Комментарий |

Южная Королева

="02_031.jpg" hspace=7>
А а д р е г   и   Я а к

**

Вот много я рассказов написал про наркотики. Много музыки написал,
песен. А про секс почти ничего не написал.

Даже странно как-то получается. Секс-музыка-наркотики – секс на
первом месте, а я почти ничего не написал (в прозе). Музыку
написал, про наркотики написал, а про секс нет. Хорошо хоть
занимался. А то ведь скажут – про наркотики написал – наркоман,
про музыку написал – меломан, а про секс не написал –
импотент.

Нет, не импотент (тьфу-тьфу-тьфу – но суеверный). Просто не написал,
Повода не было. Конкуренция была высокая, а смысл
маленький, вот и не написал. Теперь, наверное, напишу.

**

Пролог

(несколько, впрочем, затянутый).

Ну и вот, дорогие мои мальчики и девочки, устраивайтесь поудобнее в
своих кроватках, прижимайте носики к подушкам и слушайте
внимательно своими ушками.

В одной прохладной такой стране жили двое симпатичных молодых людей.
Состав был примерно такой:

Мальчик – 1 чел.

Девочка – 1 чел.

С кем они жили - непонятно, да и неважно, ведь это вы сказку слушаете.

Ай!

Я что же и не сказал, что ли?

Дело в том, что вы тут, дорогие мальчики и девочки, слушаете сказку.

Продолжим.

Жили мальчик и девочка в одной прохладной стране. С кем непонятно и
неважно – это ж сказка. Кто-то наверняка их одевал, обувал и
финансировал, чтобы была крыша над головой, мордочки не
чумазые и всё такое.

Мальчик и девочка, чуть позже мы придумаем, как их звали, были ещё
настолько молоды, что даже не понимали всей прелести
сексуальных отношений, хотя и родственниками они тоже почему-то не
были, но жили друг с другом, как брат с сестрой. Т.е. кто-то
может подумать, что во времена современной распущенности
нравов всё такое может быть, но это в ваши времена
распущенности нравов. А в наши благопристойные времена – ничего
подобного, тем более для наших благовоспитанных и целомудренных
героев. Они, если хотите знать, даже и целоваться-то как следует
не умели. Раз попробовали, но только все исслюнявились –
ничегошеньки у них не получилось, так, что даже Яак сказал:

- Тьфу ты, весь нос у меня мокрый, а толку никакого.

Аадрег ничего не сказала, только пожала плечами. Но это секрет, что
они пробовали целоваться (и им не понравилось) - никому не
говорите.

Видно не разбушевался ещё в их грудях гормональный пожар.

Пару слов надо сказать о том, как жили промеж собою Яак и Аадрег.
Жили они в типовой пятиэтажной коморке – на самом верхнем
этаже. Эти милые дети с круглыми щёчками голубенькими
прозрачными глазками и льняными волнистыми волосиками (или наоборот)
только-только вступили в пору отроковичества (или отрочества)
и всё ещё более напоминали ангелочков и херувимчиков, чем
молодых людей. Впрочем, черты их обещали стать прекрасными,
как обычно и бывает у чистых непорочных созданий неискушённых
в грехе и незапятнанных похотью.

Присматривала за ребятишками одна добрая благодетельная старушка.
Старушке каждый день конечно трудно было вскарабкиваться под
самую крышу типовой пятиэтажной коморки, которую к тому же
плохо топили, а сделана она была из огромных железных решёток,
облепленных песком, что для той весьма прохладной страны,
где начинается (и возможно закончится) наш рассказ было вовсе
не здорово. И вот старая ревматическая старушка, разумеется
не каждый день поднималась по холодным лестницам угрюмой
коморки, чтобы позаботится об бедных чадах. И чада этим
конечно пользовались.

Сначала они занялись ботаникой. Отрыли на чердаке здоровенный ящик,
натаскали в него голубиного помёту и стали выращивать розы

- Вот продадим розы, - мечтала Аадрег, - и купим бабке Маааргарет
шерстяные гетры, чтобы она не маялась, ревматизмом приходя в
нашу коморку, - такая это была благодетельная девочка
(поначалу). А что будет потом, мы пока не знаем.

Но мечтам этим не суждено было сбыться, потому что розы вымерзли к
чёртовой матери, практически на вторую неделю. Видно страна,
которую выбрали себе для жилья Яак, Аадрег и Маааргерет была
излишне прохладной.

Тогда дети придумали ещё какую-то фигню – типа прыгать из окна с
воздушным змеем или запустить ракету (на фабрику по
производству взрывчатки (и посмотреть, что крепче (ракета или
фабрика))). Однако бабка Маааргарет всякий раз успевала вовремя,
несмотря на свою колченогую ревматическую ногу, подагру,
гастрит, авитаминоз (хронический), смещение носовой перегородки, и
кое-какие секретные женские напасти.

Потом дети ещё играли в моряков, но ремонт обошёлся недорого, потому
что вода замёрзла так быстро, что даже не успела просочится
к соседям. Потом дети вешали картину – ну это была совсем
ерунда, потом рисовали свою, но обои во время последнего
ремонта всё равно не меняли, так что можно было даже сказать,
что стало лучше, если бы всё это не мазалось очень сильно. Ну
и прочие мелочи случались в жизни Яака и Аадрег, на которые
бабка Маааргарет, признаться, не очень-то обращала внимание,
потому что была туга на ухо, с бельмом на глазу и на
большой высоте впадала в оцепенение (от нехватки кислорода).

Ну и вот, так это всё длилось какое-то время – бабка Маааргарет
брала откуда-то деньги на содержание двух малюток, а малютки
росли себе и росли, и откуда только брались их дурацкие
выдумки?

