Комментарий | 0

На горе Арарат

 

идиотизм в восьми бездействиях

 

Ной
Наама, жена его
Сим, сын его
Лили, жена Сима
Иафет, сын Ноя
Хава, жена Иафета
Хам, сын Ноя
Майя, жена Хама
пеласги, 2 шт.
звери, много шт.

 

Приблизительно 5 тысяч лет до н.э.

* * *

    

 

«Он хоть смешной?»
«Отсюда не видно».
-Гейзенгберг и Гёдель про анекдот

 

I

После потопа. Ной с сыновьями наблюдают выходящих животных.

 

Ной (записывает): Лошадь, конь. Жираф, жирафа... (продолжает в том же духе)
Хам (записывает): Раз ехидна, два ехидна. Раз ящерица, два ящерица. Раз другая ящерица, два другая ящерица...
Сим: А есть такие ящерицы, которые все одного пола.
Хам: Не отвлекай. Раз мартышка, два мартышка...
Иафет: Ну и что?
Сим: Интересно, они тоже вдвоём пришли?
Хам: Раз медведь, два медведь. Раз белый медведь, два белая медведь.
Ной: А эти как называются?
Иафет: Это казуар. А что, Австралию тоже затопило?
Сим: Думаю, как раз сейчас топит.
Хам: Раз единорог... (ищет взглядом, не находит; воровато затирает надпись на глиняной табличке). Раз овца, два овца... Три овца? (овцы продолжают выходить) Почему так много? Разве не должно быть каждой твари по паре?
Сим: Это потому, что ты до конца не слушаешь. Каждой нечистой твари — по паре, а чистой — по семь.
Хам: Но их тут больше семи!
Сим: Ну, не знаю.
Иафет: По семь пар.
Сим: Нет, штук.
(Хам, отмахнувшись, возвращается к своему занятию)
Иафет: Нет, по семь пар. Как раз подходит. Сам посчитай — всех по семь пар.
Сим: Кроме тех, которых по паре?
Иафет: Точно.
Сим: И откуда они знают, каких сколько? С виду все грязные.
Иафет: Они не знают. Они следовали божественному велению. И среди животных были праведники. Не могли же первые попавшиеся зайти.
Сим: А всё-таки?
Иафет: Смотри. У которых копыта раздвоены и жуют жвачку — те чистые.
Сим: Копыта жуют?
Иафет: И все рогатые.
Сим: А дьявол жуёт жвачку?
Иафет: Ты видел у нас на борту семь пар дьяволов?
Сим: Я не присматривался. Мог  пропустить. Но если они жуют жвачку, то придётся принести их в жертву.
Иафет: Надо будет — сами выйдут.
Ной: А эти кто?
Сим: (тихо) Старый хрыч. (громко) Ягуары. (Иафету) А меня, выходит, уже и в жертву принести нельзя?
Ной: Е-гуары или и-гуары?
Сим: Я. (Иафету) Вот, положим, изменит мне Лили, и будут у меня рога. И что, из-за того, что у меня нет копыт...
Ной: Что — ты?
Сим: Не я. Это буква. Я-гу-ар. (Иафету) ...из-за того только, что у меня копыт нет, меня уж и в жертву принести нельзя? А если мне хочется?
Иафет: Говорят же - «копыта откинуть». Значит, они есть. А рога — это так, факультатив.
Сим: А я-то гадал, отчего нас семеро. Кроме папы, конечно.
Иафет: Но не семь пар.
Сим: Я лично в два раза главнее животных.
Иафет: Это вряд ли. Так вот, птицы все чистые, кроме хищников и падальщиков.
Сим: Это потому, что в цепях питания хищников всегда меньше.
Иафет: Никаких цепей, всё добровольно. Водяные чистые, если у них есть плавники и чешуя...
Сим: Погоди, мы что — рыб с собой брали?
Иафет: Конечно. Не твари, что ли? То есть им и так в воде ничего не сделалось, и, кажется, те, что в ковчеге были, все передохли, пока мы на горе ждали...
Сим: Не понимаю.
Иафет: Чего?
Сим: Чем вся эта живность целый год питалась.
Иафет: Не год, а сорок дней.
Сим: Ага, в первый день сорок дней и сорок ночей, во второй день сорок дней и сорок ночей... Это ливень был сорок дней, а носило нас сколько! Не понимаю. Они бы все друг друга перелопали.
Иафет: То было чудо.
Сим: Чудом было то, что мы не задохнулись.
Ной: А это что за твари? Не помню таких.
Сим: Это собака, или сука, а это — пёс, или кобель, а детёныши у них — щенки.
Ной: Нет, не помню.
Сим: Ну как же - «возвращается пёс на блевотину свою» и всё такое.
Ной: Всё равно не помню. Мне кажется, их раньше не было.
Сим: Вот именно, что кажется.
