Рейтинг публикаций

«Вот и всё…». Горит изданье: Лист, обложка, снова лист. \ «Жаль, сгорает с опозданьем… \ Не поэт я, а артист, \ лицедей, надевший маску, \ чтобы скрыть свои уродства. \ Боже, стыдно как… Развязка, как всегда, – хандры господство. \ «Ганц»* – ошибка, пустословье. \ Высоты литературы не добиться малой кровью. \ Настоящая культура – \ это самоотреченье \ в пользу истины и света, \ а не просто изумленье \ внешней красотой предмета».

По мрамору узких ступеней, \ Средь белых, как соль, балюстрад, \ Втекаешь, как озеро мнений, \ В искусственно созданный ад. \\ Покинув музейные стойки, \ Завидев родные места, \ Рождается возглас неловкий – \Куда же ушла красота!?

Мы все выходим из этой беды, \ Как трава из земли в начале весны. \ Из темной земли, из темной воды, \ Оставляя цветные и иные сны.

в окно незнакомка в коротеньком платье \ смеясь заглянула и мне помахала \ позвав меня вместе идти с ней на пати \\ я ей улыбнулся запил коньяк пивом \ видать она ангел \ раз видит нас мёртвых

Покуда мы, надсаживая грудь, \ Кричим и спорим о большом и малом, \ Галактика с названьем Млечный Путь \ Своим нас осеняет покрывалом... \ И знаменьем Небесного Суда \ Простёрся Млечный Путь над небосклоном, \ И Солнце всходит, кроткая звезда – \ Одна из сотен тысяч миллионов.

Неприлично, несолидно, \ Разменяв седьмой десяток, \ О какой-то плакать школе, \ Мыслью детской веселиться \ О манжетах белых школьниц, \ О летающих бретелях \ Над крылатыми плечами, \ О горящих огоньках \ Глаз, немножко подведённых \ Карандашиком ребристым, \ Чёрно-жирным грифельком. \\ Неприлично, не пристало… \ Но закончить не могу \ Речи, жёлтого накала, \ Словно лампочка в пургу, – \ На крыльце вечернем школы \ Раскачнулась на года…

Как уходящее свеченье, \ Прощанье прожитого дня. \ И в этот час воображенье \ Тревожно шепчет для меня, \\ Что мир наш – только отзвук эха \ Других, исчезнувших миров, \ Далекий отголосок смеха, \ Дымок погаснувших костров. \\ Но в запахе листвы горящей, \ В лучах рассеянных огней – \ Дыханье жизни настоящей, \ Напоминание о ней.

Так вот. В Архангельское летом \ Меня возили отдыхать. \ Сияла комнатушка светом: \ Печь, стол, пружинная кровать, \ И никаких тебе излишеств! \ Гуляй от города вдали! – \ И небо с облаком повыше, \ Где мёдом липы зацвели, \ В салатовых разнежась рюшах… \ Там в древней конуре – Танюша \ Со старой бабушкой жила. (...)

я Бога пью \ я кактус на окне \ я с подоконника смотрю через стекло \ как дерево спешит к весне \ а я давно уже живой \ мясистый \ этим мясом пью во тьме \ по самому что ни на есть немногу \ доверчивые корни ищут Бога \ в такой не искренней \ земле

Чужая жизнь в чужом гнезде. А что со мною? \ Прозрачней воздух, ощутимей пустота. \ Как будто кто-то злой и цепкою рукою \ Живое прёт и прёт из моего гнезда.

Потупив глаза, пред Всевышним склонились смиренно \ «мы с Куртом – убийцы» и ты – не из нашей муки... \ Твой мир – для тебя, наше горе – для нас сокровенно. \ А лист снова чист... и продолжатся с красной строки \ истории – скорби земные, где в синь поднебесья \ из каждой трубы вьётся еле заметный дымок. \ И хочется верить, что всяк убиенный воскреснет, \ а всяк согрешивший не будет в скорбях одинок.