Часть 1

Пифийское зелье

"… и откуда только брались их дурацкие выдумки? Этих моих
мямлики-племянники? ", - бабка Маааргарет думала, разумеется, с
небольшим иноземным акцентом. О том, что она нездешняя, легко
можно было, разумеется, догадаться и по имени. У всех-то местных
в имени было только две буквы "А" подряд, а у бабки
Маааргарет" – целых три, что неопровержимо и доказывало.

Сердце этой самой бабки, по имени Маааргарет зашлось, и
заколотилось, когда она, прокряхтев по угрюмой скользкой пятиэтажной
лестнице подошла наконец к двери.

"Узнать, бы – подумала бабка, - этот сердечный треск, он от пять
этажей лестницы, или сердце старая добрая Мааааргарет (на самом
деле в имени у бабки было четыре буквы "А" подряд, но
старуха предпочитала об этом не распространятся), или сердце
старая добрая Мааааргарет, – продолжала думать пожилая женщина,
- предчувствует беду? А, ладно, сейчас войду-ду-ду-ду, и
узнаю.

И старуха Маааргарет решительно пнула дверь большим пальцем ноги.

Предчувствия её не обманули. Прежде всего дала о себе знать подагра.

"Ух старый склеротик, - подумала о себе Маааргарет" – зачем стучать
больной палец? Ду-ду-ду…Дура!!"

"Дура" относилось уже не к ней, а к девчонке Аадрег, которая сидела
на коврике, выкрутив ноги, как мороженный цыплёнок и выла:

- У-у.

- Что плачешь, моя милое дитя? – ласково склонилась над ней пожилая
добрая женщина.

- У-у-у меня вот, - ответила Аадрег и показала пальцем на
подбородок, где краснел маленький прыщик, или что там появляется у
девочек во время созревания.

Ну и вот. Далее тратить время и место на подробные описания,
развёрнутые суждения и всякие там диалоги мы не можем, поэтому
переходим сразу к сути.

Две страшные волшебные тётки, которые называются "ПИФИИ" (ед. ч.
Пифия) сделали одно зелье. Зелье они называли "ВЕСЕЛИЛЬНОЕ".
Зелье придавало женщинам привлекательность, а мужчинам
решимость-неустрашимость (потому что социологи-гинекологи
обнаружили, что большинство мужчин в последнее время просто боятся
связываться с женщинами и им легче притворится импотентами, а
потом заняться самоудовлетворением где-нибудь втихаря, чем
связываться с настоящими живыми женщинами). Ну и в общем
сильно способствовало всяким амурным делам.

И вот эти пифии сделали зелье, в состав которого входили:

Впрочем, состав был, конечно, секретный, и если скромный автор этих
строк приврёт что-нибудь про состав зелья, кто ж из умных
людей ему поверит.

Главный секрет зелья был в том, что втирать его надо было точно в
макушку, а эти дурацкие волшебные тётки как раз пролетали со
своим идиотским зельем над той прохладной страной, где
проживала Аадрег с компанией, когда завидели красивенького такого
горгуля и решили в него влюбится, т.е. поиграться решили с
ним наперебой. И завязалась промеж ими (тётками-пифиями)
конкуренция за горгуля и стали они хватать друг у дружки склянку
с зельем и всё порасплескали. И мало, что над страной и над
городом где жили Аадрег и Яак (а они жили в городе), и даже
мало что над домом, где жили (они), так ещё именно над
двойною сквозной дыркой, которая образовалась в

1) крыше

2) чердаке

после экспериментов с розами (2) и ракетой (1).

Короче так тонко и прихотливо сложились обстоятельства, что малышка
Аадрег стояла прямо под сквозной дыркой на своём несчастном
пятом этаже типовой панельной коморки, а сверху на её
затылок (точнее макушку) свалилось несколько капель веселильного
зелья, которое (или которые) расплескали две взбалмошные
пифии, сражаясь в небесах за своего задрипанного горгуля.

И эти несколько капель брякнулись прямо на затылок (в смысле на
макушку) бедной девочке, хотя хватило бы даже и одной, для
такого молодого неокрепшего организма.

Ну и вот.

Пошли прыщи.

Глава 2

ЦариЦа-ТанЦа-Живота(нЦа).

- Теперь, веди, бабка в больницу для уродов, пусть отрежут эту дрянь
(а где был Яак всё это время непонятно, но дома его точно
не было, хотя, сейчас, одну минуточку, м-м минуточку… нет,
уф, нет, показалось – Яака дома не было), - выла несчастная
малышка Аадрег, - пусть отрежут или хотя бы замажут!!!

"Тебе, деточка, надо не на больница для уродов. Тебе, деточка надо
побыстрей женихаться, если, конечно ты не стал так раньше
потихонька-втайно и теперь не женится со всякий швалью и не
подхватила какую-то венерически дурянь" – подумала добрая
старушка Маааргарет, но тут же устыдилась своих грустных мыслей и
ласково улыбнулась девчушке. А вслух сказала:

- Не бойся, мой ангел, это не лечится, это пора, надо потерпеть,
пока паспорт (а в то время в той стране были проблемы с
бланками паспортов и некоторые люди даже достигнув изрядного
возраста в 20-25 лет всё никак не могли из-за этого женится
по-настоящему) а там видно будет.

Вошёл Яак. Посмотрел внимательно на лицо Аадрег (понятное дело,
Аадрег старательно прятала лицо ладошками, а Яак старательно
отрывал их от лица Аадрег, но обошлось без переломов и даже без
вывихов, просто мальчик расцарапал ногтем девочке щёку
(нечаянно), а та прокусила ему зубами насквозь мизинец (за это).

