Рейтинг публикаций

Уязвимость твоя вся – как на ладони

Ясперс предпринимает попытку объяснить поведение Хайдеггера в 1933-34 гг. и в последующие годы. Он сравнивает его с «мечтательным мальчиком», который в своей невинности дал себя увлечь «зловещему»

Оно за буквы держится губами, Просунув голову в их злое вещество, И быстро пишет на слепой бумаге: Ты думаешь мне, Господи, смешно.

Так не стало Сильвии. Джоанна Джойс вытеснила малышку не только из памяти окружающих. Сильвия стала поступать, как Джоанна, думать, как Джоанна

Тем временем, Телекомпания продолжала производить продукцию, а я продолжала руководить службой информации. Правда, процесс этот интересовал меня все меньше и меньше. Было уже понятно, что мы с Телекомпанией не сошлись характерами. Уж очень много было в ней абсурдного, от чего сохранить здравый смысл внутри себя было все сложнее. Я вообще, всю жизнь сбегала из ситуаций, где психическое здоровье можно было только потерять. Я не верю, что один человек, случайно попавший в сумасшедший дом, способен всех там вылечить. Он может только заразиться.

19 глава романа новозеландского прозаика, с самого начала написанного по-русски (а не на английском), посвящённого России и ищущего российского издателя.

Цикл короткой прозы (1999 - 2012) от автора "Яснотки". Мари. Бони и Клайд. Пионеры. Маленький принц. Яблоко. Тополя. Мир. Дом на зелёной улице. И снег, и ветер.

Во всей этой обстановке борьбы за власть огромную роль играл контроль над средствами массовой информации, газетами и журналами, и важной его составляющей была поддержка интеллигенции. Не останавливаясь на действиях Сталина на других фронтах политической борьбы (так в 33 году было «вычищено» из партии восемьсот тысяч членов), коснусь только взятого им в это время курса на дружбу с интеллигенцией.

Никогда не сдавайся! По этому принципу живет богатая барыня, обвинённая в жестоком убийстве собаки. Герасим, ее личный секретарь, тоже вынужден следовать этому лозунгу.

У Андрея Башаримова вышла первая книжка - "Инкрустатор", большой и трудный роман. С чем мы его и поздравляем. Малая проза Башаримова построена по тем же самым принципам, что и его объёмные тексты, поэтому представление о них можно получить и из вывешиваемых в нашей библиотечке миниатюр. Не хочется больше рассуждать о влиянии на Башаримова "нового романа" или о последышах Владимира Сорокина. Это просто хорошая, хотя и не слишком привычная пока что, для нас, проза.

За месяц до смерти он прислал мне в Индию последнее письмо. Очень радостное: вышли книги – его и моя. Светлое, зовущее вперед. И заканчивалось: приезжай скорей, мне есть о чем расспросить тебя и рассказать. Где он сейчас? В лимбе, где ждут души с нерешенной участью? Между двумя Николами – Гоголем и Тесло?