Рейтинг публикаций

Ни один из 250 000 молодых людей, бесновавшихся в московской ночной демонстрации 1937 года, и мысли не допускал, и даже наверное, не сразу бы понял о чём речь, если бы ему сказали, что черти – это не глупая басня для безграмотных старух, а реальность, и что главный бес, Вельзевул Люцифер, сидит сейчас в своем кабинете в Кремле, и они, такие образованные, сознательные, всё понимающие студенты московских вузов реально есть не что иное как тиражированное издание мелкого бесёнка Лямшина из «Бесов» Достоевского. Тайна мироздания неразрывно связана с моральным миром человека и поэтому первое имя Дьявола – это ложь, а первая его задача – это доказательство того, что никакого Дьявола не существует, что черти и бесы бывают только в бреду и галлюцинациях.

Философию пора преподавать по портретам философов и толкованиям их имён. Вся философия, например, Гегеля вполне ясна из портрета Гегеля. Вся философия Кьеркгора – в фамилии Кьеркгора («кладбище»).

...от Вас, такой маленькой и хрупкой в своей инвалидной коляске, все всего ждали: и я сейчас жду.

Если не находишь цели в одном дне, начинаешь понимать, что ее не было и в жизни

Поэт, нахлобучивший дачное кепи, // как смерд удобрял на участке корма. // Стояла зима. И все злей, все свирепей – // сквозь трепет затепленных свечек, // сквозь цепи – // Господь доводил этот мир до ума – // дул ветер из степи, // и высился крест – на вершине холма.

Я робко гляну на село \ (Через полярное стекло) \ И мне от п(р)яного sweet slow – \ Светло

Взял женщину на руки, не забыв прихватить мизинцем портфель. Взошел на мраморный порог, толкнул носком влажной туфли пластиковую дверь с золотым орнаментом. Она легко открылась. Дальше начиналась огромная комната, уставленная разнообразной мебелью. Положил женщину на диван, огляделся

Возможно, поблизости находился пункт приема стеклотары, но никак не рай.

...речь лишь об одной черте стиля, а именно — интонационной многозначности, «юродстве», сближающем столь разных писателей и проливающем свет на общность судьбы и близость мировоззрений Чаадаева и Достоевского.

Визуально Москва Беньямина – одна из самых достоверных; можно без труда составить карту практически всех его маршрутов, пролегающих по центру города, как правило, внутри садового и бульварного кольца.

...нужно выходить из интеллектуального сна, всматриваться в идею, думать о ней, искать, схватывать ее, бороться с нею, как Иаков боролся с Богом, и быть побежденным идеей, и наконец, влюбиться в нее русским сердцем и остаться верным до конца.