Рейтинг публикаций

В библиотеку [Вятской гимназии] попали и книги из личной библиотеки А.С. Пушкина, оставленные в дар гимназии его вдовой Натальей Николаевной Пушкиной-Ланской. Среди пушкинских книг был и Байрон на английском языке, весь испещренный личными пометками А.С. Пушкина. Кроме того, мы в этой книге, вместе с нашим педагогом Александром Ивановичем Пинегиным, разглядели еще чьи-то пометки и пришли к выводу, что это пометки М.Ю. Лермонтова...

Казалось бы, – ну, «грязное пятно на карте», какая-то там страна пьяниц и воров, – и всё тут, вопрос исчерпан, плюнули, растёрли и уехали на Запад или в Израиль, да и забыли обо всём неприятном… Ан нет! Нужно три (даже четыре, если добавить публицистику) огромных тома, чтобы долго и тщательно «обличать» эту поистине дьявольскую страну, то и дело пытаясь наставить, хотя бы некоторых «обитателей» этого гиблого места «на путь истинный». Тут явно что-то не так. Как-то картинка не складывается.

Вот она – ненависть Сокурова. Она всеобъемлюща: и на своих, и на чужого.

Мы встретились в пространстве языка. И смутились языковым обличием друг друга. Я ужаснулся неряшливости твоего языка, ты – вычурности моего. И никто из нас не смог сдержаться. Я наговорил тебе филологических пакостей. А ты и меня превзошла. Моих бесед с кактусом вообще не заметила. Потоптала единственную, бесценную мою Сказку. «Бр-р-р».

Как поэту избежать участи дворника или самоубийцы? Кое-какие соображения на этот счет содержатся в очередной главе романа, публикация которого начата довольно давно, но в который все еще способны пробираться новые персонажи.

...каждый раз, когда мы смотрим на циферблат наших часов... мы прикасаемся к главной «Тайне Мироздания» - золотому сечению, сами того не подозревая!

Дмитрий Быков взял интервью для "Собеседника" у писателя Войновича. Писатель Войнович только что выпустил в "Эксмо" 25 пробных экземпляров своих мемуаров о Солженицыне, которые, как заверяет газета, станут главным скандалом наступающего лета. Я охотно готов в это поверить, тем более, что скандала этого не дождусь, свалю на дачу, а там, как известно, совсем другие скандалы, типа того: штакетник завалился, сосед гад и сволочь, зато соседка хороша и проч., и проч., и проч., не мемуары, но живая жизнь.

Ничто не может быть постигнуто с особенной глубиною и полнотою без понимания феномена смертности активного времени.

Сюжет есть признак отсутствия литературы. В нем литература останавливается, умирает. В нем прекращается имя.

Частная собственность выступает для новоевропейского либерала основанием и мерой человеческой самости, независимости, т.е. свободы. (...) Без частной собственности человек лишь потенция, которая ничем не наполнена, есть, по сути, действительное ничто (К.Маркс). В борьбе за частную собственность в форме вещи или власти нет абсолютных, сакральных запретов, есть лишь релятивные как компромис с целью личного самосохранения (Т.Гоббс).

Мы изначально выстраиваем нечто подле; подле реальности… и это нечто мыслями зовем. Над человеком многое, а подле никого. Как одиноки мы со своим словом.