Когда Яак увидел, в чём дело, он сделал вид, что это его не касается
и небрежно буркнул:

- Говорил я тебе, умываться надо хотя бы раз в день, поросёнок.

- А-а, - закричала в ужасе Аадрег и стремглав бросилась вниз (по
лестнице) на прохладные улицы угрюмого города.

- М-да, - промычала бабка Маааргарет, - теперь кто-то должен
хлопотать за двухкомнатной квартира, для разнополых деточек, когда
они сейчас подрастут.

Но был, конечно, и другой выход. Можно было кому-нибудь поменять
пол. Хорошо, что старуха была тёмная и об таких выкрутасах не
знала, а то бы неизвестно, как бы повернулся сюжет нашей
сказки.

Короче говоря, понятное дело Аадрег стала нервная, раздражительная,
огрызалась на всех, кричала, взбрыкивала и всё такое. Чтобы
не получить в ответ по физиономии она всё чаще стала
проводить время в отдалённых и безлюдных уголках своего родного
города, где было поменьше ментов, полицаев, фараонов, легавых,
копов, карабинеров, жандармов, мусоров, околоточных,
омоновцев, СОБРа, морских котиков, краповых беретов, альфы всякой с
беркутом и витязем и других доблестных стражей порядка, а
может наоборот побольше – кто ж этих созревающих под
действием волшебных капель девиц знает.

Так или иначе, но здоровенного мужика ей встретить не удалось, хотя,
конечно удалось, потому что ночной клуб, куда она пришла по
объявлению о наборе на курсы "очарования" вход в клуб,
конечно, охранял здоровенный громила-вышибала. И он даже схватил
бедную Аадрег двумя пальцами за шкирку, не желая пускать
внутрь, но тут же из окна появилась роскошная смуглая женщина
с алыми губами-кораллами, и горящими глазами-углями,
удивительно живыми грудями и лоснящимися и переливающимися бёдрами,
(а на животе у неё была нитка лазурного жемчуга) и властно
повелела вышибале:

- Э, громила, не тронь милую Аадрег, она идёт ко мне.

"Вот это мужик, - подумала бедняжка Аадрег, - разглядывая выпирающую
через униформу мускулатуру громилы, - вот бы мне такое, в
смысле не мне, что я больная культуризмом заниматься, вот бы
у меня такой дружок был, или что ли этот тощага Яак,
накачался бы, что ли, и откуда толстая тётка знает, как меня
зовут?"

"Вот это тётка, - подумал охранник, и язык вывалился у него изо рта
и повис безвольно минуты на три, разумеется, подумал он
такое совсем не про Аадрег, а про Аадрег он давно уже забыл,
разжав пальцы ещё до приказа, - вот это нифига себе буфера и
задница…." Впрочем, мысли слабообразованного (на вид) верзилы
охранника здесь приводить не стоит, ничего нового или
интересного он, разумеется, подумать не смог.

Аадрег, пришлось доставать английскую булавку и сильно-сильно,
больно (как она думала) больно колоть охранника в палец, чтобы
тот немного пришёл в себя.

- А? - очнулся мужик.

- Я говорю, как звать эту тётку из окна, и откуда она знает, как звать меня.

- Что? – не понял охранник, - говорите тише.

- Как звать тётку, - заорала Аадрег, и топнула сандалей по круглоносому ботинку.

- Эт-та Цари-Ца Тан-Ца Живота… медленно отчеканил охранник, делая
дополнительный упор на "Ца", а потом добавил, - (нЦа)… и
расплылся дурацкой улыбкой.

А Аадрег обошла его сбоку и скрылась за дверью ночного клуба (внутри
имеется в виду).

Больше её тем летом (а всё было, естественно же летом) в том городе
никто не видел.

История 3

Мальчишеские сны

Даже дураку знакомому с географией понятно, что настоящий Юг это
тоже самое, что настоящий Север, и даже ещё покруче будет. Это
умственно. Физически же все мы, жители Северного полушария,
знаем, что если идти на юг, то постепенно станет теплее.
Причём, что самое забавное, до того юга, где холоднее, чем на
севере от нас просто не дойти, так что Юг - он тёплый. К тому
ж героям нашей истории заниматься такой бессмысленной с их
точки зрения хренотенью, как знакомство с географией было
совершенно ни к чему, потому что занимались они в основном
тем, чтобы стырить или украсть или слямзить или скоммуниздить
что-нибудь такое, что плохо лежит или ещё каким-нибудь
способом надыбать денег. Это всё происходило не оттого, что наши
герои были слишком уж бедные или клептоманы, просто так
делали все в их районе, в их городе, в их сугубо прохладной
стране, и возможно (они это сильно подозревали) что и в мире.

По всему по этому, тётка, входящая в восточные (ближневосточные, не
дальне) стандарты женской красоты, и даже их превосходящая,
эти стандарты. Эта тётка, хотя правильнее её было назвать,
конечно, какая-нибудь "Срединная Королева" или "Жаркая
(знойная) Королева" или "(на худой конец) Экваториальная Королева"
– эта тётка называлась Южная Королева – которая похитила с
собой Аадрег. Хотя поначалу никто не хватился.

Эта роскошная женщина выступала в городе с эротическим шоу и под
псевдонимом "Царица танца живота". Хотя основной её целью,
разумеется, было получение несчастной малышки Аадрег, которая
находилась под действием чудесного эротического зелья.

Зачем всякие там Снежные и Южные Королевы хватают хорошеньких
мальчиков и девочек - загадка.

Предположительно, что Южная Королева схватила бедняжку Аадрег в пику
своей постоянной сопернице – леденющей Снежной королеве,
чтобы заставить её (бедняжку, малышку, крошку, ангелочка,
деточку… etc,) выложить из лепестков орхидеи слово "ЛИБИДО".
Ответным жестом, так сказать. Но это только гипотеза, которая
либо подтвердится по ходу действия, либо нет, не
подтвердится.

