И ты умрёшь, и я умру, \ оставив на потом \ все эти слёзы на ветру, \ улыбку бледным ртом. \\ Моя вина, твоя вина, \ аллея горьких лип, \ и свет, который льёт луна, \ к подошвам вдруг прилип. \\ С чего пишу я про Берлин? \ Я про Берлин пишу? \ С чего немецкий этот клин \ в душе своей ношу?

– А что думает Директор ФСБ товарищ Вортников? – вмешался президент.
– Что я могу сказать? К сожалению, агентов на борту корабля у меня нет, – развёл он руками. – Об их целях можно только гадать, чего нам не пристало. Какие у них могут быть цели, если логически помыслить? – обвёл взглядом присутствующих главный разведчик. – Думаю, никто не станет спорить, что организация, а тем более, реализация проекта межзвёздной экспедиции, связана с колоссальными затратами. И это во имя чего?..

Я всего лишь прикоснулся к этому углублению, – он показал на среднюю впадину на приборе. – И меня будто током ударило! Но это не было больно, – будто какой-то разряд пробежал от головы до ног. И ты знаешь… (он потёр ладонями грудь), я чувствую себя абсолютно здоровым. Никогда так себя не чувствовал!

...Костя не хотел к нему приближаться, а тем более здороваться. И тому были основания. Именно участкового Костя считал причиной всех своих несчастий, своего нынешнего бедственного положения.