Рейтинг публикаций

Среди огромного количества дантологического материала, теологического, философского и литературоведческого характера, наросшего за годы и века комментирования «Божественной Комедии» Данте, мы выделяем только одну, топологическую тему, - почему Данте (и его спутники) двигались именно так, а не иначе?

Уже Аристотель в «Политике» приводит ряд примеров, когда «приезжие» или «гости» постепенно (или быстро) выдавливали коренное население. По-видимому, как в большинстве нелинейных социальных процессов, существует пороговая концентрация «гостей», специфичная для каждого конкретного случая, после превышения которой «хозяева» и «гости» резко меняются местами, и процесс выдавливания «хозяев» быстро завершается полной победой гостей. Этот процесс может протекать в различных формах, но в целом он соответствует глобальной тенденции – волна колонизации со стороны более цивилизованных народов сменяется волной деколонизации и нашествия менее цивилизованных народов, как только цивилизация расслабляется и теряет тонус.

Нельзя заимствовать чужие духовные парадигмальные смыслы и формы, чужие духовно-культурные задания, не отказываясь от самих себя, своего собственного самостоятельного образа, но можно и нужно перенимать то, что органично для твоего собственного культурно-исторического этоса, что не разрушает (как вирус, как раковые клетки) твою самобытность, а способствует ее возрастанию.

Как человек умирает, так он и жил. Как он жил, так и умирает.

Читатель этого перевода имеет возможность получить русскую версию книги Ѓошея "из первых рук", т.е. непосредственно с иврита (что важно, ибо традиционные переводы на русский язык были сделаны с греческого посредника).

Ивритская пословица утверждает: жизнь и смерть в руке слова. Добавим: тем более в руке слова Господня, переданного пророком.

Там, где западный человек ищет какой-то выход – пусть даже гибельный – русский человек наслаждается самой безысходностью ситуации, и созерцание этой безысходности погружает его в рефлексивное безволие.

Я, как лев, для Эфраима, как лев, дому Иеѓуды, \ Я, Я растерзаю, уйду, унесу — нет спасителя.

Пророк — это сияние вечного света над зиянием бездны, суетной и мгновенной. Пророк — Божьи уста. Не каждый поэт — пророк, но каждый пророк — поэт. Поэтому не надо искать в его провидческом тексте конкретных фактов и дат. Гадание на святом тексте ничем не отлично от гадания на картах. Решили гадать — на картах лучше: избежите греха профанации святого текста. Пророк — не гадалка, не предсказатель, не футуролог. Те — полагают, он — ведает, знает.

Таким образом, перед демократией личности как виртуального общежития людей планеты стоит святая обязанность и первейший долг по спасению человека; только демократия личности может во весь голос обозначить эту задачу по спасению: если человечество не желает попасть в Красную Книгу природы, оно должно избавиться от войн, как профессии и как формы общения.

...философ, предназначенный для исполнения долга правителя, должен быть образован, воспитан и обучен философии индивидуальной личности, единственным опосредованием которой выступает русская духовная философия в качестве культа личности.

Жесток и безжалостен бывает поэт, заключенный в русском человеке.