Рейтинг публикаций

Впрочем, Клех Толстого не любит, о чем он давно отважно заявил на круглом столе в "Литературной газете". Тогда подобные заявления были в моде, и на Клеха все посмотрели с равнодушным сочувствием.

...я, вообще-то, все это тут пишу вовсе не для того, чтобы кого-нибудь уличить. Мне просто кажется, что в двадцатом столетии в культуре тоже произошла некая подмена, наподобие тех, что я перечислила выше, очень на них похожая, но гораздо более глобальная и радикальная: человеческую гениальность теперь практически все стали почему-то отождествлять с расслабленной олигофренией.

Фредерик Бегбедер: "Что плохо в браке по любви - он сразу берет слишком большую высоту. Единственная удивительная вещь, которая может произойти с браком по любви, - крушение."

Этим пространным разномастным материалом мы начинаем рубрикальные действия по построению и приведению в рабочий режим <новой критической парадигмы>.

С неослабевающим, как принято говорить в дурной критике, интересом и большими внутренними, как принято говорить в ней же, сомнениями прочитал только что выпущенную издательством "Захаров" книгу Владимира Соловьева "Три еврея, или Утешение в слезах. Роман с эпиграфами".

Селина можно считать не только предтечей французского экзистенциализма, но и во многом – автором, предопределившим эстетику театра абсурда.

Я живой, есть что покушать, жена с сыном здоровы, а остальное - дерьмо. Не хочу думать о всех, о родине. Они не думают обо мне, о моей семье, какого хрена я должен переживать об их судьбах. Пусть каждый заботится о себе.

На сероватой окраине краснокирпичного Вальядолида - значит, по меркам прежних веков, - на безнадежной окраине, стоит неприметный домик. За оградой, во вполне сухопутном дворе, - непокорная ржавчине модель парусника. Почему бы и нет? В домике мог жить бывший моряк, а игрушечным корабликам, пусть и железным, цена невелика. Любознательные пришельцы, не поленившиеся добраться до дальних закоулков туристского справочника, уже знают, что моряки никогда не жили в сереньком доме, который относительно нов и возведен на месте другого, несохранившегося строения. Колер его остается домысливать, но в нем, действительно, доживал свой век отставной моряк. И не просто моряк, а адмирал. Звали его Христофор Колумб.

... если вдуматься, то быть циником - на каком-то глубинном уровне себе дороже. Но как не может быть циником сколь-нибудь талантливый писатель - непонятно.

Рюкзачная революция, напророченная Керуаком и К_, свершилась. Итоги ее, как это часто случается с революциями, не вполне таковы, о каких мечтали отцы-ниспровергатели. Что правда, то правда: так называемый цивилизованный мир, взвалив на плечи рюкзаки, с готовностью покидает сам себя и отправляется в дальние странствия. Однако, смысл вояжей - не отрицание буржуазных ценностей, а их утверждение.

В свое время Зощенко изобразил невероятное превращение бывших лихих буденовских рубак в ленинградских алкашей-сантехников, воришек-стекольщиков, и казаков Красноармейских улиц.