Рейтинг публикаций

Берлинская стена пала. Но Великая стена осталась. И вопрос ближайшего будущего не в том, будет ли она существовать в дальнейшем. Главный вопрос: где именно она будет проходить?

...гению удается в деле преобразования среды в теории или на практике создать такое новое, что оно наиболее близко подходит к гармонии мироздания при его постепенном раскрытии, то есть к тому, что в нашей реальности именуется прекрасным.

В чём величие рабби Акивы? В ответ на этот наивный вопрос можно немедленно привести десятки примеров, однозначно свидетельствующих о его роли в установлении законов послехрамовой жизни. Но мы лишь в необходимой степени их будем касаться: не они, а непритязательные рассказы о жизни рабби имеют решающее значение. В них он отвечает на вопрос: жить — для чего? Если коллективное «мы» ответ на этот вопрос не получило, станет оно интересоваться — какими законами жить? Права законодателя получает не тот, кто лучше закон формулирует, — тот, кто в хаосе национального безвременья сказал народу о вечности.

За всё время существования цивилизации в ней господствовало неравенство, отражаясь отчасти в обособлении отдельных племен и народностей, произведшего в дальнейшем национализм, но вместе с тем лучшие представители человечества всегда мечтали о равноправии во всех отношениях, что находило отражение в их стремлении к уничтожению дискриминации отдельных народов, но все их мечты, несмотря на непрерывную борьбу угнетенных с угнетателями, так и остались втуне.

Главной социальной силой, влияющей на трансформацию антисистемы в систему, стала новая советская бюрократия. И именно бюрократия как социальная группа (класс) стала главной политической силой в СССР. Соответственно, все структурные изменения, происходившие в Советском Союзе, так или иначе, были связаны с глубинными событиями, происходившими внутри этих групп. Все изменения политического курса, даже незначительные, являлись результатом победы какой-то одной бюрократической группы (или клана) над другой группой.

Считается, что большинство открытий, меняющих лик цивилизации, делается интеллектуалами, в основном, солидными учеными или группами ученых, долго экспериментирующими и выдвигающими различные теории, позволяющие познавать мир и производящие в итоге множество полезных изобретений. Так ли это?

Юродство – феномен, он очень сложный для изучения, познания, постижения. Несколько поколений исследователей конца XIX – XX вв. пытались подступиться к этой теме, но проблема всё еще не решена. Были применены разные подходы, использованы различные методы гуманитарных наук, однако сущность юродства не укладывается в психологические и социологические схемы. Более плодотворными оказались методы современной антропологии и философии, однако тайна юродства остаётся тайной.

Пардес — один из наиболее употребительных топосов в аллегориях и притчах. Чаще всего он охраняется от вторжения посторонних, к примеру, в притче из Пиркей рабби Элиэзер (44) его охраняет пёс. Пардес из нашего рассказа не охраняет никто. Что отнюдь не означает, что каждый в него может войти.

В принципе, это самое краткое, самое простое и самое точное выражение содержания всего цикла "Совершенное мышление", которое сложилось, как видите, к концу четвертой сотни эссе и заняло почти 20 лет.

Война корёжит всё: людей, слова, \ Слова людские, слово человечье, \ И человек, и слово — всё не вечно, \ Слово — живуче, люди — однова.

«Не могу избавиться от мысли, что, прежде чем родиться, я умер». Г. К. Лихтенберг