Рейтинг публикаций

...чем проще общество, тем чаще альфа-самцу нужна дубина. (...) Сложно устроенные механизмы всегда хрупки и в общественных катаклизмах они разрушаются. Упрощение общества (которое неизменно бывает во времена социальных катастроф) обязательно означает уменьшение значения чистой коммуникации как инструмента влияния.

Ни один из 250 000 молодых людей, бесновавшихся в московской ночной демонстрации 1937 года, и мысли не допускал, и даже наверное, не сразу бы понял о чём речь, если бы ему сказали, что черти – это не глупая басня для безграмотных старух, а реальность, и что главный бес, Вельзевул Люцифер, сидит сейчас в своем кабинете в Кремле, и они, такие образованные, сознательные, всё понимающие студенты московских вузов реально есть не что иное как тиражированное издание мелкого бесёнка Лямшина из «Бесов» Достоевского. Тайна мироздания неразрывно связана с моральным миром человека и поэтому первое имя Дьявола – это ложь, а первая его задача – это доказательство того, что никакого Дьявола не существует, что черти и бесы бывают только в бреду и галлюцинациях.

Голос (звук) есть всегда отчасти голос шамана, поскольку наслаждение от него неповторимо – уникально, так как каналы не разведены. Магия есть операция над знаками в их уникальной материальности. Не только с точки зрения места приложения, но и с точки зрения места расположения: операция совершается над знаком, поверх знака...

Вечное возвращение как метафизика и amor fati как этика образуют целостный контур философии Ницше, его этико-метафизический синтез, в котором открывается для нас нечто неведомое. Здесь приоткрывается дверь в тайну седьмого дня Сизифа.

...грядущий субъект должен становиться как бы все более объектным, то есть представать «как объект, но особо привилегированного типа объект, который содержит свернутыми в нем все другие объекты» и который выступает как «инстанция конечного, которое парадоксальным образом удерживает бесконечное внутри себя».

Подобно нулевому меридиану и предисловие к книге. Оно формулирует ее проблематику и цели, в нем вводятся ограничения, предостережения и оговорки и задается ракурс, под которым книгу стоит понимать, разъясняется, о чем в ней пойдет речь, а о чем не пойдет.

Если мы видим, что материализм обретает форму лжи, надлежит оказывать поддержку религиозным философам, если мы видим, что идеализм стал вырождаться в невежество, надлежит поддерживать материалистов, если и то, и другое обрело форму лжи, надлежит очищать и то, и другое через посредство друг друга, а когда и это становится невозможно, надлежит отречься и от того, и от другого, и только от Истины не должно отрекаться русскому мыслителю.

Спасительная дистанция Запада между человеком и политической системой, между личностью и культурой, между познанием и своими поступками, между сознанием и целостностью индивида - в России отсутствует.  Любой вопрос российского мира всегда превращается в личный вопрос, он возможен только как личный выбор и решение. Как моя история может умирать и должно ли моей истории умирать - это неизбежно вопрос о самом себе, о собственной смерти и о её возможности. Возможна ли моя смерть, или, следует ли мне умирать?

Диалектическая женщина прекрасна не для себя, а для другого. Женщина гендерная прекрасна для самой себя.

Постмодернизм – период творческого хаоса в преддверии новой эпохи, нового порядка жизни. Этот творческий хаос преломляется в искусстве, в литературе, и это преломление тоже называют постмодернизмом.

Причинность объясняет все, но сама ничем не объясняется – это просто факт, исходная данность, с которой приходится считаться.

Вкус безмолвия – Озарение лжи – Внутри слова – Внутри безмолвия – Остановись, мгновение