Иафет: Было. Как же их могло не быть?
Ной: Рукавички ведь не было. Помните, крыса хотела прогрызть дыру в ковчеге, а я кинул в неё рукавицей, и рукавица превратилась в зверя?
Сим: Нет, кошки тоже были.
Ной: Таких не было. (нюхает) Во всяком случае, твари эти нечистые.
Сим: Потому что их две.
Ной: На этого похожи... который египетский, ещё всем всё портил...
Сим: По-моему, Египет ещё не возник, но если ты имеешь в виду Сета — нет. У того шакалья голова будет.
Иафет: Одна морда.
Сим: Вы бы ещё сказали, что Ур инопланетяне построили.
Иафет: Шумеры и есть инопланетяне.
Ной: Были инопланетяне. Утопли.
Хам: Что у вас такое?
Сим: Да вот — у папы маразм.
Ной: Ведь правда, что не было раньше этих тварей?
Хам: Я вообще не понимаю, зачем их пересчитывать и переписывать.
Ной: А как же отчётность?
Хам: Вот пусть Сим насекомых и пересчитывает.
Сим: Почему сразу я?
Хам: Потому что Иафет должен выкинуть тухлую рыбу.
Иафет: Ничего я не должен. Её уже съели.
Сим: А Ур-то утоп.
Хам: А мы где?
Сим: Где-где — на горе.
Хам: Да вижу, что на горе, а гора где?
(отвечают одновременно)
Ной: В Турции.
Иафет: В Армении.
Сим: В Урарту.
Хам: Ну вас.
Сим: Давайте уже приносить жертвы.
Ной: А как же отчётность?
Сим: Кому надо — Сам знает.
Ной: А отчётность?
Сим: Не ной.
Ной: Хам.
Хам: Что?
Ной: Нет, это ругательство.
Хам: Ясно.
Сим: Так кого надо жертвовать?
Иафет: От всех чистых тварей.
Сим: Что — ото всех? И сколько же?
Иафет: Наверное, по шести пар из семи.
Сим: Что, с ума сошёл?
Иафет: Это моё личное дело.
Хам: Я вообще не понимаю, зачем кем-то жертвовать.
Иафет: Высказать уважение.
Хам: Убийством невинных существ?
Иафет: Раз их всех утопили — значит, не такие они и невинные. Кроме тех пар, которые на ковчеге спаслись.
Сим: И кроме тех, которых по семь пар?
Иафет: Точно.
Сим: И рыб?
Иафет: Да, наверное.
Сим: Так те, которые спаслись — как раз невинные.
Иафет: Надо же кого-то пожертвовать.
Хам: Не знаю, как вы, а я ужасно голоден.
Сим: Рыб, выходит, не надо. Их не утопили — они не в счёт.
Иафет: Нет, рыб всё равно надо.
Сим: И где их теперь взять?
Иафет: Найти берег и порыбачить. Сколько всего видов?
Сим: Два. Чистый и нечистый.
Хам: У нас какая-нибудь еда осталась?
Иафет: Тогда это не займёт много времени.
Сим: Предположим, всё время будет нечистый вид попадаться?
Иафет: ...А с другой стороны, думаю, имелись в виду только животные.
Хам: Я бы чего-нибудь поел.
Сим: Они, что, сами себя не могут принести в жертву? А то как в ковчег лезть — так сами.
Хам: Я есть хочу.
Сим: Не будь эгоистом.
Ной: Всё-таки раньше этих тварей не было.
Сим: Так что в точности надо делать?
Иафет: Взять от всех чистых.
Сим: Но там же не сказано - «взять по шесть пар каждого чистого вида»?
Иафет: Вроде нет.
Сим: Значит, не обязательно всех брать... О! Дело ясное: — взять от имени всех чистых тварей! Они же не могут сами спасибо сказать. А жертва обычная должна быть, только поторжественнее.
Хам: Знал я одну шумерийку — так она голубей готовила — пальчики оближешь.
Иафет: Совсем мало тоже нехорошо будет.
Хам: ..Или «шумерку»?..
Сим: Возьмём домашний скот. После глобальных катастроф наверняка потянет на домашнее.
Хам: ..И я ей пообещал прислать рецепт маринованной саранчи...
Иафет: А не лучше дичь?
Хам: ..Вот только ей в лёгкие попала вода, и она утонула.
Сим: Хочешь дичь нести — пеняй на себя. Классическое всегда лучше идёт.
Хам: ..И сестра её утонула, и муж её сестры, и дядя с тётей, и соседи, а попугай от ожирения умер, потому что летать не мог.
Иафет: Может, у папы спросим?
Сим: Да что он знает. Ладно, пошли уже.
(уходят)
Хам: А если бы попугай не умер, а был бы толстым и вкусным, она бы его приготовила. Если бы не отощал, конечно.
(уходит)
Ной: ..А как её звали? (нет ответа)
(уходит)
(звери тут же начинают вести себя по-зверски)
 