Здесь надо добавить ещё раз, что, конечно же, пропажи Аадрег никто
так и не заметил поначалу. Бабка Маааргарет, как, наверное,
помнят наши дорогие мальчики и девочки, была тугоуха и с
бельмом, к тому же на любых высотах после 3-х с половиной этажей
на бабку нападало оцепенение из-за нехватки кислорода, да и
ходить в гости к своим подопечным она старалась пореже –
чтобы прожить подольше. Мало ли какую ракету или катапульту
они придумают в какой-нибудь очередной раз. Кроме того,
Аадрег, после того как получила зельем по темечку всё время где-то
слонялась и была очень злая, так что бабка Маааргарет могла
просто решить что девчонки нет дома.

Что касается Яака, то, как только наступило лето (а всё случилось
летом) он тут же отъехал и подвис на прибывшей с оказией
конопле. Приход получился настолько удачный, что только к осени
мальчик спросил своих товарищей по наркопритону:

- Пацаны, вы Аадрег не видали?

Но что-то странное случилось вокруг. Что-то переменилось с тех пор
как Яак нырнул под кайф.

Начать с того, что вокруг не было ни одного пацана. Яака окружали
какие-то тёлки в полном соку, тревожно и восторженно дышавшие
нежными грудями, трогавшие кончиками тоненьких язычков свои
пухлые влажные губки и смотревшие на него туманными
взглядами зовуще и с вожделением.

Яаку почему-то сразу вспомнился его сон, в котором танцевала
Маааргарет в кружевном кожаном белье, Яак подумал "О! Мааааргарет"
(откуда-то он знал, что на самом деле в её имени 4-ре "А"
подряд?). "О! Мааааргарет, - подумал Яак, - что же это со мною
делается, я же по всем раскладам, должен был сейчас
подумать "О! Аадрег!", но я подумал "О! Маааргарет!"? Бр-р, Блин, –
Яака передёрнуло, - Нет надо завязывать с этой дрянью.
Интересно чего такого нанюхались эти бабы, что так пялятся на
меня? И что это они все на меня так пялятся? И почему мне
снятся эротические сны?"

- Чего это вы нанюхались? - Спросил Яак у гиперсексуальных тёлок, и
чё вам от меня надо?

Я должен идти спасать Мааар…, тьфу, эту, как её, Аадрег! О,
Маааргарет, тьфу, то есть Аадрег, держись, моя милая подружка я
приду и выручу тебя. Эй! Кто-нибудь, никто не знает, куда
подевалась Аадрег или хотя бы куда подевались пацаны, которые
могли бы знать, куда подевалась Маааргарет, тьфу, эта, как его,
т.е. Аадрег? – крикнул Яак и заснул от усталости.

Во сне ему приснилось, что он сидит у окна в своей коморке, а на
окно (на подоконник) слетелись голуби со всех окрестных
голубятен. В три слоя. В нижнем слое были в основном голубки,
которых кто-то хитро подманил зёрнышками, а два верхних слоя –
это были сизари, которые всё время пытались (разумеется
безуспешно) с голубками соединиться, производя при этом жуткий
топот и скрежет (об подоконник) и страшное гоготание и
воркование. Сначала Яаку не понравился сон, но потом он услышал, что
голубячий воркот стал складываться в слова:

"М-ы, – разобрал Яак, - г-о-л-у-б-и о-ч-е-н-ь п-о-х-о-т-л-и-в-ые
пт-и-цы. П-ох-от-л-и-в-ей н-ас то-ль-ко-ку-ры и во-р-о-б-ь-и.

Мы поклоняемся Южной Королеве, девочка у неё…"

Также мимо подоконника пролетели три курицы, один петух и пар пять
воробьёв, гнавшихся за пятнадцатью парами воробьих.

Все они сообщили Яаку, что:

1. Во-первых, голуби врут, и что именно голуби как раз и есть самые
похотливые птицы, тогда как воробьи, и особенно куры –
просто очень эротичны, что не может не повлиять положительно на
формирование их имиджа.

2. Последний раз девочку Аадрег видели возле ночного клуба "Танцы
животов", который специализируется на эротических программах в
тот момент, когда в клубе с шикарными гастролями выступала
совершенно роскошная женщина под псевдонимом "Царица танца
живота", в которой любой опытный глаз без труда угадывал Саму
Южную Королеву, приехавшую, чтобы забрать Аадрег.

3. Последним человеком, который видел Аадрег был охранник клуба
Маартин – любитель пышнотелых красоток. Поэтому вероятность, что
Маартин вообще заметил проходившую мимо него худосочную
Аадрег - минимальна.

4. Что-то изменилось вокруг, мальчик, ты не находишь? Что-то уже не
так. Эти поллюции (серые пятна на простыне) и утренние
эрекции. Эта Маааргарет, танцующая в кружевном кожаном белье –
может быть пора завести подружку повеселее?

Проснулся от своего сна, с криком "О! Маааргарет" Яак как раз в
своей коморке на пятом этаже. Голуби разлетелись, но подоконник
был загажен.

Яак почесал затылок и сказал хрипло:

"Да, пожалуй, надо завести подружку (повеселее) и завязать с этой
дрянью, но сначала я должен отыскать Аадрег! Или нет. Сначала
завязать с дрянью, затем найти Маааргарет повеселее, тьфу.
Нет. Концепт такой: Дрянь, э-э, Аадрег, э-э Подружка. Так.
Дрянь бросаем, Аадрег находим (как же я её люблю – понял тока
ща!) и подружку э-э, тоже находим. Да. Класс", - и зачем-то
снова добавил "М-м-м…".

Мимо стекла пролетел жёлтый хреновый лист.

Эпизод 4

Отшельник-проказник

"Вот это тётка вот это нифига себе буфера и жо…", - начал было
думать охранник Маартин, что ещё раз доказывает, что в принципе
ничего оригинального этот мускул с ушами придумать подумать
не мог, потому что думал он свою думу уже о совершенно другой
пышнотелой красавице, а вовсе не о Южной Королеве, когда
его умственный процесс оборвал синеватый, взъерошенный,
помятый и худой подросток (который был, конечно же, наш добрый
знакомый Яак) с явными следами наркотической зависимости в
глазах и в трясущихся скулах.

- Слышь, мужик, - сказал Маартину Яак серьёзно, - у тя дозы нету,
блин, как же мне надоела эта дрянь, то есть, нет, мужик, ты
меня не так понял, это я по привычке. Я тя другое хотел
спросить. Вначале лета ты здесь видел такую худую прыщавую деваху
с ногами вывернутыми, как у замороженной курицы. Ты не
знаешь, куда она пошла? С этой милой девчушкой я провёл лучшие
годы своего детства, она мне больше чем друг. Я думаю, что я
люблю её. Люблю пылко и страстно, той самой единственной
первой чистой юношеской романтической любовью, которая только и
возможна меж нами – такими одухотворёнными и безгрешными
сознаниями (то есть созданиями конечно) так что психоделический
и надпсихический фон наших поступков, просто не поддаётся
анализу, не дифференцируется и не интегрируется ни в одну из
моделей так называемого традиционного взрослого поведения,
если же рассмотреть ситуацию с позиции вербальной
психоскриптики, или как раньше принято было говорить
нейро-лингвистического программирования…

"Интересно, с кем это он? (разговаривает?)" - удивился Маартин,
вспомнив анекдот про недоразвитого мальчика, его папу и яблоко
из своей докторской по метасюжетам в городском постфольклоре
и на всякий случай вызвал наркотическую неотложку.

Неотложка повезла Яака избавляться от зависимости по самому
прогрессивному из известных методов – в сад-огород к одному старому
деду-колдуну с не вполне прояснённой сексуальной
ориентацией.

События во саду ли, в огороде разворачивались следующим образом.

Деда провёл Яака по пышному своему осеннему саду-огороду, сильно
смахивающему на райский, завёл в сырой подвал без окон,
приковал наручниками к батарее, разложил у него перед носом все
возможные психоактивные нейростимуляторы, начиная с чая и пива
и заканчивая героином и "винтом" и сказал.

"У тебя, - сказал добрый дедушка, - недоносок, с этого момента две
дороги. Либо ты отсюда выйдешь законченным наркоманом и
пидорасом (так и сказал "пидорасом", хотя правильнее
"педерастом"), либо чистым как стёклышко.

Всю эту дрянь можешь употреблять в любом количестве, но за каждую
дозу, даже за чашку чаю и кружку кефиру, я тебя буду иметь,
как хочу. А поскольку у меня непрояснённая сексуальная
ориентация, то, как я захочу, пусть для тебя это будет пока жуткая
загадка. Вот и выбирай".

Прежде чем сказать что выбрал Яак и как это случилось, сообщим, что
Дедуля, конечно же ходил под статьёй, да не одной. Т.е. его
конечно можно было бы посадить и за совращение
несовершеннолетних, и за мужеложство (кое-где за это сажают) и за
хранение наркотических веществ и за их производство (кое-где и за
это сажают) и за незаконные генетические эксперименты
(клонирование, но об этом позже) и за производство наркотических
веществ отягчённое клонированием тоже (но об этом тоже позже)
и т.д. и т.п. – букет не хуже, чем у дедули во саду ли.

Однако эффективность его методов в борьбе с подростковой наркоманией
и юношеским гомосексуализмом (молодых гомосексуалов дедуля
отучал тем, что грозился посадить на героин) была столь
велика, что власти закрывали на это глаза, потому что
практически каждый третий молодой человек после дедушки избавлялся от
той или иной напасти, что является очень хорошим
показателем, как для лечения наркомании, так и для лечения
гомосексуализма. Остальные 66 (шестьдесят шесть с хвостиком процентов) %
становились, как дедушка и отмечал уже выше, законченными
наркоманами и пидорасами, что тоже, конечно был хороший
результат.

Поэтому дедушка был удобен как властям, так и чёрному рынку
наркотиков и сексуальных услуг для богатых извращенцев – поэтому его
(деда этого) никто и не трогал ни с той, ни с другой
стороны.

А так-то жил он один – дед-то - в пустынном месте – в степи. До
самого горизонта никакого жилья не видно. Настоящий отшельник.

Раздел 5

Цветочки

Так прошёл остаток осени и большая часть зимы.

- Дедушка Аагафон, - закричал проснувшись однажды Яак и поправил
железный обруч на шее.

- Что мой милый мальчуган, - ласково спросил его ловко устроившийся
между властями и преступниками дедушка, которого в
действительности звали Агаафоном, но из добрых чувств к бедному Яаку
он редко отправлял его за эту в общем-то серьёзную
провинность в низкий карцер или в соляную копь.

Печальные глаза дедушки Агаафона светились сочувствием и участием.
Было видно по этим глазам какой на самом деле мягкий, добрый
и легкоранимый он человек, лишь для дела скрывающий своё
истинное благородное лицо под маской твёрдости, непреклонности,
жестокости а порой и садизма или даже изощрённого садизма,
или даже извращённого садизма с надругательствами и увечьями
(что делать? этого требовала жизнь!).

- Она тебе опять приснилась? Бедный малыш, - искренне сопереживал
дедушка Агаафон, - можешь ты мне рассказать, какая она?

