Рейтинг публикаций

Нимрод де Розарио: «мир… является просто полем боя. Поле, занято смертельными врагами, с которыми надо беспощадно бороться, ибо они отрезают Путь Возвращения к Источнику, мешают уходу, и стремятся низвести человека к гнусному рабству, каковое является подчинением Вечного Духа материей…»

...в стальных глазах добрая улыбка.

Вот оно - долгожданное и предсказанное классиками марксизма время единения народов. (...) эти греки, аджарцы, армяне уходили от Кузи; они шумно забирались по шторм-трапу на палубу «Фатико». Они пытались быть так же веселы, как мы, как кто-то из нас, сидящий на вёслах. Но где им! Не догонят! Не дойти им до такой глубины философского осознания действительности, не понять, что из наших глаз сама вселенная смотрит на этот провинциально-расфуфыренный мир со спокойным любопытством вивисектора и таксидермиста.

Культурное наследие, культурное достояние складываются случайно. Толстой и Шекспир – замечательное достояние, но его могло и не быть. И ничего бы с человечеством не случилось. Сколько талантов ушло в небытие, так и оставшись безвестными! Человечество развивается так, как оно развивается, а не так, как это кому-то хочется

Никаких реминисценций

Я написал ему: «Дорогой Джеки, интернет так и кишит разным жульем. Как это Вы хотите простого русского парня назначить наследником этого бедняги?».
Ответ не заставил себя ждать.

Воровство – не в целях профориентации, но как повальное увлечение нашего детства

Дарю сюжет сюрреалистической картины маслом и слезами: на дороге стоит горилла и держит под прицелом БТР с потрясенными военными на броне.

Было решено изгнать Касра Монадовича из коммунального социума, что и было стремительно исполнено с тупой обывательской жестокостью морозной февральской ночью 19.. года.

Пеня бултыхается на месте, орёт, воду хлебает, а мы потешаемся – потонет или нет. Камни бросаем – хватайся, Пеня!

Стемнело, и Дворцовая площадь приобрела фантастический вид: мощные прожекторы, установленные по периметру, отслеживали броуновское движение толпы, над которой развивались красные, черные и черно-желто-белые полотнища. Зимний дворец, упакованный в защитный полиэтилен, был похож на произведение искусного кондитера, приготовившего роскошный торт на корпоративную вечеринку, гости которой напились раньше времени, надебоширили, наблевали на столы и заснули в подсобных помещениях

Тоска русского, потерявшего всё в погоне за несбыточной мечтой, настолько сильнее и счастья и славы, что потом, спустя поколения, помнят и ищут только её одну.