Рейтинг публикаций
Кладбищенский гриб
— Сергей Саканский
(12/08/2007)
Это было самым первым воспоминание Шеншина – кладбище. Кто-нибудь помнит свое первое воспоминание? Шеншин помнил. Он бежал к маме, стараясь удержать воду в зеленом ведерке, но вода все равно расплескивалась, падала в пыль, превращаясь в серебристые катышки… Словно ртуть, – думал он через много лет, ловя свое первое воспоминание
Страшные сказки для маленьких взрослых
— Стася Шнайдер
(29/12/2004)
Однажды я ехала с работы на метро
Вкус детства
— Сергей Л. Коркин
(18/10/2010)
Я смотрю вслед коту, и мне хочется думать, что этот тот самый кот. Что он, для какой-то тайной цели, специально ждал меня здесь все эти годы, как будто знал, что я обязательно вернусь. И сегодня у него счастливый день, – он, наконец, дождался меня и теперь, с чувством выполненного долга, может наконец-то отправиться по своим делам…
Явь и страсть Хулио Кортасара
— Борис Дубин
(29/08/2004)
...Кортасару полагалось бы дебютировать двадцатилетним...
Медитации на могильцах
— Елена Мельникова-Григорьева
(09/07/2003)
Для своих неторопливых размышлений я выбрала предмет тривиальный, но небезопасный. В такие сферы уходят и не возвращаются, поэтому мне нужен спутник
Проводник
— Екатерина Васильева-Островская
(10/10/2006)
Долетели они, как я и говорил, прекрасно. Дальше добирались автобусом. Ехали весело, ели кошерные бутерброды, пели песни на еврейскую тематику. Уже на месте, сразу же набросились на ларёк с сувенирами. Накупили открыток с видами бараков и сценами расстрелов. Подписали их лаконично: «Мама, папа, не волнуйтесь! Я в Освенциме. Здесь хорошо»
Детский сад
— Сергей Л. Коркин
(26/09/2007)
Ревет пылесос. Уборщица тетя Нина чистит палас. Вместе с мусором мощный поток воздуха всасывает потерянные пуговки и винтики. Пять минут – и палас почти как новый, только небольшое багровое пятно портит впечатление новизны – месяца два назад какой-то мальчик пролил сюда стакан гранатового сока
Поколение Кло
— Станислав Алов
(21/10/2003)
...любая человечья особь - непременно не такая, как все: каждый - панк, оригинал, личность...
Криминальный триптих. Продолжение
— Денис Владиславович Савельев
(29/09/2003)
Ты испортил мне жизнь. Отец, ты испортил мне жизнь...
Адаптация
— Валерий Былинский
(31/08/2010)
Мир, что был перед моими глазами, резко наклонился, как от сильного удара, сдвинулся, и стал cтремительно падать. Он падал вместе с высившейся передо мной желтой пирамидой, полицейскими, туристами, рождением, матерью, отцом, школой, армией, институтом, женой, нерожденным ребенком, работой, ромом в кафе, говорящей рыбой, Анной, Сидом, Адаптацией.
День успеха
— Татьяна Щербина
(03/06/2007)
Я стану Достоевским, который, как известно, был эпилептиком, игроком и беспутным типом. Романы у меня уже написаны, три штуки, по нашим временам – больше и не нужно, но пытаться публиковать их сейчас бессмысленно. А вот когда я сорвусь, уеду бесчинствовать в Висбаден, тут вы все скажете, что я – новый Достоевский
Кипарис во дворе
— Олег Негин
(06/05/2003)
Вторая часть романа Олега Негина делает более понятным сумбур подзатянувшейся прелюдии первой части. Непонятные персона-жи и события обретают причинно-следственные связи и психологию, свои собственные очертания и лица. Дальше с сю-жетом будет ещё проще и понятнее, уверяю вас. Вы скажите, что имело смысл начинать публикацию «Кипариса» с середины, с того момента, где складки сюжета начинают разгла-живаться. А я не соглашусь с вами, потому что без первоначальной смуты, без начального сумбура не станет понят-ной сверхзадача романа. Остальное – в разделе «Авторы», где мы вывешиваем фотографию Негина (скорее всего, это псевдоним) и те данные, которые он сам о себе сообщил. Что ж, и дети академиков тоже любить умеют…
Арт-хаус. Роман-химера
— Александр Один
(28/03/2007)
Я – Воин Смерти. Я не знаю о том, что это звучит банально. Я не знаю слабости. Я смотрю в зеркало, стараясь не встречаться с собой взглядом. У меня отросла щетина. Я провожу рукой по щеке. Омерзительно. Прекрасно. Бог напоминает мне о моем долге, я должен выглядеть достойно
Бутылка Клейна. Нефть
— Александр Иличевский
(24/03/2005)
И роман, и море – стихия, но живут они только тогда, когда я в них
Как помирал исламист
— Владислав Сикалов
(07/12/2004)
Мир устал от крайностей. В целях самосохранения лишнее отсекается. Двадцатый век отлично показал, куда ведет путь идей. Все скомпрометировано
Стихотворения
— Евгений Лесин
(12/02/2008)
Покоя нет и смысла тоже нет. // Но не могу идти с моим народом. // И я один стою на красный свет, // Как памятник советским пешеходам.
Цунами
— Шульпяков Глеб
(30/07/2007)
С той ночи наши отношения перестали существовать. Как будто опустилась стеклянная стена, прозрачная и непроницаемая. И теперь ни одно движение души не могло преодолеть ее. Мы превратились в два пустых скворечника, висящих один против другого. В две ракушки, оставленные после отлива на пляже
Сказка о Карле Возлюбленном Рыцаре и Розе Светлый Город
— Николай Кириллов
(26/06/2007)
Сны Карла были беспокойны, неприятны и непонятны. Всего их было два. Первый – про то, что он проснулся, и понял, что его зовут Карл Либкнехт, он коммунист, революционер. Он поднимается на последний бой с врагами: тупыми генералами, властолюбивыми королями, скаредными помещиками, алчными фабрикантами. Карл мало что запомнил из этого сна, но особо не расстроился, потому что эта история снилась ему не первый раз. Во втором сне он снова был Карл Возлюбленный Рыцарь, отважный воин на деревянном коне
Полковнику Дягилеву. Повесть. Часть первая
— А. М. Грабарь
(15/05/2005)
убивал, как землю ел, отплевываясь, читал по-арабски, а писал по-еврейски, а молился и на том, и на другом, потому что языка у него во рту было два.
Хорошее настроение. Книга живых
— А. М. Грабарь
(27/01/2005)
Может, это оконце в мир страшной тайны, тайны выживания человеческого рода?
Криминально-человеческое чтиво. Блатная сказка №2 (часть вторая)
— Владимир Сергиенко
(19/12/2002)
В прошлом выпуске <криминально-человеческого чтива> мы познакомились с женщиной большой души, замечательной буфетчицей (переквалифицировавшейся в знахарку да гадалку) тётей Клавой и людьми из её окружения. История тёти Клавы оранжирована легендами и мифами из жизни уголовного мира. Нравится нам это, или нет, но Сергиенко пишет замечательную прозу, которую читать легко и любопытно.
Адаптация
— Валерий Былинский
(20/09/2010)
Зачем я есть? Признак определения жизни – любовь. Может, у животных это и не так – но у человека не может быть по-другому. Любовь изначально, может быть, даже любовь до тебя, но прежде всего – к тебе. Нужно, чтобы кто-то или нечто любили тебя…
Защита Самохина
— А. М. Грабарь
(04/07/2005)
Своего единственного сына он свел с ума и убил, испугавшись справедливого возмездия.
Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы
