Комментарий |

Стихотворения


ЕЩЕ НОКТЮРН

Повисло мясо на костях И появилось в новостях. Но их не смотрит полуночница – В далеком прошлом озорница – Война и без нее не кончится, Но все равно не спится. Ее товарищ полуночник Внимает шороху газет, Вчерашней жизни переносчик Он полунаг, полуодет И к худшему готов уже, Как есть, при полном неглиже. А за окном висячим садом - Землей и солнцем истомлен - Лицом к Луне и к ней же задом Слезам не верит Вавилон. На площадях и на бульварах В ночи светло, как на пожарах, Мутясь рассудком, Ост и Вест Жуют один и тот же текст, Где промелькнут видеорядом И дальний мир, и том, что рядом, Являя сонмища красот, Но только Богу ведом тот Сегодня конченый подлец, А завтра нации отец. Короче говоря, не спится Народу, а в календаре, Как предпоследняя страница Мечеть на Храмовой горе.

ВОЛШЕБСТВО

Под кадриль или под фугу, Вся обласкана судьбой, Лошадь бегает по кругу, Словно бы сама собой - Так не хочется домой, Говорю тебе, как другу, В мир, где преданная плугу Лошадь ходит по прямой.

ПАМЯТИ ПЕРВЕНЦА

Ов.Д.

Я же не ученый, не мое и дело – Усыпили клона глобалисты в белом – Пусть им и не спится, родственник мой что ли Выведен в пробирке для житья в неволе И в конечном счете на алтарь возложен Не корысти ради, может быть? Но все же Сам себе казался я таким же клоном И умом, и сердцем, и в смятеньи оном Сам и догадался, что попутал враг нас, А невропатолог подтвердил диагноз, Так мне и сказал он: « Что за чушь овечья – Вовсе не такая участь человечья, А совсем другая, скажем, эти звезды, Эти грозы, скажем, или этот воздух, Истины моменты, времена и нравы, Но и пациенты не всегда неправы: Сам себе, порою, я казался клоном, Только, не овцою, а Наполеоном, Хоть рулить страною не имею шансов, Впрочем, Бог со мною, тут не до нюансов». И едва на волю выбравшись из клетки, Стал я сам собою принимать таблетки, Говорить с луною, слушать запах серы, А невропатолог выбился в премьеры.

ОБЛОМ

Мне сегодня хуже, чем вчера, Словно сдали Зимний юнкера, Словно в Микронезию Колчак Уволок империи общак Или хоть старался, да не спас Ни людей, ни золотой запас. Знаю, как читаю по руке: Дело не в ЧеКа, не в Колчаке, Не в погоде, не в горшке с борщом, Не в народе, ни вообще ни в чем - Видимо, Господь, как высший чин, Может обойтись и без причин.

СТРУКТУРНЫЙ АНАЛИЗ

Ее лицо во время секса В сто раз мощней любого текста, Хотя она такая дура - Вот вам и вся литература!

ПРИСУТСТВИЕ

Песнь херувимскую вслух напевая, Ангел свалился с подножки трамвая, Впрочем, не лучше не стал и не хуже Можно сказать – ни внутри, ни снаружи – И, если надо, готов напевая Снова висеть на подножке трамвая Или исполнить другое задание, То есть, совсем не ему в назидание В городе всюду забегали мыши, Стали часы и поехали крыши, Словно бы свыше спустили напасти – Черт подери эту логику власти!

КОГДА-НИБУДЬ СЕЙЧАС

Я с роду не назарей, Зато навсегда усек: Когда-нибудь на заре Бог вырубит свет – и все! Он свой не упустит шанс Остаться покуда цел, И жаль нам не будет нас – Ни душ, ни, тем паче, тел.

СТАРИННЫЙ НАПЕВ

Секс дошел до апогея, В каждом деле есть граница – Полюбила гейша гея, Гей решил на ней жениться. Сексуальные меньшинства, Несмотря на просвещенье, От подобного бесчинства Впали в полное смущенье: Половые отношенья Вовсе не для безобразий – Хоть казни за превышенье Эротических фантазий! За общиной сила, вроде, Ясно и без агитаций – Но любовь людей доводит До потерь ориентаций. И ни больше и ни меньше, Напрочь жертвуя престижем, Гей в любви признался гейше И при этом даже выжил, Но, конечно, стал изгоем, Будто сроду не был геем – Вот и все, чего мы стоим, В смысле том, что мы имеем. Да поможет Камасутра Сбросить хоть на час вериги – Вечер был и было утро, Как в другой писали Книге. Пусть не все пути – Господни, Но среди мужчин и женщин, Вспоминают и сегодня Гея, что влюбился в гейшу.

ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ

«...твой взгляд давно запатентован психоделическим узором...» Марина Кравиц

1. Я в жизни не встречал прикола Чудеснее, чем наша школа - В психоделическом аспекте Она была подобна секте - Там в коридорах словно птички Мелькали славные технички, А на входных дверях, как царь, Стоял всевидящий швейцар В расшитой золотом шинели - Шли годы и звонки звенели… 2. Но, чу, смолкают голоса, И всех охватывает дрожь, То брови воздымая гневно – На кофте брошь, В руках коса – В класс входит Марья Алексевна… 3. Со стен сквозь нас взирают предки, Как будто нам свои отметки Уже поставили они, На полке чучело вальдшнепа, В углу скелет, исчадье НЭПа Или другой эпохи, и Нет сил моих скрываться боле – Ходил я в школу ради Оли… 4. Теперь я Олю помню смутно, Зато остался общий снимок На нем, себе представьте, утро И сорок с лишним невидимок Родным и близким для плезира – И кто тут Оля, где там Ира Мне разобраться не дано, Да и, признаться, я давно Не перечитывал «Лолиту», Но, Гумберт, мы с тобою квиты… 5. На Олю глядя плотоядно, Во время оно, мать честная, Чего я ждал – ежу понятно, На что надеялся – не знаю, Но все же из последних сил Ее в «Ромашку» пригласил, Ведь иногда в кафе «Ромашка» Пускали даже первоклашку, Хотя бы только до шести – Мне не могло не повезти! 6. Возможно, повезло и Оле, То есть, совпали наши вкусы, И ей, порою, снится столик, Ванильно-ягодные муссы, Клубничный крем-брюле, а кроме - Я весь в гражданке, а не в форме Ученика 6-го «Б» – Мне и сейчас не по себе! 7. И так, она, конечно, Ольгой Звалась, зовется, будет зваться, И столько связано с ней, столько, Что просто некуда деваться – Пора бы позвонить ей, что ли – Ты слышишь, Оля?

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS