Рейтинг публикаций

...краткость не только сестра таланта, она — тайна текста, которую, когда посчастливится, разгадать удается.

Что бы Сталин начал делать сегодня, увидев, как мы дошли до жизни такой? Вряд ли поднимать из руин благополучно разворованную промышленность - гений, хотя бы и очень злой, не входит в одну реку дважды. Думаю, перво-наперво он бы изъял у населения все телевизоры. А затем - объявил программу <бесперспективные города>, к каковым у нас сегодня можно причислить всё, кроме столицы.

Живое – предмет непосредственного вожделения
Живое опосредовано живым

Потому ночь вам — не провидение, тьма вам — не колдовство, \ над пророками солнце зайдет, день для них потемнеет. \\ Прорицатели устыдятся, колдуны опозорятся, усы свои скроют: \ нет ответа от Господа.

Современный мир – это Комната Сталкера, в которой исполняется именно то, что удержано вниманием добравшегося до нее человека. Мы все уже находимся в этой комнате, хотим мы этого или нет, знаем мы об этом или нет.

Глобальная экологическая катастрофа представляет собой закономерный итог, неизбежный исход и обязательное последствие научного мировоззрения точного знания, во-первых, и государственного правления в режиме демократии демоса, во-вторых.

Средневековая идея внутренней красоты связана прежде всего с именем Св. Бернарда Клервосского. Именно он ратовал за простоту храмов и одежд и порицал клюнийские прикрасы.

Ну, что поделать, - заболел гриппом. То есть, сначала я не знал, что это грипп. Жена спросила: "Что у тебя болит?". "Все болит". "Так не бывает, - что-то одно должно болеть: горло, голова...". Но у меня болело все.

Этот отрезок пути был крайне тяжелым. Перед путешественниками то и дело возникали различные преграды: снегоходы приходилось переть на руках, приходилось долго искать путь. Иногда в день удавалось пройти всего 80 километров и даже меньше. Ну, теперь добрались до Иртыша и дальше пойдут по реке -- получится повеселее.

Ах, я вся не отсюда!>, -- в этом вся философия и литература. Называется -- прийти со стороны. Великим революционером станет тот, кто скажет: я весь отсюда, я только здесь и больше нигде. Но что это были бы за философия и литература? Такого, чтобы только <здесь, сам по себе>, -- не бывает.

Уже в том, что Мартьянов провозгласил геологию «наукой мыслителей», сказалось неклассическое качество его созидающего мышления, а в том, что этому качеству им было уготовано верховное значение в геологическом исследовании, проявилось его парадигмальное свойство. В духе этого последнего сибирский геолог ставит вопрос, который до того не возбуждал интереса в классической геологии: «Что считать в геологии фактом?». Это вопрошание есть писк новорождённого феномена, несущего геологическому миру новое духостояние, то бишь новое геологическое мышление.