 
II
Сколько-то спустя. В доме.
 
Хава: Ты чудесно придумал — поселиться на склоне. Отсюда чудесный вид на большую гору и на ковчег.
Иафет: Я знаю.
Сим: Вообще-то это я придумал.
Лили: Неужели?
Сим: ...спросить у Лили.
Лили: И нечего чужое присваивать. Ничего удивительного, что такой потоп был. Вот если бы в мире только женщины были, такого бы не случилось.
Хава: (тихо, Майе) Это я ей про гору подсказала.
Майя: Пойдём потанцуем.
Лили: Но мы же обедаем. И нечего мужиков ублажать.
Майя: Мне просто нравится танцевать.
Лили: Вот и нет! Ты хочешь выставить напоказ своё тело — как мерзко! Пойми, Майя, тебя должны уважать, как личность! Ты не просто кожаный мешок с волосами!
Хава: Конечно, она не мешок. У мешков есть завязочки.
Лили: Сейчас очень важно, как ты себя преподносишь. Подумай о будущем!
Майя: Но мне просто хочется потанцевать.
Лили: И кого ты хочешь обмануть? Меня? Себя?
Майя: ..Всех.
Хава: Успокойся, Лили. В конце концов, разве не было нам завещано «плодиться и размножаться в поте лица своего»? Мир заселять и всё такое.
Лили: Это и к ним относится.
Майя: По-моему, вы что-то путаете.
Хава: Разве?
Майя: А там не «темна вода в поте лица твоего»?
Лили: Нет, «темна вода во облацех».
Майя: А что такое «облацехи»?
Хава: Это тёмное место.
Майя: Что, колодец?
Хава: Наверное.
Майя: Хамчик, тебе что-нибудь положить?
Хам: Мне — ногу.
Лили: Если тебе много — поделись. Только потому, что у тебя усы, ещё не значит, что ты должен жадничать.
Хам: А где мама?
Сим: У неё ностальгия. Вырезал ей фигурки бывших соседей, и она с ними ругается.
Хам: А отец где?
Иафет: Ушёл разговаривать.
Хам: С кем это?
Сим: Да сам с собой. Совсем крыша поехала.
Иафет: Не говори так. Он же Избранный — если бы не он, мы бы с остальными утопли.
Сим: Вот будет тебе шесть сотен лет, и ты сам с собой заговоришь. При чём тут избранность?
Иафет: Тебе первее будет. И он не с собой разговаривает. Разве он не предвидел потоп?
Сим: Большое дело. Послушать синоптиков и сделать наоборот. Они хоть раз про потоп говорили?
Иафет: А вот и говорили.
Сим: Это когда?
Иафет: Это когда говорили, что потопа не будет.
(вбегает Ной)
Ной: Чудо! Чудо! Сотворение радуги!
Сим: Если её только что сотворили — откуда знаешь, как называется?
Ной: Мне сказали.
Сим: А мы откуда знаем?
Ной: И вам сказали, просто вы не заметили.
Иафет: Чудо же.
Сим: Чушь, а не чудо. Все знают, что радуга — это оптический обман.
Ной: Чудо! Чудо! Сотворение оптической иллюзии!
Иафет: Не иллюзии, а явления.
Сим: Хорошо, а что-нибудь интересное было?
Майя: А то давайте потанцуем.
Лили: Нет, сперва — размножение. Мы не можем зеселить мир в одиночку, знаете ли.
Хам: По-моему, ковчег больше был.
Сим: Оптическая иллюзия. Ты к нему привык, вот и всё.
Хам: (дёргается и, обернувшись, пристально вглядывается в пустоту) Показалось что-то...
Ной: А я понаблюдал за этими новыми тварями. Сплошные бесполезные нечистоты и злоба тупая. Что я наделал!
Сим: Они не «новые» твари, папа.
Иафет: Это правда.
Ной: Тогда не стыдно... А откуда вы знаете?
Сим: Сам подумай. Слова-то помнишь? Вот если Хава изменит Иафету, он назовёт её сучкой.
Иафет: Неправда, не назову. Это банально.
Хава: А если Сим будет приставать к Лили, я назову его кобелём.
Лили: Нет, ко мне можно. Это к другим нельзя.
Хава: Всё равно.
Иафет: А если у тебя плохое настроение будет, когда сын родится, ты назовёшь его хамом.
Сим: Мы не про это. Скорее так: если Хам будет тебе дерзить, ты назовёшь его щенком.
Хам: Не собираюсь я никому дерзить.
Иафет: «Пёс паршивый» тоже подойдёт.
Лили: Нет уж, пусть не подходит. Пусть сидит где подальше.
Сим: А чтобы отвлечённо выругаться - «у, собака».
Лили: Они правы. Если что-то очень плохое — оно собачье.
Майя: Потоп собачий. Холод собачий.
Хава: Когда ругаются — лаются.
Иафет: Или гавкают. Или тявкают. Или петушатся. Или слоняются.
Ной: Ладно, сукин ты сын, уговорил, собака.
Сим: Вроде того.
Лили: А теперь пошли размножаться.
Хава: (тихо, Майе) Это я ей подсказала.
Сим: Да ты без того беременная.
Лили: Это тебя не касается. Не заразная же.
Сим: Точно?
Ной: Пойдёмте лучше к Нааме.
Сим: Да, пойдёмте к мааме.
Ной: Она третьи сутки не ест.
(одновременно)
Хам: Всё-таки что-то не то с ковчегом.
Ной: Всё-таки что-то не то с этими тварями.
Сим: Всё-таки что-то не то у него с головой.
Лили: Всё-таки что-то не то с мужиками.
Майя: Всё-таки надо потанцевать.
Иафет: Всё-таки дурацкие у нас имена.
(все вместе): Что? - Да нет, ничего. Мысли вслух. - А, понятно.
(все уходят)
 
