Рейтинг публикаций

Так вот. В Архангельское летом \ Меня возили отдыхать. \ Сияла комнатушка светом: \ Печь, стол, пружинная кровать, \ И никаких тебе излишеств! \ Гуляй от города вдали! – \ И небо с облаком повыше, \ Где мёдом липы зацвели, \ В салатовых разнежась рюшах… \ Там в древней конуре – Танюша \ Со старой бабушкой жила. (...)

...просто стало темно \ и город забыл свое название \ столько стран кочевали по нему \ а он доверчиво разводил руками \ я на ощупь иду \ темноту по слогам глотаю \ попадает шаг в прежний след свой \ слово вспыхивает кометой \ воздух падает сладкой листвой \ неповоротливая грусть \ оступается в сердце ответом

Священных коров и священных оленей, \ И слов, освященных землёй и судьбой…\ Над ними витают священные тени, \ Как облака по-над хлябью пустой. \\ Священные сущности неистребимы, \ Словно в пещеру проникшая тень, \ Одними гонимы, другими любимы. \ Дребезги. Дзинь. День-деньской дребедень.

Куда мне плыть? К отцу? На родину обратно? \ Я бросила там всё! И хуже! Предала! \ В дом бедных Пелиад? О да! С каким радушьем \ те пустят на порог убийцу их отца! \ Такая вот беда. И дома я злодейка, \ и тех, кому никак не стоило вредить, \ заботясь о тебе, я сделала врагами! \ Гречанки говорят, что ты взамен всего \ мне счастье преподнёс. Ах, что за муж чудесный, \ какой прекрасный друг мне, бедной, перепал, \ когда меня теперь из царства выдворяют, одну и без друзей, с малютками-детьми! \ Ах, наш молодожён! Орёл!(...)

По мрамору узких ступеней, \ Средь белых, как соль, балюстрад, \ Втекаешь, как озеро мнений, \ В искусственно созданный ад. \\ Покинув музейные стойки, \ Завидев родные места, \ Рождается возглас неловкий – \Куда же ушла красота!?

Как уходящее свеченье, \ Прощанье прожитого дня. \ И в этот час воображенье \ Тревожно шепчет для меня, \\ Что мир наш – только отзвук эха \ Других, исчезнувших миров, \ Далекий отголосок смеха, \ Дымок погаснувших костров. \\ Но в запахе листвы горящей, \ В лучах рассеянных огней – \ Дыханье жизни настоящей, \ Напоминание о ней.

Потупив глаза, пред Всевышним склонились смиренно \ «мы с Куртом – убийцы» и ты – не из нашей муки... \ Твой мир – для тебя, наше горе – для нас сокровенно. \ А лист снова чист... и продолжатся с красной строки \ истории – скорби земные, где в синь поднебесья \ из каждой трубы вьётся еле заметный дымок. \ И хочется верить, что всяк убиенный воскреснет, \ а всяк согрешивший не будет в скорбях одинок.

да хоть порвите надо мною небо в клочья \ когда я навзничь вдоль него лежу \ мне это по фигу \ мне откровенно по фиг \ на неприятный как могло бы показаться звук \ и я лежу пронзительный и нежный чуть запрокинув безупречную главу \ зачем мне небо (знак вопроса с многоточьем) \ мне хорошо! \ я вам его дарю

Неторопливые дожди \ уравнивают судьбы листьев \ на ветках и на дне аллей, \\ и так же медленно в груди \ опустится осадок мглистый \ на сто заезженных колей, \\ и так же медленно, как вздох \ роняет груз воспоминаний, \ мы в окна погружаем взгляд, \\ и времени чертополох \ пронзает кружево желаний, \ соткавшееся невпопад.

минорное, сезонное явленье – \ молчанье стульев, вечер-сухоцвет. \ отсутствуют места захороненья \ скоропостижно уходящих лет. \ в морщинах лба, \ как в некрологах, \ минуты нервно семенят. \ молчание, \ безденежье, \ тревога – \ скупой постскриптум выходного дня.

Покуда мы, надсаживая грудь, \ Кричим и спорим о большом и малом, \ Галактика с названьем Млечный Путь \ Своим нас осеняет покрывалом... \ И знаменьем Небесного Суда \ Простёрся Млечный Путь над небосклоном, \ И Солнце всходит, кроткая звезда – \ Одна из сотен тысяч миллионов.

кто там грохочет из подвала, разбивая мои перепонки трубным воем? \ кто там хохочет за перевалом, иссякая мое сердце зубцами алоэ? \ кто там вообще отовсюду в меня всякую изуверскую нечисть вонзает? \ так, здравствуй же! – это ведь я! – твой возлюбленный злобный карлик