Рейтинг публикаций

Явление имеет место где-то. В свою очередь, абсолют имеет место нигде. Как нигде происходит и единственное. Ему просто некуда проявляться. Поэтому оно происходит, не происходя. Поэтому, когда оно есть, ничего нет. Во всяком случае, нет ничего такого, о чем можно было бы судачить и над чем можно было бы ломать голову.

«Бог слишком прекрасен для того, чтобы быть на самом деле».(А. Конт-Спонвиль, французский философ)

Для Декарта, чтобы протянуть руку к богу (Микеланджело), сначала необходимо почувствовать себя отдельным, гармоничным человеком (витрувианским человеком Да Винчи). Да, Декарт строил лестницу на небо, но, и это самое важное, строил ее как современный, а не средневековый человек...

Мир стал содержательно понятен, но перестал быть живым. Мир потерял человека, человек потерял мир. Всё стало понятным, как понятен бильярдный шар. Непонятной «вещью в себе» для человека остался он сам...

...миллионы русских людей осознавали свой долг в соответствии с идеями и формами, созданными именно советской властью, и действовали в соответствии с ними. Можно ли сказать, что для самосознания этих людей «советское» было чем-то внешним? Для большинства из них оно было новой естественной формой жизни. Советское и русское в данном случае не противопоставлялось друг другу, а органично сочеталось.

Проблема Юма решена.

Прошлое и будущее видны лишь чрез образы (образы прошлого, образы будущего), присутствующие в настоящем.

Идея исключительной «философичности» русского слова весьма актуальна. Сегодня она очень востребованная нашим обществом. Косвенным подтверждением актуальности этой идеи стал нынешний беспрецедентный по массовости, стихийный, часто очень наивный интерес к истокам русского языка людей, весьма далеких от академической, явно прозападно настроенной лингвистики и потому враждебной им. Именно в истоках русского языка и в его глубинных смыслах люди хотят видеть ответ на вечные философские проблемы.

…настоящий и законченный идеализм есть идеализм не эмпирический, а трансцендентальный, поскольку он не оспаривает за предлежащим миром его эмпирическую реальность, но при этом показывает, что эта реальность не безусловна…

...главное правило новой правильности – отсутствие правил. Достигать этого неправильного недостатка мы собираемся посредством процедуры деканонизации. Мы здесь не придумываем ничего нового. И докажем дальше, что деканонизация уже существует внутри наших чувств и практических действий. В России сомнения относительно настоящей правильности начались «Философскими письмами» П. Я. Чаадаева. И вот по причине обычной правильности тех времен, со слов А. А. Лебедева, «Все его мысли наперед были высочайше объявлены недействительными»[iv]. С чем, заметим попутно, мы решительно солидарны.

…особо важно заметить, что переход от действия к причине, через который осуществляется наше восприятие, не мыслителен, а созерцателен, ввиду чего, собственно, причинность надлежит рассматривать не только как мыслительную, но прежде всего как созерцательную форму нашего ума, наряду с пространством и временем.