Рейтинг публикаций

Роман заканчивает традицию, начатую в русской литературе Карамзиным: если героиню зовут Лиза, то она обречена на всяческие несчастья. Теперь Лиза сама – несчастье, не бедная, но бедственная Лиза. Всё перевернулось. Утопиться думает новый Эраст. Но не топится, это было бы слишком прямолинейно.
И всё же кто такая Лиза?

...пустое дело – сюжет пересказывать. Тем более что у Сании Шавалиевой он туго заверчен; чувства людские показывает писательница колоритно – с панорамами противоречий, с огнём и перцем, в трагикомическом освещении. Трагикомедия – любимый жанр нашей жизни. Наверное, к нему можно отнести и роман «Сто мелодий из бутылки».

Узнав о болезни, царь изъявил желание навестить поэта, но тот заметил с присущим ему юмором, что «это приводит его в большое смущение, так как будет крайне неделикатным, если он умрёт на другой же день после царского посещения».

Прозу Игоря Михайлова и Анастасии Писаревой я разобрал как примеры показательные. В прошедшие десятилетия они писали так, как если бы в культуре не было западного диктата. И встречали приговор: «Значит, непрофессионалы. Пишут без расчёта на публикацию». Похожим образом пожимали плечами в адрес Филиппова, Лагутина, Долгарёвой… «Ну да, сумел (сумела) выпустить книжку-другую, но никогда не попадёт в мейнстрим». И вдруг мейнстрим сам пришёл в гости! Значит, необязательно было соответствовать стандартам Запада; оказалось, что русское самостояние – нечто большее, чем комплекс неполноценности!

Оставшись без родины, «король поэтов» быстро утрачивает былую славу. Его всё реже печатают, тощие сборники выходят мизерными тиражами. Он изредка выступает на вечерах, занимается переводами, но это не давало достаточного заработка. Среда, в которую попал Северянин, была далека от литературной петербургской элиты...

Каждого автора предваряет цитата из текстов самого Башлачёва, это служит своеобразным ключом ко всем представленным поэтам, помогает пристальнее разглядеть их образы через призму того, кем они были вдохновлены. При быстром перелистывании страниц цитаты мелькают словно некой лесенкой, помогающей подняться к памятнику самого, на мой взгляд, непостижимого русского поэта.

Писатели Луганщины показывают читателям, что жизнь не кончается даже в самых страшных условиях. На окраине империи, среди битв и ужасов войны есть место не только для подвига, но и для дружбы и любви.

...важно и интересно то, что именно «читал и перепечатывал Миша» в библиотеке. В «Иностранке» основное место Файнермана «было в зале новых поступлений: устоявшаяся классическая поэзия его не очень интересовала, интересовали новые свежие имена»:
— Миша там ловил какие-то вещи, которые потом развивались в его собственной поэзии.

Он всегда знал, что рано или поздно его стихи придут к российскому читателю: "Но знаю: меня они всё-таки вспомнят, \ заглянут ко мне в аметистовый омут, \ моим одиночеством тёмным звеня, \ как груз потонувший, подымут меня.

...футурист В. Каменский в результате экспериментальных полётов на аэроплане сломал две ноги и поэтому был инвалидом, но гигант и атлет В. Маяковский ( ростом около метра девяносто), трусливо прикрываясь разными справками, избежал воинской повинности. Между тем он писал: «Война не бессмысленное убийство, а поэма об освобождённой и возвеличенной душе. Изменилась человечья основа России. Родились мощные люди будущего. Вырисовываются силачи будетляне». И эти как бы размышления В.М. заканчивает выводом – «Слово – самоцель». Напомним, что никто из русских поэтов-футуристов не воевал на фронте.

...учитель истории из Доброго Татьяна Черномордова рассказала о «фундаменте» — о «Левитовских чтениях», которые много лет проводятся в селе, и о людях, которые эти чтения запускали («Анна Харланова [учредитель «ЛевитовФЕСТа»] получила мощный заряд, понимая, что стоит на плечах гигантов»). ...«Анна привозила целые десанты писателей», которые выступали «для сельских учеников». Школьники, не попавшие на мероприятия, «с таким удивлением и пиететом» спрашивали: неужели правда живые и настоящие писатели? мол, мы тоже хотим с ними встретиться». (Харланова потом прокомментировала: «Дети думали, что писатели — это только те, кто на портретах, а они живые, и оказывается, ещё что-то сочиняют, ух ты!»)

Репортаж о поэтическом вечере проекта «Культурная инициатива» в Музее Серебряного века (Дом Брюсова).