Рейтинг публикаций

Как у героя его эссе "Миф о Сизифе", вся наша жизнь — это мучительная и унизительная рутина, все наши усилия и достижения в конечном счете лишены всякого смысла и будут очень скоро забыты, как и история человечества в целом. С другой стороны, Камю... призывает любить жизнь.

...на первое место я бы поставил не свободу быть самим собой, о чем говорят все почитатели и противники Сартра, а, действительно, очень серьезную философскую проблему – проблему солипсизма, которую Сартр пытается разрешить...

XX век недаром называют веком реализованных утопий. Это справедливо и в отношении философии Фейербаха.

Европа — единственный регион, имеющий историю как осмысленный, а не стихийный процесс.

Зовите меня Измаил. Несколько лет тому назад, когда именно, неважно, я обнаружил, что в кошельке у меня почти не осталось денег, а на суше не осталось ничего, что могло бы ещё занимать меня, и тогда я решил сесть на корабль и поплавать немного, чтобы поглядеть на мир с его водной стороны. Однако и с водной стороны, равно как со стороны половой любви, мир оказался уродливым и скучным, а к тому же ещё и влажным. Но и этого мне оказалось мало. Тогда я решил, на всякий случай, пополнить свой кошелёк. Нет пределов несовершенству! Ведь каждый из нас может сделать мир ещё хоть чуточку хуже.

...если Кант строго держится понятия безусловной необходимости, то Шопенгауэр отмежевывается от него, как бы не желая замечать того обстоятельства, что свобода и необходимость в известном смысле тожественны: общим местом для всех глубокомысленных людей является понимание того, что свободное существо есть такое, которое существует в силу необходимости собственной сущности, а потому в свободе необходимость и случайность присутствуют в равной мере, но уже как бы снятым образом.

В каком же направлении могут развиваться государства модерна и их политические системы?

Именно – милый, не названный друг не видит, увы, что «всё видимое нами - только отблеск, только тени от незримого очами…».

...умение видеть в обыкновенном чудесность и есть высший дар человека. Это дар проявляется, когда человек вдруг видит перед собой не отдельные вещи, предметы, явления, людей и события, которые связаны между собой какими-то причинно-следственными отношениями, а когда он всегда и во всем видит целое, различные проявления которого представляют собой не «части» и «звенья», но полноценные аккорды в общей симфонии непостижимой гармонии, которая открывается как чудо самого мира.

Ойкуменальность, такое странное слово, можно трактовать как «межпределье». Ойкуменальность – теоретический постулат, полученный из Я-субъектов, площадки и навязанных коммуникаций. Далее – всё из нее.
Я и Другое – два конфигуратора общественной жизни. Я и мой Другой становятся взаимно непостижимой тайной и непреложной явью, открытостью и одновременно закрытостью. И тогда, опираясь на ойкуменальность каждого человеческого бытия мы получаем возможность говорить о специфике культур и решать проблему их взаимоотношения.

...Бог «заинтересован» в человеке как состязателе, отпадение которого в сумрак богооставленности служит парадоксальным залогом к тому, чтобы посредством дерзновения, личного духовного усилия вернуть утраченную причастность к Свету...