- Нет, дедушка Аагафон, - я стесняюсь.

- Ах, несчастный мой мальчик, тогда хотя бы расскажи что
происходило, да, и если ещё раз назовёшь меня дедушкой Аагафоном а не
Агаафоном, я тебе отрежу палец.

- Что Вы дедушка, я и не думал дразниться. Это просто я заика-аюсь
от волнения, - схитрил Яак.

- Ну так и что, что же там происходило, в твоём сне? - не унимался
отшельник, - верно ты обнимал свою старушку Маааргарет,
маленький проказник?

- Нет, нет, что Вы дедушка А…, дедушка А-гаафон. Вовсе нет.

- Уж ладно, озорник, не жеманься, я ведь и не мечтаю даже, чтобы
тебе приснилось, как мы обнимаемся с тобою, просто мне
интересно послушать, как у вас с Маааргарет. Не таись, это ведь сон.

- Если Вам уж так хочется обняться, то так и быть обнимите меня, а
то что-то зябко, - поёжился Яак, - только руки не
распускайте, а я Вам расскажу, что же было во сне.

Дедушка Агаафон нежно обнял юношу, и Яак незаметненько вытащил у
него из тужурки ключики от наручников и ошейника (Яак как мы
помним, никогда не упускал возможности стырить что-нибудь, что
плохо лежит). Одновременно с этим наш добрый мальчик
говорил:

- Нет, нет, дедушка, на этот раз мы не обнимались с бабкой
Маааргарет во сне – да и как можно поступать так с моей милой (старой
доброй) старушкой Маааргарет.

Нет, нет. Просто мы со старушенцией сажали с ней в тот ящик с
голубиным помётом розы, чтобы купить ей гетры, или хоть
что-нибудь, потому что она задолбала меня плясать в своём кружевном
кожаном белье. Мы сажали розы – вот точно такие какие
нарисованы на упаковке вон от того наркотика, который Вы, добрый
дедушка А… А-га-а-фон только сегодня добавили в общую кучу.
Красивая упаковочка, ну и вот…

- Подожди, подожди-ка, милый малыш, - весь напрягся добрый дедушка
Агаафон и даже перестал обнимать мальчика, - какие, какие
розы вы сажали в ящик с голубиным помётом?

- Да что Вы, право, дедушка так разволновались? Вон такие, что на
новой красивой упаковке, на которой ещё написано "Шипы
опиумных роз"…

- Очень странно, - очень задумчиво проговорил добрый дедушка
Агаафон, - а известно ли тебе мой юный друг Яак, что эти самые
опиумный розы – это не какой-там-нибудь вшивый-сраный опиумный
мак, который растёт куда ни плюнь, а это тонкий продукт
офигенно высоких генетических технологий, практически только что
разработанный, выведенный, скрещенный и клонированный вот в
этом самом моём саду, который есть сверхсекретный генлаб по
выращиванию новых наркотиков? И что только прошлой весной
появилось первое растение. А в этом году мы подготовили только
опытную партию и вот испытываем на вас, сорванцах.

И все эти розы надёжно укрыты под землёй, так что видеть ты их не мог.

А раз они тебе приснились, значит либо ты их видел раньше, либо
кто-то здесь наколдовал. А поскольку колдовать здесь умею (и
право имею) только я, значит, ты их видел раньше. Где ты мог их
видеть?

- Слуш, дед, а ведь и правда, блин. Мы, блин, такие розу пытались
вырастить с бедняжкой Аадрег, блин, которую я, блин, кстати,
блин, должен, блин, отыскать, блин, а не киснуть у тебя здесь
в клинике, блин, у козла.

Блин.

А ведь действительно, блин. А ведь, блин. Ящик и помёт (голубиный)
мы с Аадрег нашли сами, а вот цветочки нам принесла бабулька
Маааргарет. Точно. Блин.

Дедушку Агаафона так заинтересовали слова мальчика, что он даже не
назначил 50 шпицрутенов за обращение на "ты", и даже не
включил ответку за "козла" а просто спросил:

- Скажи-ка, милый мальчик, а уж не Мааааргарет ли зовут твою знакомую бабушку?

- Нет, нет. Бабку зовут просто Маааргарет – с тремя "А" подряд". Она
конечно иностранка, но не до такой же степени, чтобы четыре
"А" подряд.

- А ты повспоминай, вспоминай, лапуля.

- Хотя как-то в конце лета я почему-то подумал "Мааааргарет" (с
четырьмя "А" подряд подумал). А что?

- Да так, ничего. Если эту бабку зовут не Маааргарет, а Мааааргарет,
тогда ясно и откуда розочки и почему ей всегда хватало
денег на бедных малюток вроде вас и всё такое, - сказал
загадочно дед и ушёл звонить дилерам. Драг-дилерам.

Параграф 6

Красный жук с чёрной отметиной

Красный жук с чёрной отметиной – это вообще-то божья коровка. Так
это животное (насекомое то есть) называется на многих языках,
включая санскрит. Ещё о нём известно (стало известно), что
оно крайне сексуально активно, так что вполне (весьма)
подходит для участия в эротической сказке. Поэтому нет ничего
удивительного, что когда Яак открыл ключиком кандалы и ошейник
(или ошейник может входить в понятие "кандалы"?, или надо
говорить "наручники и ошейник"?, или кандалы это на ноги (и что
такое вериги?)?, впрочем, не важно)… Когда Яак освободился
стыренным ключиком, а ещё на связке был ключик от сейфа, так
что Яак позаимствовал у доброго дедушки Агаафона пару
кусочков денег, и что ещё удивительнее в той же связке были ключи
от гаража, так что, когда Яак сдёрнул из
чудо-юдо-сада-огорода в степи на красном "Фольксвагене" типа "нью битл" с
чёрным запасным колесом на багажнике – ну да. В этом ничего
удивительного не было. Неча старым хрычам об молодых симпатишных
мальчиков тереться, чтобы давать тем возможность тырить
ключики.

