Рейтинг публикаций

"... за исключением * * *, в области русского языка и литературы есть два типа журналов: журнал-помойка и журнал-клоака. И те и другие плохи, но на помойку иногда выкидывают что-нибудь полезное, и некоторые даже специально отправляются за ним на поиски. Но какую бы полезную вещь вы ни бросили в клоаку, она основательно измарается и рискует утратить свою полезность."
(Из письма, адресованного автору настоящих заметок).

Былое и думы. Несколько лет назад, получив от шпиона и диверсанта Сороса грант на написание подрывного школьного учебника по литературе, я не потратил его (грант) абы на что, на всякие там факсы, принтеры, компьютеры и прочую лишнюю в смысле полноты бытия дребедень, но честно отдал эти деньги мужикам из города Конаково за построенную ими на тверской земле дачу.

Сразу ясно, где поэзия, а где фуфло. Во втором случае поэзия, а в первом фуфло.

Можно никуда не ездить, а можно скитаться всю жизнь, что почти одно и то же. Вечный скиталец, Лермонтов сделал своим главным героем вечного скитальца. Да и из своего читателя. Ночь в Тамани. Ночь убийства фаталиста. То Пятигорск, то дальняя крепость, то почтовая станция. Это, конечно, романтично. И это аутично, если можно так сказать. И вот еще что. Можно, очень даже можно презирать, а, вернее, не наблюдать людей и быть поэтом. Для этого нужны сначала люди, которые тебе неинтересны, и Бог. А потом только Бог.

...не общие соображения о причинах современного кризиса семьи... подтолкнули меня на сочинение данного текста, а феномен текущей, почти тотально женской, литературы.

Саша! Где вы были, когда мы кровь проливали? В боях с этим самым маргиналитетом. Не вы ли с Немзером меня гвоздили и гвоздили, как самого лютого врага? Ну ладно, я злой, я нехороший. А вы были хорошие? Кстати, кто из Проханова (и из Белова, и из Распутина) маргиналов-то сделал? Я что ли? Кто их в угол загонял? Кто в "приличные" газеты не пускал? Кто в журналах и на телевидении замалчивал?

Замечательный был поэт! Хотя, доложу вам, не без странностей...

Мне хотелось бы, чтобы сегодня мы чествовали Бородина-писателя, а не Бородина-диссидента. Полагаю (догадываюсь), что и Леонид Иванович предпочел бы это. Ибо всякое подлинное творчество всегда шире одной, даже очень интересной человеческой судьбы.

Не мудрено, что я, издавна нацеленный на осознание именно подсознательного, прошёл как бы мимо братьев Стругацких, в то время, как их имена гремели и были почитаемы одними и порицаемы другими.

Беккет рисует трагический абсурд жизни, усилия и цели которой совершенно неясны и непостижимы, и при этом нельзя даже с уверенностью сказать, что их нет (это было бы облегчением).

Говорят, «поэт в России больше чем поэт». Герман категорически не согласен.

...писателем задаются три слоя наррации. Причём, они не просто сосуществуют или извлекаются друг из друга как матрёшки, а образуют некое взаимодействующее смысловое поле, где каждый слой – фольклорный, экзистенциальный и мифологический...