Рейтинг публикаций

…не только человек сохраняет книги, но и книги сохраняют человека. И это действительно так, видно даже на примере монстра.

Тихий какой-то народ пришел в литературу. Сетераторы, извините за выражение.

...отчаянию нет места в чеховском творчестве, несмотря на то, что основной его мотив – томление духа, души, очнувшейся и ужаснувшейся от сознания своего одиночества, прозёванной жизни, бесплодного ожидания счастья. Настоящее показано в свете минувшего и в духовной перспективе предстоящего, православного чаяния «жизни будущего века».

...переписываются писатели, действительно, с кем хотят, и как долго хотят. Критика, конечно, приписывает себе роль всевидящего ока, особенно, если это один или два специалиста в этой области. В общем, стоит быть более деликатными при оценке чужой жизни, которая закончилась столько лет назад. Хотя... Мы все иногда попадаем в число «гробокопателей», как их называл Иван Бунин.

Рукописи не горят, а книги, наоборот, горят неплохо, причём практически всегда, а не только в воображаемом будущем середины ХХI века.

Он был действительно нелеп в быту, во многом неудачлив по судьбе, но всё это меркло рядом с факелами его мужества и чести, которой он никогда не поступился.

Вокруг Штейнберга повсюду витал дух изящных искусств, но без напыщенной искусственности.

Перед Г. Чулковым в конце 1920-х – 30-х гг. стал очень интересный, с нашей точки зрения, вопрос, а с его точки зрения – прямо-таки животрепещущий: что же лучше, проклятый царский режим или текущая советская действительность? Читая газету «Правда» тех лет, я с удивлением обнаружил, что, например, карточки на хлеб были отменены только в 1936 году, в год принятия знаменитой «сталинской» конституции. Неужели так бедна была советская республика? Может быть, шла подготовка к мировой революции, куда и уходили деньги за экспорт хлеба?..

...для меня лично успех новой американки Ольги Грушиной, успех ее первого романа «Сны Суханова»... значит не меньше, чем успех другого нового американца, родившегося в Москве, Сергея Брина – того, который Google.

...Андрей Бычков виртуозно транслирует беспредельную степень отчуждения человека от себе подобных существ. Что же до сцен насилия и жестокости, то они лишь оттеняют внутренний ад двуногого: ад, помещенный туда, где должна была б жить любовь.

«И ты, Есенин, бархатная лапка с железными коготками… И ты, великолепный выхоленный Мариенгоф, – и ты, остроглазый, умный Кусиков, – и ты, хулиганствующий Шершеневич, – все вы заслуживаете воображаемых пуль, которыми я пронзаю из своего бумажного револьвера, ваши бумажные сердца».

…Отчего-то вспоминается рассказ о художнике, едущем в купе на пленер. Уже нашего, интертекстуального времени. Рюкзачок, палка хорошей колбаски. Так и написано, «хорошей колбаски» - умри, лучше не скажешь о человеке. Какой-нибудь полоумный творец вроде Зверева, спавшего на газетке, и есть-то особо не умел, выпивая по жизни под пейзаж, а здесь… Хорошая колбаска. Тема для Розанова, конечно...