впрочем, после потопа решение было подвергнуто критике. Человеческую расу восстановили, дав ей все знания, включая полную информацию о потопе.
Иногда, в отдельных людях, всплывает что-то эдакое. Может быть, это еще от них. От предков. Какие они были? Никогда мы не узнаем. Ибо все это напоминает абсурд. Никакой 12-й планеты в Солнечной системе нет. При нынешней аппаратуре её бы давно обнаружили.
Взрыв произошел в окне, и многих посекло стеклом. Но какая разница? Ведь выжить не суждено было никому. Автоматные очереди  раздавались то тут, то там. Я оставался на улице, не давай никому уйти – так как периодически из дверей кто-то выскакивал. В темноте можно было подстрелить своего. На этот случай мы договорились использовать катафоты. Это было что-то типа системы свой-чужой.
И слышались крики о пощаде. И были крики о помощи. И у всяких социальных групп или народов бывает свой потоп. Всеобщий давно прошел.  Теперь – локальные. Например,  летите вы на самолёте. И у него отрывается крыло. Это значит, что все умрут. Но не нужно бояться смерти. Ведь я уже сказал, что каждую ночь и так взвешивают ваши деяния на весах. Вы вроде как готовы.
А вот случай с Женькой – это же невероятная левизна в плане, что все левое – это все фиг победимое.
Когда из дверей выскочила толпа, я строчил из дискового пулемета. Смерть этой ночью была сытой. Место же встречи клуба «Спартак» всегда тщательно засекречивалось, так как было немало желающих поквитаться с этими очень плохими ребятами. Но думали ли они, что час расплаты будет именно таким?
Когда все было кончено, мы выдвинулись назад. Оружие спрятали в специально приготовленном месте на городской свалке. Там же был установлен датчик. Если бы кто-то обнаружил тайник, мы были бы тотчас оповещены.
- Буду пить с горла, - сказала Наташа.
Света была за рулём. Я также выпил с горла и спросил:
-Девчата, а вы слышали про Нибиру?
-Не а, - ответила Лариса.
-Читать книжки надо, - заметил я.
-Главное – счастье, - ответила Наташа.
И ночь была еще гуще, так как к ней приклеили еще листки. Но почему человек ничего не знает о её плотности? Все очень просто – он всегда едет вдоль, а надо – насквозь, через ночь. Словно бы делаешь дыру в пространстве. Но иначе ты остаешься простым человеком. Когда же бог наказывает человека, то как определить мотивы? Увидеть бы его лицо. Но если аннунаки создали человека, то где бог?
Вот ведь загадка. Но он есть, только дурак может сказать, что его нет.
Когда мы вернулись, выяснилось, что Женька принял человеческий облик и тотчас соблазнил Юлию Орлову. Все это было более, чем ужасно. Я отошел в сторону, чтобы курить. Было слышно, как Женька отмазывается. И, в принципе, он был прав. Ибо все они, и Наташа, и Лариса, и Света были в прошлом. И никто их и не звал.
-Так бы и остался бы обезьяной, - заметила Наташа.
-А я и не просил, - парировал Женька.
-Мы из-за тебя кровь проливали.
-Да ваши проблемы, чо.
-Вот сволочь.
-Ну и что с того. Хотите любви? Вступайте в гарем.
Это и есть конец истории. Женька после этого, как нормальный пацан, предложил Юлии Орловой руку и сердце, они поженились, но подробностей никаких нет, так как это было недавно. Я же продолжал размышлять на тему, что есть высь, что есть дух, и вообще – может быть, нашей планетой управляет какой-то робот? Нибиру улетело. Видимо, далеко куда-то, раз найти его не удается. Это и хорошо. Всяческие вторжения нам ни к чему.
Заключение – Женька и раньше бухал, и раньше прыгал по бабам, как воробей. Тут же продолжилось только пуще. А что в будущем? Гм. Да я и не знаю. Противоречивые люди иногда способны на необыкновенные поступки. Может быть, из пустоты может родиться что-то новое. Или это не пустота, а – прото энергия, начало.
Но это – и вся история. Что касается всех остальных бывших жён Женьки, то я тут не в курсе. Мое дело – выводить истину из вещей простых, при наличии фактов и констант.
Последние публикации: 
Лужин (08/03/2016)
Бельё (08/02/2016)
Красная рука (21/01/2015)
Волейбол (6) (04/12/2014)
Волейбол (5) (02/12/2014)
Волейбол (4) (01/12/2014)
Волейбол (3) (27/11/2014)
Волейбол (2) (26/11/2014)
Волейбол (1) (24/11/2014)

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS