Рейтинг публикаций

...это было древнее племя индоариев. Из вибраций далеких времен мы попытались услышать первое имя нашей земли.

Пусть не избы теперь, а хоромины, \ и не галки, а гроздья антенн \ приведут тебя в свой до оскомины \ город N, город N, город N… \\ Все равно остается по-прежнему \ что-то милое в этих местах, \ что-то тихое, доброе, нежное \ и такое родное, что – ах!

Между времён спокойных и лихих, \ Между пристанищ хлипких и надёжных, \ Между знамений истинных и ложных, \ Между мужей хороших и сяких. \\ Я так скажу вам: очернить легко, \ А парус в море, тот белеет долго, \ Скажу по совести и по веленью долга: \ Бела Лилит, бела, как молоко.

Это небо создал Господь, \ И оно постучалось к нам: \ - Берегите душу. И плоть. \ Это тоже дорога в храм. \\ Это строгий зимы завет \ И весенний Спас на ветрах. \ Это лета могучий Свет \ И осенний бодрящий прах. \\ Для бесстрашных – прямой путь, \ Пусть придумывают слова. \ Мир – движение. В этом суть. \ Это знает даже трава. \\ Всё весомо. И всё живёт. \ И на нежности всё стоит. \ Ледоколы ломают лёд. \ Тихий свет далеко летит.

А проезжая карета – \ Гофра кожаная. \ Что-то ты, моя Анетта, \ Заторможенная. \\ Эй, ямщик, притормози \ У гостиницы. \ Надоело колесить \ За гостинцами. \\ На губах солёный груздь, \ В плошке – трюфели. \ Как же так Святую Русь \ Мы продрюфили?

Ибо гроб — это вовсе не гроб, а ночь, такси, легкий ветер. \ Ибо смерть — это вовсе не смерть, а так, переезд в новый город. \ Видишь, неба загаженный птицами холст и над ним распорот \ гвоздями диодных лучей: Хесед, Гвура и Кетер.

Вот слава! Есть сегодня: «браво» \ Тебе кричат и носят на руках, \ И жизнь полна надеждой, как корзина \ Живым товаром… А назавтра в ней \ Нет ничего – что продано, что так \ Пришлось раздать, чтоб не пропало даром...

весенней опрессовки труб щемящая тоска \ нисколько аккуратный день собой не умаляет – \ как ледяной водоворот свой кружит танец в ванне \ так движется «по часовой» вальяжная Москва...

У русских символистов молитвословие – редкость, слишком уж их мистика отдает богоборчеством. У Рильке, напротив, молитвословие встречается едва ли не на каждом шагу. Впрочем, это скорее свидетельство поэтической одержимости автора, нежели констатация его мистической «праведности». Рильке – тоже богоборец, как и русские символисты, и его интонация оппонирует содержанию, а не следует за ним. Он строит Храм своей поэзии, а вовсе не храм в традиционном понимании, то есть – жилище Бога.

«За тобой должок, Иржи!» \ Даром что ли я золотом с тобой \ за серую пичугу расплатился? \ Отдай ты мне лучшую в мире \ певчую птичку – свою душу, \ а к ней манки и силок! \ А за то сделаю я тебя \ тринадцатым королём, \ будешь ты жить во дворце, \ Каждый час выходить на балкон \ да смотреть на главную площадь, \ а с тобой – двенадцать королей \ из чистого золота \ Да один слуга с косой, \ из жёлтой слоновой кости!»

Сколько раз я порывался \ Бросить вас, мои хореи, \ Дать вам вольную: летите \ К синим звёздам во Вселенной! \ Млечный Путь минуйте скоро – \ И смуглянку Андромеду! \ Уходите, уходите \ Дальше в космос неизвестный! \\ Но не мог я отказаться \ От весёлых ваших игр, \ От печали неизбывной \ Всё о прошлом, вечерами, \ В час, когда с зелёной лампой \ Я беседую, в молчанье, \ И ко мне приходят чудной \ Чередой – воспоминанья… \\ Я не смог… да и не надо \ Мне искать тревоги новой \ В новых песнях: нет в них счастья. \ Нет тебя в них, ангел с тёплой \ Недоверчивой улыбкой.

Действительность летела налегке, \ По сторонам совсем не озираясь, \ Как будто сон не всполошить стараясь, \ Как ведьма трезвая, но на бухой метле.