Рейтинг публикаций

С опозданием, на пятом десятке лет, но я вынужден был осознать истинную цену человеческих взаимоотношений, разобраться в них и уценённое отправить на склад вторсырья.

...он знал, что около семи часов утра обязательно приедет мусоровоз и начнет, гремя, поднимать и опустошать контейнеры. Эта процедура, повторяющаяся с какой-то фатальной неизбежностью, доводила Балаганова до белого каления. Ему всякий раз казалось, что он находится не в новом дне, а в очередной раз возвращается в предыдущий, известный уже до мельчайших деталей.

...европейская философская традиция началась в XVII веке с фразы Декарта «cogito ergo sum» (...) и закончилась в начале века XIX работой Гегеля «Наука логики»... С тех пор в западной философии наступил кризис, в котором она пребывает и сейчас. Русская же религиозная философия возникла, когда европейская закончилась, а именно – в первой половине XIX века в работах ранних славянофилов, и была искусственно оборвана революцией 1917 года. Каковы особенности этих двух традиций?

Когда я говорю, что намерение является связью человека с миром, я имею в виду то, что такие феномены, как мир и человек, появляются из этой связи, как два конца одной палки.

Быкорожев снова пьян пришел домой. // Тень заката его за руку вела. // Нынче март попер совсем-совсем гнилой – // Ни прихода, ни оргазма, ни тепла. // Старый госпиталь зарос рассадой дыр, // В каждой зыблется пожухлая вода. // Витражи полуразрушенных квартир // Пациентам ненадежная тюрьма

Человек, пока ещё проживающий за пределами зоны действия Коммунизма и Православия, представляет себе земную жизнь совершенно неправильно: он полагает, что всякое его действие должно иметь некоторый логический результат.

“В каждом из нас Бог”, – как бы говорит Павел, – “но, как вы будете с этим жить, решать не религиозной институции исторических апостолов, а исключительно вам самим”.

Похоже, наше единство с чем-либо – очень скользкая тема.

Мыслительный водораздел истины и лжи, божественного и демонического, к которому подошел в своих трудах Павел Александрович Флоренский — это своеобразный порог, за которым разум вступает в тонкий мир архетипов сознания. Там, за этим порогом, находится решение всех антиномий — ведических, античных, апокалипсических, антиномий чистого разума Иммануила Канта и философско-математических антиномий, и этот порог предстоит перешагнуть каждому искателю истины.

...испытать чувство неописуемого восхищения от лицезрения действий спортсмена (просто действий!) в которых слилось торжество духа и совершенство тела. Ощущение, сравнимое лишь с творениями Праксителя и Микеланджело Буонаротти. Я имею в виду бег Мируса Ифтера...

Она была совсем молоденькой, некстати вспомнил Пешеходов. Ничего не стоило взять ее за руку и увести куда угодно.

Начиная с главы Быки Солнца скриптор пускается, наконец, в большое плаванье. Он и есть подлинный Улисс. Он трижды испытывает беспредельное, пускается в безграничное, но трижды поворачивает вспять.[15] Джойс становится Улиссом. Он принимает вызов бесконечного в человеке, в литературе, в охватывающей человека пустоте обезбоженности, но он всякий раз отступает вспять.
Куда же? – Только в центр.