Завоевывать — весело, радостно. Охранять завоеванное — грустно, печально.

...вокруг полумрак, серые, в рваных обоях стены и Сокуров, который почему-то в старинном халате и со скрипкой в руках чего-то ждёт... Очевидно, того времени, когда он даст мне урок игры на скрипке. Но ведь я не ученик, и мне этого не нужно. Но как раз, поэтому и непонятно, чего же он ждёт. Вид у него очень грустный и одинокий – он, кажется, уже давно смирился с тем, что ему приходится быть жёстким...

...испытать чувство неописуемого восхищения от лицезрения действий спортсмена (просто действий!) в которых слилось торжество духа и совершенство тела. Ощущение, сравнимое лишь с творениями Праксителя и Микеланджело Буонаротти. Я имею в виду бег Мируса Ифтера...

...я понял, что умираю уже давно, всю жизнь, с самого рождения и буду умирать до скончания века и так и не умру. Ибо и век не кончится никогда. Все застыло в магме непонятно ускользающей вечности. Это мысль показалась мне настолько чудовищной, что захотелось просто бесследно исчезнуть. Или не родиться. Но это невозможно. Навис день смуглой тоски.