Рейтинг публикаций
Погост
— Ольга Маркова
(08/09/2004)
Не стройте крематории, и наш мир превратится в великое кладбище...
Порнозвезда
— Дмитрий Бирюков
(05/02/2010)
Она посмотрела на меня тем же усталым взглядом, какой был у нее в ролике в тот самый момент, когда мальчик Миша трахал ее сзади, а она стояла на четвереньках и капризно кривила губы.
Семь снов и соколиный полёт
— Виктор Ямполь
(12/01/2011)
И вот, в мятом фраке и ослепительной крахмальной манишке появляется дирижёр, сбирающийся исполнить собственное сочинение – он сед, нестар, надменен – и нетвёрдым шагом идёт к дирижёрскому пульту. Пальцами правой руки он крепко сжимает остро отточенный карандаш третьей степени твёрдости – «3 Т».
Любовь и смерть в городе. Продолжение
— Максим Бодягин
(25/07/2004)
Еще ананасов для мэм-саиб, бвана?
Златоликие или Колумб открывает Европу. Перевод романа Герберта Розендорфера
— Игорь Петров
(13/06/2006)
Так Джессика жила, приближаясь к своему сорокалетию, в маленьком домике в Оберменцинге, каталась туда-сюда на бамбуке, и ходила, как обычно, три раза в неделю на работу.
Стихи
— Александр Кабанов
(19/04/2004)
Мы одиноки потому, что в люди // другие звери выйти не успели.
Руническая Молдавия. Продолжение
— Владимир Лорченков
(15/09/2003)
Построенный целиком из дуба дракар - морской конь норманнов - плыл по моей улице.
Снежный городок
— Молчанов Александр Владимирович
(26/01/2007)
Прошло почти полгода. Лето. Заброшенный тир за стадионом. Это небольшой вагончик, покрашенный снаружи и изнутри в синий цвет. Вдоль стен стоят деревянные скамейки. В стены вделана огромная бетонная труба. Стреляют именно сквозь нее. Слева от трубы – окно без стекла. Под окном стоит кухонный стол с красной крышкой.
Стихотворения
— Анатолий Гринвальд
(09/08/2004)
Я и сам случайно стал // Строчкой. // Подбери меня с листа... // Точка.
Сокровенные желания
— Ильдар Абузаров
(27/04/2004)
Да, весь смысл моего существования в те холодные осенние вечера заключался в том, чтоб вот так лежать кверху пузом и мечтать о Лапландии.
Перемена участи
— Михаил Сорин
(09/10/2003)
Петербургский критик и переводчик Виктор Топоров известен как отчаянный скандалист и задира, разоблачающий нравы литературного истеблишмента. Фишка в том, что с некоторых пор и сам Топоров - часть этой системы.
Панацея
— Артур Макаров
(28/11/2005)
Нас спасали питерские пожарные. Но даже когда они отцепили и вытащили нас наверх, мы с капитаном все еще продолжали до посинения сжимать друг друга в объятьях.
9 Мая без боли, без любви и без поклона
— Боб Фомкинc
(15/06/2005)
И напоследок,// включившую,// в знак// примиренья,// Немцам// КАТЮШУ,// ведь// праздник// вроде// бы// общий!
Высоко и низко. Продолжение
— Эльдар Гиз
(11/07/2004)
Мне вдруг послышалось, будто зеркало треснуло.
Есть, господин Президент!
— Лев Гурский
(12/09/2006)
Насколько я помню, в недрах Прибайкалья испокон веку водились каменный уголь, марганец, железная руда, золото и бокситы. Однако наиболее прибыльным из всех невозобновляемых природных ресурсов по-прежнему оставалось коренное население края.
Это - не секс! Продолжение
— Василий Шевцов
(05/10/2003)
Раннее начало половой жизни ведет к неизлечимым болезням. И разжижение мозга - далеко не самая страшная из них!
Белый кофе
— Илья Алексеев
(04/10/2004)
А ведь во всем том, в чем у страны по большому счету что-то получалось и получается, - там есть эта пронзительность
Мои друзья. Продолжение
— Эмманюэль Бов
(21/09/2004)
Когда я выхожу из своего дома, я всегда надеюсь на событие, которое перевернет мою жизнь.
Пепельница
— Андрей Ильенков
(04/04/2005)
О совсем молоденькой, но уже легкомысленной женщине, и о том, как легкомыслие нередко оборачивается распущенностью, а последняя порой ведет к преступлению
Вино
— Дмитрий Дергачев
(29/03/2005)
Снится снег, такой же,/ как тот, что падает сейчас снаружи/ на магазин БЕЛГРАД и окрестные улицы,/ пустые как сердце
Запас табака. Продолжение
— Дмитрий Дергачев
(25/12/2003)
Время двигалось. Счетчик электричества жужжал в коридоре. Сосед появлялся и исчезал. Стрелки часов в его комнате вращались.
Одна книга об одном городе
— Фаина Гуревич
(05/03/2003)
Города - это книги. Толстые и тонкие, новые и потрепанные, темные тома в обложках с золотым тиснением и тоненькие бумажные однодневки... Большие американские города представляются мне многотомной серией. Сочиненные по всем правилам писательского мастерства, оформленные в лучших традициях мастерства полиграфического - неброско, но профессионально - они сливаются на книжной полке в один пестрый ряд. Добро победит зло, моральные проблемы как-нибудь да решатся, и жизнь продолжится дальше.
Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы
