Русская философия. Святая простота философии. –
Малек Яфаров –
(21/05/2009)
...как бы ни кичилась философия своей особенностью, своим благородством, своим отличием от обывателей, «быдла» и пр., она сама не только сидит на плечах обывателя, но и всеми своими силами оправдывает его как обывателя, то есть является «философией обывательней обывателя».
Барменша –
Марина Воронина –
(20/05/2009)
Пока не лишилась всего, не поняла: жизнь – это ты сама и есть.
Что стоит за моральным понятием «добро»? –
Майя Федорина –
(20/05/2009)
Во всяком обществе существует «банк» поступков и образцов.
Правила Марко Поло –
Вадим Месяц –
(19/05/2009)
Я ждал появления русского хулигана Григория Распутина, сумасшедшего клирика, взъерошенного, с грязной бородой, соблазнителя императриц и их фрейлин, колдуна с гипнотическими глазами, руководящего действиями царей и гемофилией их наследников. Ужас русского мира давно вселился в меня. Я жалел, что читал Достоевского, свихиваясь вместе с его героями.
ЛуплЕние: still watching TV? –
Алексей А. Шепелёв –
(19/05/2009)
...славян надо (и легко!) просто растлить и споить... (Гитлер)
Русская философия. Магическое наследие –
Малек Яфаров –
(18/05/2009)
Это и есть русское самоощущение – сохранение себя живым не как вещи, а как дления сущего как живого...
Барменша –
Марина Воронина –
(17/05/2009)
Всё началось, когда стройные шеренги книг перестали держать ряд. Строгие тома ни с того ни с сего заваливались друг на друга, менялись темами, в отделе музыки непонятным образом оказывались потрёпанные книжки школьных классиков, а в краеведении торчали чёрные корешки Б.Акунина.
Что стоит за моральным понятием «добро»? –
Майя Федорина –
(17/05/2009)
...с лёгкой руки В.Ленина, который провозгласил директиву: нравственно то, что отвечает классовым интересам пролетариата, проблема добра и зла была для нашего народа закрыта.
Мифологема царской власти –
Станислав Гурин –
(14/05/2009)
...палач всегда поглядывает на царя с профессиональным интересом.
Анекдоты. Философы. –
Малек Яфаров –
(14/05/2009)
Спиноза очень докучал Декарту своей любовью; что только не делал Декарт, чтобы избавиться от настырного почитателя: путешествовал, скрывался за границей, воевал, – ничего не помогало; даже на смертном одре, когда один врач пускал ему кровь, другой читал записку от Спинозы.
