Рейтинг публикаций

...С каким-то обреченным весельем я вдруг ясно увидел, словно со стороны, как нечто, вроде бы надежно погребенное в вечной мерзлоте забвения, начинает оттаивать, оживать, распускаться, наполняться соками, крепнуть, набирать значение, вес, шириться и разрастаться во мне подобно свинье, откармливаемой на убой.

Предметом разговора станет видео как отдельный вид медиа с собственной системой мышления.

главное в любом искусстве — это, когда ты смотришь, читаешь и ррраз… ты попал. Туда, где был ВСЕГДА

Вот и получается, что хороший, добротный биографический роман, если его автор вздумает удержать его в огороженном классическими образцами загоне, впадает в полудремотное состояние вымирающего мамонта. Писатель, в подсознании которого где-то маячат бледным пятном художественные мотивы, не может задействовать в качестве главного героя историческую личность, хотя конъюнктурный бес подбрасывает ему мыслишку...

Бесконечный лабиринт подразумевает бесконечный тупик, ибо золото смысла теряется в бесконечности. Одиноко ли в лабиринте?

...тогда я не придавал особого значения его мании к подаркам по поводу и без. Я мыслил так: богатые люди часто бывают чудаками.

Хобот слона. – Одиночество бегуна на длинную дистанцию.

...именно в России символизм стал наиболее значительным и масштабным явлением. Русские поэты-символисты привнесли в это направление нечто новое, то, чего не было у их французских предшественников. Одновременно с появлением символизма начинается Серебряный век русской литературы. Трактовка символа варьируется, поэты, художники, музыканты, философы придают ему новый смысл. Слово-символ предполагает большую силу воздействия, связь с другими мирами, собственные, независимые от человека, законы существования.

...есть только один уровень, на котором получаемые оценочные результаты являются несомненно сопоставимыми – это уровень литературной Вечности.

На первый взгляд ничего необычного. Но вы же еще не знаете, что в дальней комнате за той самой дверью спит ребенок. Он спит один в полной тишине и в теплых лучах утреннего солнца. Он спит уже много лет, целую вечность. Он спит с самого начала мира! Мир начался с этого спящего ребенка в нашей комнате. А как же могло быть иначе? Разве до этого могло бы что-то еще быть в мире?! Ребенок, наш ребенок и есть самое начало мира.

Любовь академиков к стебу понятна. А откуда у вас любовь к академизму?