Рейтинг публикаций

Всё это так трогательно: \ взводить курком клёкот строчек – \ протяжный, пропахший кофе \ и пугливостью города, \ вжавшегося в тягучий вечер \ ещё одного не отданного пока что лета; \\ заботливо их чистить, сдирать коррозию\бесчисленных лакун и поправок, \ пытаться свернуться и сиять в каждой букве, \ комкая дни, \ черновики, \\ или просто – не пугать жизни, \ притаившейся за углом разнежившейся кошкой \ (или Бог ещё знает кем разнежившимся).

В 1918 году он схватился с Блюмкиным, вырывая у того список на расстрел. Позже вместе с Ларисой Рейснер отправился к Дзержинскому, спасая от расправы незнакомого ему искусствоведа. В 1928-м, случайно узнав о предстоящем расстреле пяти стариков – банковских служащих, метался по Москве, требуя отмены приговора. Явился к Бухарину. Приговор в конце концов отменили, и Николай Иванович счел долгом известить об этом поэта телеграммой в Ялту. Хороша трусость. Мандельштам не раз говорил жене: «Чего ты жалуешься? Поэзию уважают у нас. За неё убивают. Только у нас. Больше нигде».

никто Трофимова не вспомнит \ когда умрут его друзья \ как только всех его знакомых \ многострадальная земля \ смиренно примет... вуаля! – \ тогда придирчивый паломник \ прочтёт в осколках хрусталя...

Мир полон страданья. Поэтому не может быть и счастливого мгновения. На него отбрасывают тени боли прошлого и будущего. Счастливый миг нужно вырвать из времени. Сосредоточиться на нем. И ощутить всю глубину и полноту РАДОСТИ О РОДИВШЕМСЯ ХРИСТЕ. ОСТАНОВИСЬ МГНОВЕНЬЕ – РОЖДЕСТВО ХРИСТОВО ПРЕКРАСНО!

Какая моя наивность, и даже глупость! Зачем в американской пьесе, да еще и современной, что-то вообще о любви? Зачем она там? Или я не знала? Я забыла, что коллеги-американцы смеялись, «любовь – это концепт XIX века!» Я сама лекции на эту тему читала...

Зеленеет на столе \ Рюмка горького абсента. \ Как ты ходишь по земле, \ Чудо бабочка момента? \\ Тихо, скромно – за стеклом, \ Всё в одной и той же шляпке, \ Старясь, борешься со злом, \ В меховой горжетке зябкой.

Мои дорогие, хорошие вы – \ Куда же вы делись, куда же! – \ Остался лишь шёпот июльской листвы, \ И нет вас в беспамятстве даже...\ (...) \\ А были – весны бесконечный квадрат \ И облако света и снега. \ И был бесконечен безумия ряд, \ И тёплые сосны и небо. \\ И синей весны бесконечной сирень, \ И лунные блики, и тени. \ И был нескончаемо длящийся день,\ Забытый, весёлый, весенний. \\ Такая была ерундень-ерунда! \ Такая лихая причуда!.. \\ Как быстро всё это ушло в никуда, \ Возникшее из ниоткуда!

И каждому времени \ Подходят свои ключи. Вот и наш век \ Одинаково легко открывается залпом «Авроры» Улыбкой Чаплина и ядерным грибом над Хиросимой (...) \\ А кроме всего этого, у каждого\ Есть еще свой особый ключик к нашему времени – \ И именно от него и зависит, каким ключом \ Будут отпирать наш век потомки из будущего \ И – состоится ли это будущее.

Спектакль, таким образом, действительно, становится примером мета-модерна, в котором и горячо, и холодно одновременно, и вечное стремление к романтике, и вечно чего-то страшно не хватает! Словом, интересен спектакль, нравится очень, и слегка удивляет своих зрителей отстраненностью, в конце концов, оттолкнув нас надвигающимся, и не очень оправданным холодом, имя которому тоже есть.

...чем же все-таки объяснить ту навязчивую видимость, точнее, сам факт навязчивости этой видимости, естественным и поэтому непреодолимым образом довлеющей над моим эмпирическим, индивидуальным сознанием, – видимости, будто бы внешний мир противостоит мне именно как внешний, т.е. как трансцендентная реальность, причем не только в кантовском (гносеологическом), но и в метафизическом смысле этого слова – «трансцендентный»?

Полоска света — это такой вот советский штамп. Очень многие классики писали, что они видели ее под чьей-то дверью, это побуждало их не лениться. Денис Драгунский вспоминает рассказ своего товарища, который по-другому посмотрел на эту метафору. Денис Драгунский ...говорил: вот я ложился спать, а у отца под дверью всё время горела эта полоска; и вот я смотрел, смотрел, как он по ночам работает, как не дает себе отдыха; и я вообще поменял свои взгляды на жизнь; я решил ничего не делать, и при этом как можно больше зарабатывать, ездить на Бали и чтобы другие всё за меня делали. Это отучило его от трудоголизма... Это действительно смешно и по-своему философично. (Борис Кутеноков)