Рейтинг публикаций

«Хотите, я выслушаю Вас?» – продиктовала она текст объявления на автоответчик редакции, указав свой телефон и электронный адрес

Вы, вероятно, не знаете, а ведь я когда-то был хорошо знаком с Владимиром Семеновичем Высоцким. Да-да, тем самым Высоцким. Больше того: мы с ним были друзья не разлей бензин. Случай помню, был. Однажды, мы с Владимиром Семеновичем покоряли Эверест. Я в ту пору страстно увлекался альпинизмом. Романтика, знаете, шестидесятники, мать их… физики лирики, Окуджава. Высоцкий наверх щемится и щемится, я за ним не поспеваю и не поспеваю. Как собака устал. А за спиной еще веревки, карабины, на поясе ледоруб, как у Троцкого в башке. Закричал Володе: не могу больше, устал! Что мы там наверху забыли?! А он мне: терррррпи! И напевает: если друг оказался вдруг… На гнилуху давит

...они ищут тепло во лжи. Именно потому они забивают свою голову несбыточными мечтами. Женщины утомлены мужьями. Они ищут новые горизонты в лицах тех, что не принадлежат им. Мужчины готовы броситься в объятья любой, способной глотнуть пот их глупости.

Немцы наступали от деревни к деревне. Разумеется, евреев сразу же увозили на расстрел. Укрывать их было очень опасно, но некоторые русские и украинские семьи всё же брали на себя риск - выдавали еврейских детей за своих собственных и тем спасали от верной смерти. Но случалось и по-другому.

Что-то случилось в мире. Все вдруг сразу сошли с ума. То есть, конечно, не все, а только те, у кого он был, а другие так и остались, как были.

Смешно, но получается так, что я боюсь своей матери. Я это и раньше подозревал. Но, так, можно сказать, нехотя подозревал. То есть вроде как осознавал, что боюсь ее, но в то же время думал – чего мне ее бояться, она же моя мама. Сегодняшний день показал, что я ее боюсь.

У меня сейчас индульгенция на любые грехи. Наказание я уже понес, а преступления совершить не успел. Все ходы теперь – мои!

...люди не меняются. Раз оступившись, будут хромать сначала на одну, затем на обе ноги, пока не рухнут перед жизнью на колени…

Это была история обо мне. Это была осень, которую предстояло пережить мне…

...Кришна весьма мудро учил воина Арджуну исполнять дхарму, не думая о последствиях. В любом случае кто-то погибнет, кто-то будет облагодетельствован. Чтобы человек не делал, меры добра и зла не изменятся. Они едины от начала мира. Если где-то прибавилось – где-то убавится. И наоборот. Но человек может быть на своём месте, а может – на чужом. И лучше плохо соблюдать свою дхарму, чем хорошо – чужую.

Леваневский, глядя на её сонное и нежное личико, вдруг понял, что в Мелитополе придётся произвести посадку, ибо девочка хрупкая, она может разбиться даже о некрутой курортный рассол корыта Азовского моря возле пансионата мамы, разбиться и утонуть, несмотря на надёжнейший пробковый пояс. Посадка кардинально меняла всю программу подготовки перелёта, но комфорт иностранцев, в основе которого лежит неудобство для советских граждан, норма в нашей стране гостеприимства.

Он рядом со мной жил, однокомнатная у него. Окна к мусоропроводу, балкон всегда пустовал. Звери обходили его жилье. Не в запахе дело, у Гены не было запасной еды, и часто никакой не было.