 
III
Семья входит к Нааме; на стене нарисованы два дома, вокруг них — надписи: имена, увлечения, случайные фразы. Наама сидит и беззвучно играет с деревянными фигурками.
 
Хам (дёргано оглядывается: смотрит назад, наверх, отгоняет руками что-то невидимое): ..Показалось.
Сим: Маама, ну чем ты занимаешься? Я не для того фигурки вырезал, чтобы ты себя голодом уморила.
Ной: А это чья фигурка?
Сим: Это её фигурка.
Ной: Это я понял, что они все её, но кого изображает эта?
Сим: Я же сказал — её. Маама, ты меня слышишь? Иди поешь.
Иафет: Смотри — её позвали в гости! Там и накормят.
Сим: Хорошо, я не стал животных делать. А то была бы тут счастливая пастушка.
Иафет: Или свинопаска.
Сим: Или счастливая собирательница саранчи.
Иафет: Какая разница — была бы счастлива.
Ной: Если не поешь — твою еду собаки сожрут. Опять. Всякий раз жрут, стоит недоглядеть.
Сим: Я же говорил — сделай дверь.
Ной: Много чести.
Хава: Чести много не бывает.
Сим: Подумай сама. Вот умрёшь с голоду, и некому будет с твоими болванчиками разговаривать — ещё чего, начнут разговаривать с нами! И тебе станет очень, очень стыдно, что твои дети свихнулись из-за того, что ты не позавтракала.
Лили: Так держать! Молчите, нечего на них отвлекаться! Вот это я понимаю — характер!
Сим: Вот сама бы и молчала.
Лили: Нет, вы слышали?
Хава: Это ужасно.
Иафет: Что именно?
Хава: Как же — то, что у Сима эдипов комплекс.
(все — кроме Хавы и Наамы): Что?!
Хава: Его мать молчит. Он хочет, чтобы его жена тоже молчала. Значит, он хочет, чтобы его жена как можно больше походила на мать. Подстановка очевидна.
Сим: Дурында. Во-первых, Эдип не знал, что Иокаста — его мать, а во-вторых, Греции ещё не существует, а психиатров — и подавно.
Иафет: Может, чудо какое свершится, и маама очнётся. Похоже, что её заколдовали.
Сим: Ну и кто бы мог это сделать? Мы — единственные разумные существа на планете, и зачем бы кому-то из нас её обижать?
Лили: Чтобы доказать своё превосходство над беззащитной женщиной.
Сим: Мы и без доказательств превосходны.
Хам: Видели?!
Ной: Что заладили - «слышали», «видели»... (дразнится) «Нюхали»!
Хам: Ковчег усох! Он только что был выше!
Иафет: Глупости. Если хочешь мааму встряхнуть, придумай чего покрепче. «Ковчег усох»! Какое мааме дело до твоего ковчега!
Ной: Это не его ковчег. Я не для того праведничал, чтобы вы тут ковчег на Хама переписывали.
Сим: (тихо) Старый хрыч. (громко) Мы же все вместе строили.
Ной: Ну и что? Без меня вы бы не знали, что делать.
Хава: Что делать? Спросили бы Черны... Простите.
Иафет: Только попробуй сказать это слово вместо «Аккадские Амореи».
Хава: Они же всё равно утопли.
Ной: А если бы не я, и вы бы утопли.
Сим: Как знать.
Хам: Но ковчег!
Сим: Помолчи хоть минуту! Не видишь — с маамой беда!
Хава: Любопытно.
Иафет: Сам же ей кукол вырезал.
Сим: Мало ли кто что вырезал.
Иафет: Маама, наверное, ночью ест. Не может же она трое суток ничего не есть.
Ной: Хам!
Хам: Что?
Ной: Это я в ругательском смысле.
Хам: Очень смешно.
Иафет: Зря ты это.
Хам: Почему?
Иафет: Это я Симу.
Сим: Что зря?
Иафет: Фигурки. Ты их из чего хоть вырезал?
Сим: Что первым выросло — из того и вырезал. Счастье, что семена сами собой высадились и так быстро вымахали.
Иафет: А грибы мы тоже брали?
Ной: Нет, они же не растения и не животные.
Сим: Им не привыкать.
Иафет: Я тут вспомнил, как мааме грибы нравились.
Майя: Давайте, я грибной танец покажу.
Сим: Может, ей стоит сменить обстановку?
Иафет: Что, снова?
Ной: Может, фигурки отнять?
Сим: Дилетантство.
Майя: Дайте мне попробовать.
Сим: Даже я не представляю, чем это поможет.
Иафет: Знаешь, не всё можно просчитать.
Сим: Как бы ты сам не просчитался.
Иафет: Надёжнее считать знание из воздуха, как из книги. Интуиция, брат, интуиция.
Сим: Да ты и считать не умеешь как следует, не то что считывать.
Иафет: Сам только и списываешь.
Сим: Это как считать.
Ной: Что о нас соседи подумают!
Хава: Они же утопли.
Ной: А эти?
Хава: А этих Сим вырезал.
Ной: Не думал, что мой сын столь кровожаден.
Хава: Нет, настоящие утопли, а эти — игрушечные.
Ной: И то правда.
Майя: Можно мне станцевать?
Сим: Да танцуй уже.
(Майя танцует, братья смотрят на Майю, Хава оценивающе смотрит на братьев и на Майю)
Лили: Ну и что?
Сим: Предлагаю гипноз.
Иафет: Куда! Предлагаю грязевые маски.
Сим: Нет, это не научно.
Иафет: Паломничество. Ей нужно совершить паломничество. Прогуляться, свежим воздухом подышать...
Сим: Куда! Всё утопло.
Иафет: Уже пообсохло.
Сим: Ей нужно заняться самовнушением и сто одиннадцать раз написать, что нехорошо так с семьёй поступать.
Иафет: Чуть что — сразу «нехорошо».
Сим: А ещё я слышал, что у каждого есть фраза-будилка. Что-то самое важное. Скажешь — и человек очнётся от чего угодно.
Иафет: И что это за фраза?
Сим: Откуда мне знать — это её фраза, а она молчит.
Хава: Хватит время терять. Пошли размножаться.
Иафет: Не сейчас, Хава.
Хава: Ты меня что — бросаешь? Ну и кто она?
Сим: Хава, умолкни!
Хава: О-о! Как так можно! (от избытка чувств теряет дар речи)
(Наама вдруг встаёт и швыряет фигурки)
Наама: Чурбаны! Хоть бы немного мозгами шевелили! (кидается к Ною) Как так можно? Как можно быть такими чурбанами?
Сим: Они и есть чурбаны.
Наама (мгновенно облагораживаясь): Это многое проясняет. (чинно выходит).
 
 
IV       
Сколько-то спустя. Хава и Лили.       
 
Лили: Унизительно, что у нас нет права брить себе бороду.
Хава: Зато как возвышенно, что она у нас не растёт.
Лили: И что, теперь уже и сбрить её нельзя?
Хава: Сделай накладную.
Лили: Нетушки. Специально стараться — то же унижение.
Хава: А если бы она росла — ты бы отращивала?
Лили: Не говори ерунду. Я — с бородой! Нет, конечно. Я бы тут же воспользовалась своим правом и сбрила её.
Хава: С другой стороны — если бы у тебя росла борода, а права брить её не было...
Лили (в ужасе): Нет!
Хава: А она у тебя есть. Ты не можешь сбрить бороду — следовательно, она у тебя растёт.
Лили: Не надо!
Хава: Вот поэтому нужно думать обо всём. Взялась бы ты сама, и бороду отрастила бы, а про право брить забыла, и ходила бы вся бородатая.
Лили: Перестань.
Хам (заглядывает): Мне кажется, ковчег... Ох, не буду мешать. (углядывает)
Хава: Ту же Майю взять. Помнишь, как она танцевала? Как так можно!
Лили: А по-моему, неплохо танцевала.
Хава: Что за прямолинейность! Одно дело — напоминать о долге, и совсем другое — делать вид, что сама этого хочешь! Ну и ну! Или бы завихрила похитрее, или бы уж совсем прямо сказала! Так нет — надо же себя выставить! Нельзя же так интерес показывать.
Лили: Хочешь сказать?..
Хава: Именно! Думает, потанцевала — и всё! Так не делают.
Лили: Верно!
Хава: Что бы стало с миром, если бы все так поступали?
Лили: Потоп уже был, так что...
Хава: Уж эти простушки! Из-за них всё и катится коту под хвост.
Лили: Вот и я так считаю.
Хава: Трудишься, планируешь — и тут какая-нибудь плясунья всё портит.
Лили: И не говори! Сколько раз такое было. Такая возможность с самого начала указать мужикам, где их место — а она потакает!
Хава (долго смотрит на Лили): Поздравляю.
Лили: Спасибо! А с чем?
Хава: У тебя усы растут. Смотри, не умри от восторга. (уходит)
(Лили в панике хватается за лицо, и тут входит Сим)
Сим: А, ты здесь.
Лили: Я там, где я хочу быть.
Сим: Да-да. У тебя что, зубы болят?
Лили: С чего ты взял? Если потому, что я не твёрдокаменный мужик...
Сим: И даже не потому, что ты мягководная женщина. Ты что за лицо держишься?
Лили: Я не держусь.
Сим: А что?
Лили: Прикрываюсь.
Сим: С чего вдруг?
Лили: Я только что решила ввести у нас такой обычай, чтобы женщины закрывали лица.
Сим: Разве это не... как ты говоришь - «унизительно»?
Лили: Ха! Это исключительно женское право!
Сим: Это исключительная придурь. Вот объясни мне, зачем?
Лили: Затем, что нечего лишний раз на высшее существо глазеть.
Хам (заглядывает): Мне кажется... Э-эй!.. … (углядывает)
Сим: Никакое ты не высшее существо. Я выше, сам мерял. На полторы головы. И если бы ты не была женой ноева сына, то была бы и того ниже: на дне морском!
Лили: Опять ты не прав. Ты был ноев сын только для того, чтобы спасти меня. И с остальными так же.
Сим: Что значит «был»?
Лили: И вообще, мы тут с Хавой поговорили...
Сим: И здесь эта Хава!
