Лучшее что можно сделать под закат своей жизни – выжать из неё больше реальности, чем в ней заложено – превратить её в литературу. Судя по всему, к этому приходят всё больше и больше современных и образованных людей – ну вот и меня они за собой утянули. Многое осталось не отжатым и иссохшей пыльцой витает в недрах моей памяти, животной веры и духовной самости. Сокровенное – отрада одиночества и опора отдохновения. Из-за него мы спокойны, подходя к темнеющему пределу, подобно косным вещам и невинным животным – хотя по своей образованности должны бы шумно протестовать и писать рекламации. И всякий закрытый в своём сокровенном мирке похож на многих таких – и несогласные самости где-то сливаются вместе – там, где у каждого, как у меня, рдеет свой вечный летний рассвет.

Озерова называли «русский Расин». Так ли уж лестно, когда драматурга называют тенью тени настоящей, античной трагедии?