И вот. Не успел Яак въехать ещё в идею, что мимо двух предложенных
старым хрычом вариантов, он - Яак - недолеченный и
непотраханный выехал на третий путь, не успел он как следует
разобраться в своих чувствах к Маааргарет (Мааааргарет) и Аадрег, как
прямо с неба на него стал спускаться ещё один красный жучок
(возможно с чёрной отметиной, но снизу видно не было). И
это было достаточно удивительно. Потому что жучок был
величиной хотя и поменьше машинки, на которой ехал Яак, но зато
вместо передних колёс у него были самые настоящие лапки (или
вместо задних лапок самые настоящие колёса).

И ещё жучок имел явные намерения продолжить свой род либо с
машинкой, либо с её водителем, что вынудило Яака начать манёвры.

Графа 7

Остановка в пустыне

А как приятно было нестись по бескрайней пыльной степи под музыку
кантри, откупорив (наконец) бутылочку пива, и потягивая её в
растяжку с косячком хорошей амстердамской травки. Яак не
пользовался тяжёлыми наркотиками – добрый дедушка Агаафон отучил
его от этого.

И вот теперь приходилось петлять и закладывать виражи.

"Погоня, погоня, погоня, погоня

в горячей крови…" – пропел Яак под треск струн банджо и завывание
губной гармошки, но это не помогло. Заслышав голос, жук только
усилил свои мощные усилия и уже почти сел на пассажирское
сиденье.

"Просто голый завтрак какой-то, - подумалось Яаку, - точнее "завтрак
нагишом", - подумалось ему, впрочем, какая разница (здесь
непонятно, это подумалось или это слова автора). -

Может быть, всё дело в музыке, - решил Яак – ведь жизнь триедина –
секс - музыка - наркотики, или водка, бабки, рок-н-рол. Нет.
Бабки – это деньги.

- Деньги - говно! – крикнул Яак и стукнул гигантскую божью коровку
пачкой баксов по голове.

Так. Надо сосредоточится. Бабки, деньги, рок-н-рол, - нет, нет.
Бабки это и есть деньги, а деньги – говно. Тётки, бабки,
рок-н-рол, нет. Тёлки-водка-рокнрол – во-о. Точняк.

"Усталость забыта, колышется чад…"

- В детстве, - сказал Яак самцу гигантской божьей коровки с
колёсиками, - я никак не мог понять, что там такое качается
(колышется) - "час", "чат", "Чак", "ча…" какая-то, чё качается
(колышется) - не пойму. Просто я не знал тогда этого слова.

А ты зачем здесь?

- Я тебе всё расскажу, только, пожалуйста, езжай помедленнее, -
взмолился самец гигантской божьей коровки с колёсиками.

Яак остановился.

- Самая главная причина в том, что это эротическая сказка, поэтому в
ней должны действовать герои и персонажи с эротическим
имиджем, склонные к эротизму, с повышенной сексуальностью,
похотливые, ведущие распущенный половой образ жизни и т.д. Ну
вот, считается, что божьи коровки обладают повышенной
сексуальностью, также как и голуби, куры, воробьи, ещё не
встречавшиеся здесь кролики, мыши, кошки и верблюды.

- И верблюды…! Ни хрена себе, - обрадовался Яак.

А я думал, сказка наркотическая.

- Почему?

- А у этого автора все сказки обычно наркотические.

- Возможно, он решил перемениться?

- Чё-то пока незаметно.

- Просто ты не знаешь всего. К тому же, а как быть с Маааргарет в
кружевном кожаном белье?

"Блин – подумал в этом месте Яак и густо покраснел, - она уже достала".

Отрывок 8

Подумаешь

Яак рассказал гибриду божьей коровки и Фольксвагена историю своей
судьбы – как они вместе жили с бедняжкой Аадрег, но
сексуальные радости их не прельщали (из-за малолетства и полной
неготовности), как им помогала старушка Маааргарет. Как Аадрег
переменилась и как её похитила Южная Королева, а его – Яака –
мускулистый мужик охранник, как он попал в клинику доброго
дедушки Агаафона и как воспользовавшись его слабостями, сумел
улизнуть от этого негодяя.

Со своей стороны самец гигантской божьей коровки с колёсиками или
гибрида божьей коровки и Фольксвагена, которого, кстати, звали
Хаанс-Кристиаан рассказал, что его давние предки были самым
обычными Фольксвагенами "Жуками" и самыми обычными божьими
коровками, но коварный добрый дедушка Агаафон из-за своей
неуёмной жажды наживы стал заниматься не только клонированием
и мутациями живых существ, но и интеграцией их в различные
механизмы при помощи магии и колдовства. Называлось это
КИБОРГОРГИ или КИББОРГИ – Кибер-Органические Организмы или
Кибер-Биологические Организмы. Божьи коровки привлекли садиста
своей плодовитостью, умением доить тлей, любовью к сладкому и
тем, что он пытался получить из выделяемого ими ядовитого
вещества новый наркотик, а Фольксвагены "Жуки" привлекли его
(негодяя этого) своей массовостью и дешевизной.

