Рейтинг публикаций

Написать оперу «о судьбе» И.Ф. Стравинский задумал в 1925 году, обратившись для создания либретто к Жану Кокто[4], чтобы приурочить её к 20-летию театральной деятельности С. Дягилева в 1927 году. Выбор пал на древнегреческую трагедию Софокла «Эдип».

...от этого красивого, нежного, чудесного кино хочется громко плакать. На традиционный устои общества, с семьями, кастовой системой, доброжелательностью и всепрощением, наложена бездумная, развращенная западная идеология, с ее «всем возможными вариантами», и эта идеология буквально опущена на головы несчастной девушки-режиссера, которая и должна рассказать, как выжить.

Трилогия этих фильмов – не фантазия, хотя как каждое кино ею и является. Трилогия этих фильмов – одна из попыток в экзистенции западного способа найти радость и вдохновение, отрешиться от кажущейся провалом жизненной пустоты. Попытка обрести смысл и счастье в каждодневном становлении бытия, Dasein, любви, заботе, отношении.

Реалистический тип эстетического созерцания создаёт окна в пространстве обыденности, глядя в которые мы можем видеть то, что к обыденному существованию не относится. Но сама обыденность при этом стремится к самосохранению. (Нео)архаическое искусство создаёт и транслирует потоки ощущений, в моменты погружения в которые обыденное исчезает.

Одним из триумфаторов Канн стал фильм "Чёрт возьми!". Фильм в Каннах победил в номинации "Особый взгляд Каннского кинофестиваля – приз за молодость", а также стал номинантом "Золотая камера (награда за режиссерский дебют)" режиссёр Луиз Курвуазье, номинировался как "Лучший сценарий" и "Лучший саундтрек".

Фассбиндер хорошо показывает (...) насколько правда у каждого своя. У него была своя.

Между реальностью детства и действительностью взрослости существует некая точка невозврата. Все эти детские лики на полотнах Римашевского находятся на грани всеобъемлющего счастья и надвигающейся твёрдой почвы – логики, прагматизма, одиночества – которая приземляет, приковывает, лишает крыльев. Для ангелов не существует времени. Там, где появляется время, ангелы исчезают. У Римашевского они среди нас. Они ещё не утратили единства с миром, не прибиты к земле. Это и есть дети.

Охарактеризовать дух Interbellum,а как в искусстве, так и в литературе, выявить хрупкое равновесие его тенденций и противоречий в образе жизни и психологии, поставить под сомнение в его противоречиях призыв к новому порядку — амбиции настоящей работы. Конечно, в ней предсознательные импульсы, лежащие в основе очарованности историей.

В интервью французский режиссёр говорит: «В любом возрасте мы можем найти в себе что-то не так, из-за чего мы можем чувствовать себя монстрами. Ваш образ определяет вас и вашу самооценку». Нам ли, психологам, этого не знать?

Сфинкс, Цербер, Минотавр, Циклоп, Медуза. Русалка — потрясающая женщина, тело которой заканчивается рыбьим хвостом, эмблема фантастики со времен Горация, гиганты в греческой мифологии; вампир или зомби в барокко и фэнтези; сверхчеловеческие существа в научно-фантастической литературе; преступники, насильники, развращенные персонажи нуар-романа и другие представители деспотической власти (диктаторы, похитители) в современной художественной литературе — лишь некоторые примеры незабываемых “монстров”, которые на протяжении всего времени очаровывали юных или взрослых читателей.
Зачем же люди выдумывают чудовищ?

Его глаз не «идеальный орган желания». Непривычный стиль изображения не позволяет зрителю сохранить «приличную» дистанцию, не заполненную мифом или историей. Боязнь не выдержать напора сенсорных стимулов, давящих на нас снаружи и изнутри. В мире Шиле никто не знает покоя.