Рейтинг публикаций

...обращение к рассказу Леонида Николаевича Андреева (1871-1919) «Жизнь Василия Фивейского» я считаю особенно злободневным, так как он посвящен кризисным и переломным явлениям в российском общественном самосознании и «кризис» в нем рассматривается, прежде всего, как явление в сфере духа.

Для всякого сингулярного текста надо искать матрицу объяснения начиная с нуля. С литературоведческого нуля, но не с нуля вообще.

...каждая эпоха переосмысляет классическое наследие по-своему, со своих интеллектуальных и эстетических позиций. Я был уверен в том, что пора создать нового Еврипида, не в духе соперничества с Анненским и другими мастерами, но в качестве попытки воплощения великого трагика в нашей, современной системе ценностей, тем языком, на котором мы теперь говорим, попытки поиска новых точек соприкосновения с мыслителем одновременно и таким далёким от нас, и так пугающе близким.

А теперь несколько слов в защиту литературной нецензурщины.

Есть ли это обогащение, идущее через потери, сущностно оправданное явление?

Особенностью поэмы является художественный синтез личных впечатлений автора, живущего в обстановке войны на Донбассе, и широкого спектра семантических ассоциаций, символически включающих топографическое пространство Донбасса в несколько культурных миров. Рассмотрим основные культурные пространства, интегрированные в поэме, а именно: античность, европейская католическая культура, русская культура. Сюжетом, позволяющим соединить топографию Донбасса с этими рядами смыслов, выступает история о Рыцаре с лебедем.

...сюрреализация литературного процесса уже сейчас достигла невероятных масштабов. Сюрреально само существование стихотворных текстов в пространстве медиа. Поэты и критики, ангажированные принадлежностью к определенному информационному сообществу, создают замкнутую дружескую среду, панегирическую по отношению к «друзьям» и крайне снобистски настроенную к «чужим».

…мы обнаруживаем/ощущаем в тексте не скрытые поэтические смыслы и даже не их идеологизированные миражи, а скрытые поэтические пустоты, то есть само несуществующее тело свободной Поэзии, которая, как и Бог, требует для себя апофатической легитимации. Кажется, что текстопорождение здесь производится с опорой на «цепь отрицаний» Михаила Эпштейна…

Образы шести соток дачного участка тесно связаны с мотивом вечности. ..."За пленкой дугового парника \ Топорщатся крещеные века…" (...) Даже лето на даче – как будто вечность: «...лето всё, что думало сказать Руси – сказало». ..."И шесть сакральных соток прячут в сон \ Свои амбиции на роль Вселенной…"

…значимость прежних поэтических достижений определяется не только историческим значением той или иной личности, прежней влиятельностью той или иной поэтической моды, но и тем, насколько следы прошлого присутствуют в структуре современной поэзии, входит ли прежнее Слово в живой состав актуального художественного языка или оно уже омертвело. Это важно понимать, если мы хотим разобраться в том, что есть на деле эта самая «современная поэзия» и какие процессы в ней происходят.

Время поторапливаться, иначе скоро нельзя будет охватить взглядом это великолепное, хотя и разрушительное чудо литературы – со всеми живыми и засохшими веточками, начинающими подгнивать корнями и все еще мощным стеблем.

Достоевский придавал огромное значение субъективному ощущению человеком времени. Важнейшим типом художественного времени его романов стало субъективное время героя, которое определяет ритм образа. Субъективное время одного героя подчиняет порой субъективное время другого. Все это создает особую форму «сцепления» у Достоевского.