Рейтинг публикаций

Российский марксизм в своих метафизических аспектах стал новой версией (формацией) русского пантеизма. Это обстоятельство объясняет и то, почему марксизм в России трансформировался в религию и обрёл черты устойчивого исторического явления.

Каждому из нас слишком уютно в своём собственном аду.

Пафос христианства – смирение перед жизнью. Это объясняется исторически, поскольку первоначально христиан­ство возникло в Римской империи как религия рабов, религия бесправных, которым ничего, кроме смирения, не остава­лось. Видимо, доктрина христианства исходит из того, что зло, будучи нежизнеспособным, должно уничтожить само себя, а потому со­противляться злу – бессмысленно, надо просто покоряться судьбе и любить друг друга, и тогда, после самоуничтожения зла, оста­нется одно добро. Ильин, по своему темпераменту, принять эту доктрину, конечно же, не мог.

Мир снова и снова меняет маски, и «переколдовывается» сказкой, забытой в зрелом возрасте, в который раз возвращаясь в тот праисторический миг, когда человек впервые поднял голову вверх и задержал там завороженный взгляд.

...реальных, земных типов женщин всего четыре.

Во все времена все новшества в искусстве были вызваны происходящими изменениями в обществе. Чем резче выглядели изменения, тем ярче виделись новые пути в искусстве. (...) И вот парадокс: основная идея сегодня – обогатиться, а искусство – бедное. Бедное идейно, формально, чувственно.

Идея активности, самодеятельности субъекта — "Я" есть исходный пункт "наукоучения" Фихте...

XX век недаром называют веком реализованных утопий. Это справедливо и в отношении философии Фейербаха.

...аргументировать супротив того или другого мыслителя (безотносительно к тому, сколь великим или, напротив, малым является его место в истории философии) указанием на противоречия в ходе его мыслей горазд всякий, кто неспособен возразить ему по существу, а потому нам, потомкам Канта, не остается ничего другого, кроме уяснения того, каковы значение и роль допущенных им некогда упущений и ошибок в контексте его мышления, грандиозного по своим непревзойденным масштабам.

Именно – милый, не названный друг не видит, увы, что «всё видимое нами - только отблеск, только тени от незримого очами…».

...бюрократизация всех форм труда создает исполнителя, тщательно следующего ритуалу, инструкции. Его поступки (...) не должны нести никаких следов импровизации и индивидуальности. Результатом бюрократизации стал неизмеримо больший объем производства, нежели в персонализированном процессе, и, соответственно, больший полезный коэффициент труда, что привело к невиданному в истории роста благосостояния индустриальных стран.