Рейтинг публикаций

В министерстве философской промышленности мне сказали, что все было не так, а как было - не сказали...

Слово «день» в первой главе пророчества Цефании встречается 14 раз. Пророк предвещает наступление дня Господа, когда за грехи, как в дни Потопа, будет уничтожено всё живое.

Идея исключительной «философичности» русского слова весьма актуальна. Сегодня она очень востребованная нашим обществом. Косвенным подтверждением актуальности этой идеи стал нынешний беспрецедентный по массовости, стихийный, часто очень наивный интерес к истокам русского языка людей, весьма далеких от академической, явно прозападно настроенной лингвистики и потому враждебной им. Именно в истоках русского языка и в его глубинных смыслах люди хотят видеть ответ на вечные философские проблемы.

Процессы 90-х годов – яркий пример того, что происходит с цивилизацией, когда она пытается присвоить чужое будущее.

Понятие относительности – одно из понятий, запутаться в котором проще простого – настолько оно все усложняет. Относительно одного дело обстоит так-то, а относительно другого – по-другому. А как оно обстоит на самом деле?

…особо важно заметить, что переход от действия к причине, через который осуществляется наше восприятие, не мыслителен, а созерцателен, ввиду чего, собственно, причинность надлежит рассматривать не только как мыслительную, но прежде всего как созерцательную форму нашего ума, наряду с пространством и временем.

Каждый философ находил свой образ данности, тем самым, подталкивая и нас к тому же.

Когда эмпатичный человек сталкивается с действительностью, с ложью, с обманом, с корыстью, то в какой-то момент, преодолев все свои внутренние барьеры защиты психики от разрушения нарисованного образа, он все-таки доходит до осознания, что «царь-то не настоящий». И такого человека срывает. Тогда начинается «русский бунт, бессмысленный и беспощадный», где режут всех, и виноватых и не виноватых. Но природа этой неистовости не в том, что «Царь плохой». Режут за обман мечты. За разрушение того идеала, который человек построил в своей голове.

Отличительные черты, характеризующие вещь саму по себе, включая и то, что мы в ней усматриваем.

Смех рабби Акивы — обретение точки опоры, результат самоотстранения от ситуации и себя самого. Потребность смеяться человеку свойственна изначально, она сравнима разве что с инстинктом самосохранения. Слёзы — реакция на горе (в нашем тексте именно слёзы уместны), смех — реакция на радость. Чему же радуется герой? Исследователи говорят о когнитивном смехе, вызываемом вскрытием логического противоречия: ошибочный ход мысли прерван, и — озарение.

Что же я вижу внутренним взором. Господь, пребывающий в Иисусе Назареянине, как бы приседает на корточки. Так поступил бы любой отец, чтобы его годовалый сынишка смог дотянулся ручонкой до его лица. Это самоумаление/cамовозвышение двух ипостасей внутри Господа (тварной и нетварной) и составляет сокровенную тайну «семи слов с креста».

Настоящая дверь левитирует. Она не ведет с одной почвы на другую. Она вообще никуда не ведет. Она сама по себе. Левитирует и горя не знает. А по обе стороны от нее стоят два человека и с умным видом на нее смотрят. И каждый видит эту дверь по-своему. И каждый думает, что там, на другой стороне, никого нет.