Рейтинг публикаций

И вот, встречаю автора, который, как и я, для каждого стихотворения - то есть для каждого лирического настроения, поэтического замысла создаёт свою, этому замыслу нужную - п р и с у щ у ю ему - форму.

...главное, чтобы был и стоял на своём месте настоящий, может быть, слегка ненормальный, но обязательно живой, сильный, я бы даже сказал, крепкий, ум.

Этот славянский хаос, растворяющий любой порядок, мгновенно структурируется и обретает непреодолимую твердость, как только заходит речь о роде и земле: «Рассказывают, что русские отступают лишь до могил своих предков, как до последнего предела. Дальше – небытие и то, что в нём». В богатой русской культуре есть разные пределы и константы бытия, но в рамках художественного мира сборника сила и память рода – одна из базовых ценностей, выстраивающих мир.

В благодарность за угощенье, ведь сам не оплатит он счёт, \ Гас о днях и о лаврах былых вновь расскажет им анекдот. \ Ибо был он звездою тогда, что там ни говори, \ И блистал рядом с Ирвингом, и сотрудничал с Три. \Вспоминая минувший успех, вновь поведает Гас, \ Как однажды Галёрка на бис вызывала семь раз. \ Ну а пик мастерства – средь ролей коим несть числа – \ Роль Файерфрорфидля, Воплощения Зла.

Чем умнее и образованнее человек, тем более он видит в утверждениях религии истину senso allegorico, а в культе – подмену цели средством.

Он... хотел, чтобы для него не осталось «чужой» боли и «чужой» радости, хотел стать полноценной частью этого мира… и, как бы он ни был слаб, он будет идти к этому, пока он не умрёт – то есть вечно... А потом он просто растворится в них, в своих любимых, и в маме, и в папе.

...если задумывался о чем-то, он тогда вырисовывал на пыльной поверхности узор или просто волнистую линию, которая, по большому счету, никаким узором не была, а была просто продолжением мысли, неожиданно пришедшей в голову

Отношение к диакону Андрею Кураеву в церковной среде известно какое - несмотря на то, что книги его можно найти в храмах каждого города, чтение его среди прихожан считается моветоном, а батюшки не прочь подзаработать очки консервативного авторитета при помощи брезгливой мины в адрес отца Андрея.

Трудно представить, чтобы такие произведения, как «Бхагаватгита», упа-нишады, «Дао Дэ цзин» или диалог Платона «Парменид» были созданы людьми, едва оторвавшимися от пуповины родовой жизни. Мы знаем уровень мышления античного человека, эти по-детски наивные попытки найти лежащую в основании мира единую субстанцию: воду, воздух, огонь или атомы. А здесь тайна жизни и смерти, знание о тождестве ин-дивидуальной души с мировой, понятие об Абсолюте, математически выверенная схема порождающей модели. Это знания, от которых веет поистине неземной мудростью. И думается мне, оставлены они не случайно…

Запах свежей хвои; \ Звонко лупит тиньковка, \ Словно гильзы свои \ Рассыпает винтовка!

Разве осознание не сделало человека самым одиноким существом на земле, какая глубь печали ждёт его дальше?