Рейтинг публикаций

Когда папа возвращался с работы, за ним погналась собака. Папа бросился бежать, поскользнулся, упал на какие-то жалкие остатки сугроба и притворился мертвым.

на сегодняшнем сожжении картин что-то было не так. Кто-то всё-таки ускользнул от власти Аллаха и ислама. Целый языческий водяной город! Фатима не знала русских легенд о граде Китеже. Но интуиция и тут не подвела её. Она ничего не сказала мужу. И впредь избегала смотреть на воды реки.

«Говорят, - думал Федя, - что в голову лезут всякие мысли. А ведь это неправильно. Мысли лезут из головы. Как черви. Старуху закопали. Прожила здесь всю жизнь. Зачем? Будет теперь лежать в этой вечной мерзлоте. Да и жила она – не жила, а тлела, как головешка. И я тлею…. И кто вспомнит, что топтался когда-то на белом свете Федул…».

Я ощущал в себе мощь, способную разнести весь мир на тысячи кусков. И, казалось, мир это чувствовал - он трепетал, сжавшись в жалкий, ничтожный комок.

В тот миг я решил порвать со всей своей прошлой жизнью. Раньше никогда не бывал за границей, Бог знает, когда ещё поеду, когда ещё у меня будет такой дьявольский шанс. Избавиться навсегда от толстухи-жены, порвать все узы с проклятой инженерной работой, со страной, где всё не так, всё серо, где от всего болит голова, – со Страной Лентяев. Я скрылся в придорожный лес, как ведьма, преследуемая инквизицией.

Глухой стук захлопнувшейся двери и звон колокольчика вмиг разделили нас, разорвав иллюзию нечаянной близости. Он отпустил мою руку, я шагнула назад и отвернулась к витрине, глядя на зыбкую пелену дождя, в которую была завернута потемневшая пустынная улица

Так или иначе взрослых надо брать тепленькими, на слезинке ребенка. Это еще классик школьной литературы советовал.

Это природные звуки, такие естественные, словно играют не инструменты, а сердце разливается перед нами в лучезарный океан. Всему виною – его скрипки. Это любимые его персонажи, орудия, карты

Гвидон навещает отца, воспользовавшись своим инфернальным эго, и здесь мы вновь сталкиваемся с фигурами, роль которых в сказке, как уже было замечено в начале, явно недооценена. Ткачиха с поварихой, со сватьей бабой Бабарихой ведут себя во время аудиенции Салтана с метафизическими купцами вовсе не в соответствии со своим придворным статусом

Я точно помню, из-за чего мы поссорились, хотя прошла целая половина года! И виноваты были: моё чрезмерное и не всегда уместное терпение, моя мягкость и не имеющая границ тактичность и, наконец, моя подруга, позволившая себе непозволительную грубость в отношении моей семьи.

Илья хотел, чтобы Виктор Петрович умер. Он мечтал, как однажды проснётся и застанет растянувшегося на кухонном кафеле отца с восковым лицом и прозрачными, как из реки зачерпнутыми глазами...

Я смотрел на неё и в который уже раз убеждался: её лицо не красивее других только потому, что других просто нет и не будет. И старый шрам у неё на щеке – от ожога кипятком – ничего, ни тогда, ни сейчас, не мог для меня изменить.