Я точно помню, из-за чего мы поссорились, хотя прошла целая половина года! И виноваты были: моё чрезмерное и не всегда уместное терпение, моя мягкость и не имеющая границ тактичность и, наконец, моя подруга, позволившая себе непозволительную грубость в отношении моей семьи.

С эксцентричной Агатой дед развелся сразу после рождения Андрея. Было ощущение, что железная бабка ненавидела всех – деда, за какой-то тайный проступок, сына, невестку, но больше новорожденного внука.

Всегда, когда нам с Сашенькой удавалось выбраться на прогулку (порой вовсе не оплачиваемую; плата была иной – бесценной), я веселил ее с отчаяньем юнца: пародировал для нее голоса птиц, озвучивавших в свою очередь декорации садов; играл – и в нескольких лицах сразу – забавные пьески-пародии, сочинявшиеся прямо на ходу; громко и бесцеремонно «читал» сокровенные мысли проходивших мимо дамочек, шарахавшихся от меня, точно от черта; – словом, фиглярил напропалую.

А пластинка кружит – в который раз, // тридцать три оборота – и делать неча: // зацепилась игла за одну из фраз – // и go on повторяется бесконечно.