Лили: Только здесь и есть, она, знаешь, одна такая. И если Майю не волнует, уважают её или нет, то нас это очень даже беспокоит! То есть не Майя, а уважение! Вот докажешь, что меня достоин — тогда лицо и открою.
Сим: Тоже мне, открытие. Я и так насмотрелся.
Лили: И готовить сам будешь. И стирать!
Сим: Мне мама сделает.
Лили: И дитями размножаться тоже сам будешь.
Сим: Нет!
Лили: Что, испугался?
Сим: Но это же совсем, совсем не научно! Меня засмеют!
Лили: Вот и Q.E.D.
Сим: Уже иду! И поаккуратнее с латынью, до неё ещё не скоро.
Лили: Впрочем, лучше я пойду, а ты стой здесь и думай.
(отходит в сторону, достаёт медную пластинку и в неё смотрится. Заметно расслабляется и, погрозив кулаком, поспешно уходит)
(к Симу подходит Иафет)
Иафет: Ты чего? Будто клопа проглотил.
Сим: Да так... Сон плохой приснился.
Иафет: Думаешь, предчувствие?
Сим: Скорее впечатление.
Иафет: Что-то приключилось?
Сим: Нет ещё.
Иафет: Тогда как это - «впечатление»?
Сим: Раз мы во снах и будущее видим, и прошлое, и что попало, то они вне времени. А коли так, то «впечатление» и «предчувствие» для них — одно и то же.
Иафет: Ну, может быть.
Сим: Только это неправда, что мы видим будущее.
Иафет: Не может быть!
Сим: Хорошо, не всякий раз.
Иафет: Сам знаешь, это не доказательство.
Сим: А как доказать...
Хам (заглядывает): По-моему, ковчег!.. (шипят на него — углядывает)
Иафет: ..доказать существование [показывает наверх]?
Сим: Потолка?
Иафет: Прости, оговорился. [указует ввысь], конечно.
Сим: Так бы сразу и сказал. А то - «[показывает наверх]»... Кстати, зачем?
Иафет: Вроде как если докажешь — всех головастее.
Сим: Достойный то есть?
Иафет: Достойней не бывает.
Сим: Отличная идея. А как?
Иафет: Знал бы — тут не сидел.
Сим: А где бы сидел?
Иафет: Там, где сидят достойные.
Хам (заглядывает): Без ковчега останетесь! (углядывает)
Сим: К примеру. (долгая пауза)
Иафет: Ну?
Сим: Копыта гну. К примеру. Совершается человечья жертва. Её останавливают, потому как это неправильно.
Иафет: А если правильно?
Сим: Не бывает. Минус кубометр к карме.
Иафет: Тогда зачем совершать?
Сим: Чего непонятного? Затем, что есть уважительная причина. Иногда уважаемая.
Иафет: Но если ты знаешь, что это неправильно?
Сим: Так я и ошибаться могу. Я ж не [указует ввысь].
Иафет: А что за причина?
Сим (подумав): Я же говорил — не просто так нас семеро осталось. А несчастья — из-за халтурной жертвы.
Иафет: Какие несчастья?
Сим: Вообще.
Иафет: Ты правда так считаешь?
Сим: Нет, конечно. Повод нужен. А поскольку [указует ввысь] точно существует, опасности никакой.
Иафет: А если [показывает вверх] точно существует, зачем доказывать?
Сим: Во-первых, не [показывает вверх], а [указует ввысь]. А во-вторых — ты же сам только что говорил.
Иафет: Точно.
Сим: Ты как хочешь, а я пойду посмотрю, удобно ли с этой горки людей скидывать.
Иафет: А кого будешь скидывать?
Сим: Какая разница.
Иафет: Чур, не меня.
Сим: Да как хочешь.
(уходят)
 
(Окончание следует)
Последние публикации: 

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS