Рейтинг публикаций

Судьба авангарда в послереволюционном обществе органично связана с судьбой самой революции. Революционное искусство не может не быть авангардным; или, по-другому: оно не может быть реалистическим. - Невозможно ориентироваться на реальность и одновременно взрывать её.

...отчуждение, которое нарастало пропорционально развитию массового общества, не есть отчуждение работника (производительной силы) от продукта своего труда, а есть отчуждение личности от собственной свободы, от самобытия...

Чем менее понятен язык, тем больше среди говорящих на нём дураков.

...гневливых и софистов Творец грозит низвергнуть в преисподнюю – дабы хоть там, пред пытками и огненным озером, посмертно осуждённый, отчаявшись, выкрикнул столь милое слуху Вседержителя: да, здесь ужасно, Твой мир был хорош… И усмехнётся растерянно и печально Его супротивник – пытающий нас вопреки своим пользе и воле.

Единственность, однородность и разнообразие мира достигается ограничением составляющих его элементов: бог этого мира не играет в кости, потому что предпочитает шахматы.

Не горюй, "плачущий Гераклит". Всё не так запущено в этом мире… Процитирую твоего любимого Ницше: "Что обещает нам жизнь, исполним мы во имя жизни!"

Кусочек большого сна, приснившийся маленькому, становится частью его сюжета, решеткой его пространственно-временной темницы.

<Махня без правил>, несомненно, хороша тем, что никогда не обходится без обязательных этому жанру опереточных казусов.

Томас Джефферсон: «...всякий раз, когда я вспоминаю о том, что Господь Бог справедлив, я дрожу за свою страну». В наши дни его переживания стали бы невыносимыми.

Бергсон рассматривает сразу в комплексе, как собственно пространственные отношения и их происхождение, так и единство, цельность воспринимаемого объекта. Обе проблемы должна решить координация ощущений, для которой необходимо воспитание и обучение чувств.

Субъект - своеобразная социокультурная матрица, общеприемлемая и морально легитимная программа достойной человеческой жизни. Далеко не все участники общественной жизни становятся ее субъектами. В эпоху Модерна субъекты концентрируются в элитах. В отличие от класса, элита бессознательна, это субъективная функция общественной жизни, а не продукт разделения общества по каким-либо признакам. Она угадывается по той степени уважения и доверия, которые оказывает ей население. Общество через нее как через инструмент формирует и регулирует свою жизнь.

Представление современного общества о своём прошлом — неизбежно литературны по своей форме, структурированы в соответствии со стандартами литературного романа.