Опыты ещё не завершены, однако нескольким жизнеспособным образцам
удалось сбежать. Вот и Хаанс-Кристиаан оказался в числе
беглецов. И нет существа несчастней, чем он, потому что в
наследство от предков божьих коровок ему досталась необычайная
сексуальность, и любовь к сладкому, а в наследство от
Фольксвагенов – неприхотливость и демократичность. И вот целыми днями
он рыщет теперь всё своё свободное время в поисках
подходящего партнёра, но увы, он несовместим ни с Фольксвагенами –
из-за разных конструкций, ни с божьими коровками - из-за разных
размеров ни с кем либо ещё – из-за того, что обычно все
разбегаются при его появлении с криками "мираж, мираж, жарим,
жарим!".

- "Жарим" в смысле "бежим", или в смысле "припекает"? – поинтересовался мальчик.

- В смысле палиндром.

- Круто, - одобрил историю Хаанса-Кристиаана Яак. – А теперь скажи
мне, жучара, один секрет.

- С охотой, но какой ты хочешь секрет?

- Я хочу вон какой секрет. Вот ты, Хаанс-Кристиаан наполовину
насекомое, наполовину автомобиль. И это хорошо видно, по
незакрывающемуся багажнику, выполняющему функцию третьего надкрылья,
а также потому, что передние конечности у тебя – это
нормальные жучиные лапы, а задние конечности у тебя – это
нормальные автомобильные колёса.

- Ну так что же тебя смущает?

- Смущает меня третья пара твоих конечностей. Потому что я смотрю на
них, смотрю, но никак не могу разглядеть они лапы или
колёса, и понять не могу, почему, я даже не могу понять, есть ли
они у тебя эти средние конечности или их нет. Понимаешь ли,
Хаанс-Кристиаан, вообще невозможно понять, лапы или колёса и
есть или нет. Но так ведь не бывает, как ты думаешь?

- Да никак я не думаю, - насупился Хаанс-Кристиаан. - Я думаю, что
это примерно как с электроном – квантовую механику помнишь?

- Ну?

- Ну, электрон в один момент времени и находится в конкретной точке,
и не находится в ней - одновременно. Т.е. можно говорить о
вероятности пребывания электрона в любой конкретной точке –
она равна 0,5.

С моими средними конечностями то же самое. Они одновременно и
существуют, и не существуют, и одновременно же и лапы, и колёса.
Т.е. лапы с вероятностью 0,25, колёса с вероятностью 0,25,
отсутствуют с вероятностью 0,25 и присутствуют с той же
вероятностью.

Понял?

- Клёво. Не уверен, что численные значения вероятностей у тебя
посчитаны правильно. Ведь там и колёса, и неколёса, и лапы, и
нелапы, и существуют как лапы, и не существуют как нелапы и
т.д. Но, если ты такой умный, скажи, как мне найти Аадрег. Или
как мне найти Южную Королеву, которая стибрила Аадрег (если
голуби во сне не врали), или как мне найти людей, которые
знают где найти людей, которые подскажут где найти Южную
Королеву, которая стибрила Аадрег (если эта голубая версия не
врань) и тэ пэ?

- Голубиная, - поправил Хаанс-Кристиаан.

- Да, ну и?

- Я думаю, что если Аадрег действительно забрала Южная Королева, то
тебе надо двигаться на Юг и всех спрашивать о ней.

Если же это не так и ты просто ищешь молодую стройную недавно
созревшую сексуальную девушку, которую кто-либо видел, то я видел.

- Это Аадрег, это Аадрег, - заволновался Яак, и полез обнимать жука-жука.

- Подожди же ты, - вывернулся жук, - дослушай.

Я тут поселился (из-за любви к сладкому) у одной молодой парочки.
Юноша (ему где-то между 35-ю и 70-ю – точно никто не знает) –
хозяин поместья - очень известный музыкальный и
кинопродюсер, очень влиятельный, дружит с магнатами, нефтяными, и тэ дэ
недавно провёл кастинг по выбору себе подружки – съехались
горы девок. Но ни одна не могла пройти тест на IQ, пока не
появилась та, о ком я говорю.

Она отпихнула охранников и спросила:

- Ну чё? Мисс Вселенную выбираем?

А наш продюсер (он продюсер этот старый хрыч):

- Не желаете ли присесть?

А она:

- Пошёл на хрен, урод.

И всё. И он пропал.

- О, я узнаю повадки Аадрег. С самого начала прошлой весны она вела
себя именно так. Это она, моя нежная крошка. Надо замочить
её дружка, завладеть поместьем и девкой (ты не думай, мы не
родственники) и жить себе припеваючи, тем более, ты говоришь,
вилла на берегу тёплого моря?

- Да, на тёплом берегу, только я этого ещё не говорил, - ответил
Хаанс-Кристиаан. Но подумай о том, что может быть Аадрег (если
это она ) с ним счастлива (и не надо его мочить) - хотя он и
сделал себе пятьдесят пластических операций, вставил зубы и
волосы, и пластиковый уплотнитель в мужское достоинство (не
слишком-то ему это помогает), но всё же девушка теперь
снимается (в фильмах и сериалах), записывает (уже третий)
музыкальный альбом ( и всё такое). Что ещё современной девке надо?

- ШОКОЛАДА! Шока, лада. Как тебе объяснить, - заёрзал мальчик на
своём месте, - я это чувствую, только сказать не могу. Девке
надо шока и лада. Т.е. чтобы она сначала офигела, а потом ей
стало хорошо. Только дуры или очень дуры лезут сниматься и
записываться и надеются поймать так кайф. А кайф-то не в том!
Вот, если мужика компактно замочить, а потом чиксу правильно
пожарить… Ум-м-х-а!

- Я хочу сказать, что в любом случае их вилла находится на юге, и
тебе надо двигать туда - вдруг это не Аадрег.

- Подумаешь, цаца, мочить его нельзя, типа даже в сортире, ну ладно,
- согласился, Яак, - я, типа, подумаю.

И он подумал.

(Продолжение следует.)

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS