Рейтинг публикаций

Гардеробщик-вахтёр-охранник-уборщица-сторож – или нет, не так – Гардеро-Вахто-Охра-Убо-Сторож – Гарде-Вах-Охр-Убо-Стор – Гар-Ва-Ох-Уб-Ст – ГВОУС – ГВОУС – Ситуация требует краткости – Краткости скорости ради – ГВОУС, ГВОУС, ГВОУС – С ударением на О...

Европейцы народ, конечно цивилизованный, они, может быть, даже и умные, но смекалки у них никакой! Иной раз такие вопросы задают – хоть стой, хоть падай! Особенно немцы дотошные

Потому что жизнь такая.

Они быстро, как только могли, побежали прочь от моря. А оно, словно сжалившись над двумя молодыми жизнями и дождавшись, наконец, их ухода, обрушило весь свой доселе сдерживаемый напор на побережье, приподняло лодку, протащило два десятка метров и ударило о ствол того самого баньяна с такой силой, что посудинка рассыпалась на мелкие щепки. Мальчик и собака слышали: гул усилился, он был слышен теперь уже на значительном удалении от побережья острова

Анна уже спит. Люда еще не спит, как и я. Человек с печальными глазами бывшей кавказской национальности не спит, но перестал создавать отдельный мир. Джон Ли Хукер не спит, потому что там иное время и другой мир. Николай спит в другом вагоне, чем Михаил, который спит также.

...разве не на то и дается нам внутренний мир, чтобы рисковать? И он – несчастный – мог представлять себе, как в кино, где все нам только кажется, ведь это всего лишь целлулоидная беговая дорожка, спроецированная на неподвижный экран, где бегут лишь образы, и сигарета – ненастоящая и поцелуй – ненастоящий.

Если есть малейшая шороховатость, несоответствие форм, предотвращающее идеальное соединение частиц (...) то возникает трение, вызывающее взаимное раздражение изначально тянувшихся друг к другу сил. Чем больше два несовершенства пытаются слиться, тем сильнее трение и напряжение. Рано или поздно силы вскипают и, как два льва, борющихся за лидерство в стае, бросаются друг на друга.

Так уже было в этой загодя проигранной жизни, было не раз – я сызмальства практиковал непротивление.

Однажды папа прочитал в газете об удивительном случае, произошедшем в Китае. Там, если верить новостям, в некой семье родился на свет мальчик, говоривший на языке, недоступном его семье, окружению, да и вообще ни одному китайцу.

Как немного необходимо человеку, чтобы возвратиться на свою орбиту. Как мало на самом деле нужно, чтобы вновь обрести внутри себя армию.

Галиматьянов жил один: соседей у него не было. Столь редкая удача подвалила лет пять назад, когда он, тогда ещё хлипкий мужчинка с повадками белой крысы, крепко и безнадёжно заболел.